Читаем без скачивания Самый дождливый октябрь - Ирина Комарова

– Сначала я хотел спрятать сейф, – перебил жену Петр Кириллович, – картиной какой-нибудь закрыть, или зеркалом. А потом подумал, что в случае чего, воры сейф все равно найдут, а мы и знать не будем. Как чувствовал, что именно так все и случится.

Надежда Николаевна терпеливо переждала, пока муж выскажется, и только когда он замолчал, продолжила:

– В общем, дверца была открыта. Я сначала подумала, что муж не запер. Правда, раньше такого никогда не случалось, но мало ли может быть причин? Я хотела запереть дверцу, и заглянула-то внутрь чисто машинально. И только когда заглянула, то поняла, что Петр Кириллович здесь не причем. На нижней полке сейфа не было шкатулки с моими украшениями.

– Как выглядит ваша шкатулка?

– Коричневая. Средних размеров, примерно такая, – Черникова развела ладони, показывая размер шкатулки. – Обтянута кожей. Замочек есть, точнее застежка. Ее можно на ключ запирать, на я обычно этого не делаю, застежка хорошо крышку держит. Да и зачем с ключом возиться, если шкатулка в сейфе стоит? А-а… – она расстроено махнула рукой, потом продолжила: – Я даже не сразу поверила, что она исчезли, стояла и пялилась, как дура, на пустую полку. Потом за телефон схватилась, в милицию звонить. Между прочим, от нашего районного отделения, пешком пятнадцать минут идти, а они приехали почти через три часа. К этому времени и Лида из магазина вернулась, и муж приехал – ему я тоже сразу позвонила.

– Домработница, когда пришла? – уточнил шеф.

– Минут через десять после меня. Я только успела милицию вызвать.

– А я был дома ровно в два пятнадцать, – по собственной инициативе сообщил Черников. – Специально на часы посмотрел, когда Надя сказала, что из милиции до сих пор никого нет. Я из-за города успел приехать, а они, с соседней улицы не могли добраться.

– Из-за города? Вы разве не на работе были?

– На работе, но не в офисе. Мы с заместителем ездили смотреть участки на продажу. Надо расширяться, строить новый цех, а в центре цены на землю сами знаете, какие. Вот я и хочу вывести производство из города. За объездной дорогой есть хорошие участки и по разумной цене. Но когда Надя позвонила я, разумеется, все бросил. Приехал, еще раз в милицию позвонил, чтобы шевелились побыстрее. Мог бы и не торопить, толку от них никакого. Только всю квартиру порошком каким-то изгадили.

– Порошок для снятия отпечатков пальцев, – понимающе кивнул шеф. – Стандартная процедура.

– Процедура, – криво усмехнулся Черников. – Какой в ней смысл, спрашивается? Все равно, ничего не нашли.

– А сейф у вас, какого образца? – Баринов явно не хотел обсуждать с клиентом действия милиционеров из районного отделения и мягко вернул разговор к основной теме.

– Да уж не жестянка, которую можно перочинным ножиком вскрыть. Хороший сейф, с кодовым замком. Сначала код надо набрать и только потом ключом открывать.

– Понятно. Сколько ключей, кому известен код?

– Ключа два, один у меня, второй у жены. Код тоже, только мы знаем. А, еще сын знает, Володя. Но его сейчас нет в городе.

– Куда он уехал? Давно?

– Две недели назад, в Англию. Он там работает, в рекламной фирме. Пока по договору, но есть перспективы на постоянный контракт. Володя – талантливый мальчик, это я вам не как отец, а как специалист говорю. Впрочем, сейчас речь не о том. Украшения жены, которые пропали из сейфа, это не побрякушки, это серьезные ювелирные изделия. Общей суммой примерно на пятнадцать тысяч долларов.

– Гарнитур с изумрудами особенно жалко, – внезапно ожила Надежда Николаевна. – Колье, кольцо и серьги. Изумруды с бриллиантами такой веточкой переплетаются. Авторская работа, не ширпотреб.

Она обращалась ко мне, очевидно считая, что мужчины достоинства изумрудного гарнитура оценить не сумеют. Я сочувственно покивала головой.

– Все жалко, – раздраженно взмахнул рукой Черников. – Не под кустом нашли, все своим горбом зарабатывали. Но я хочу сказать, что украшения – это не главное. Я считаю, что их взяли только для отвода глаз. Или, так, заодно прихватили. Кроме украшений, в сейфе лежал диск с очень важной и конфиденциальной информацией.

– Какой-то компромат? – тон Александра Сергеевича был почти сочувственным.

– Компромат? – Черников растерянно моргнул. – Господи, нет, конечно! Это ведь для шантажа, рэкета и прочих безобразий? Нет, я честный бизнесмен, я такими глупостями не занимаюсь. На диске гораздо более серьезная информация. Там, – он на мгновение замялся, словно решая, можно ли доверить нам тайну, – там разработки по дизайну новых игрушек. Я собираюсь запускать новую серию, и поверьте, это будет нечто необыкновенное! Но теперь все исчезло – рисунки, разработка материалов, чертежи – все!

– Информацию с диска наверняка можно восстановить, – деликатно намекнул Гоша. – Как минимум, у автора дизайна должны быть все материалы.

– Восстановить можно, вопрос не в этом! – резко ответил ему Черников и снова повернулся к шефу. – Вопрос в том, кто украл этот диск! Вы же понимаете, что обыкновенным ворюгам мои игрушки не нужны!

– Скорее всего, – невозмутимо согласился тот. – Диск с дизайном новых игрушек товар довольно… хм, специфичный. Думаете, у вас есть конкуренты?

– Думаю! – горько усмехнулся Петр Кириллович. – Я знаю! Я их за руку ловил! Жулики, ворюги проклятые! Шьют мягкую игрушку по моим выкройкам! Уже год они на нашем рынке крутятся, но до сих пор только старые игрушки повторяли. А теперь, что же, мы одновременно новую серию запускать будем? Только они в два раза дешевле? Я за разработку круглую сумму выложил, у меня качество, у меня материалы, технологии, у меня налоги – легальный прозрачный бизнес! А значит, и расходы соответствующие, за все же платить надо. Им то что, ворованным и по дешевке можно торговать, а я, при таких делах, в трубу вылечу!

– Но если вы утверждаете, что конкуренты используют ваши идеи, почему вы не обратитесь в суд?

– Обращался, – безнадежно махнул рукой Черников. – Без толку. Не с кем судиться. Не могут они найти этих жуликов.

– Вы же говорите, что за руку их ловили.

– Ловил. Но кого я ловил? Девчонка-студентка в летние каникулы на лотке подрабатывала, игрушками торговала. Она знать ничего не знает: ни где офис, ни кто начальник. Я про юридический адрес спросил, так она только глазами хлопала, корова!

– Но кто-то эту девушку на работу нанимал? Договор она подписывала?

– Какой договор? Я же говорю, жулики! С какой-то теткой по телефону договаривалась, какой-то мужик товар привез, все деньги – черным налом. Я в милицию, так пока они собирались, пока бумажки подписывали, этого лотка и след простыл. Ерунда полная.

– И вы подозреваете, что ваши конкуренты организовали ограбление сейфа?

– А кому бы это еще надо было? То есть, я не про Надины бусы-колечки говорю, – Черников, в первый раз за все время разговора, взглянул на жену, – а про диск. Кому еще он может понадобиться?

– Кто знал о его существовании? – задал встречный вопрос шеф.

– Никто, – уверенно ответил Петр Кириллович. – То есть, художник, который его делал, конечно, знал. Главному технологу я диск показывал, мы обсуждали детали. Он копию просил, чтобы дома поработать, но я не дал. Заместитель мой тоже диск смотрел. Секретарша диск не видела, но договор на оплату работы она печатала. Все.

– Договор на оплату через бухгалтерию должен был пройти, – мягко подсказал Гоша.

– Вы думаете, Изабелла Константиновна к этому безобразию причастна? – озабоченно нахмурил брови Черников. – Нет, это вы зря. Она на пенсии уже, такая, знаете, старушка… Подрабатывает у меня, внуку на учебу. Лоботряс, в институт на бюджетное отделение не прошел, пришлось на коммерческое поступать.

– Любит, значит, внука. А у мальчика нет привычки, к бабушке на работу заглядывать?

– Н-не знаю, я его ни разу не видел. Я понимаю, о чем вы думаете, но нет, вряд ли. Изабелла Константиновна – женщина серьезная, старой закалки. Не думаю, что у нее есть привычка обсуждать с домашними дела на работе.

– Хорошо. Еще кого-нибудь, не вспомните?

Черников задумался, потом покачал головой.

– Сам я никому о новой серии не говорил. Если только, кто случайно узнал? Но я кабинет открытым не держу, и документы у меня просто так не валяются. Нет, кроме этих… сколько их? Ага, кроме этих пяти человек, просто не представляю, кто мог знать про диск.

– А вы? – обратился шеф к Надежде Николаевне. – Вы никому о диске не рассказывали?

– Нет, – коротко ответила она.

– Подумайте. Разговор мог идти о чем-то другом, и между делом, случайно… Могло такое случиться?

– Нет, – так же коротко и уверенно повторила Черникова. – Я не могла ничего никому рассказать, ни случайно, ни между делом. Я просто не знала о существовании этого диска.