Она оглянулась на покачивающегося в седле капитана Нэша. Его статная фигура прекрасно смотрелась на крупном чалом коне. Капитан маневрировал между двумя неуклюжими повозками, тщетно пытаясь заставить свой маленький караван двигаться быстрее.
Сара спрятала улыбку, когда услышала, что слова, которые она принимала на свой счет, – это проклятия, посылаемые капитаном на головы возниц, их матерей и их пони.
В какой-то момент Нэш оказался совсем рядом с примитивным деревянным троном Сары.
– О чем думали ваши родители, когда позволили вам объехать полсвета, чтобы выйти замуж за малознакомого человека?
– Мои родители уважают Роберта Зумвальта и хорошо к нему относятся. Когда он написал мне и предложил выйти за него замуж... второй раз, хочу подчеркнуть, я согласилась. Я уверила их, что они все сделали правильно. Они потребовали от Роберта обещания, что он женится на мне, как только я приеду в Манилу, и он согласился. Поэтому мы сейчас и едем в церковь. – Она дотронулась до новой шляпки, чтобы убедиться, что та наклонена под правильным углом. – Я ответила на ваш вопрос, капитан Нэш?
Пристальный и недовольный взгляд карих глаз, казалось, видел ее насквозь.
– Я думаю, они были не в своем уме, когда отпустили вас, но вы, безусловно, еще более безумны, если согласились на это, не зная, что представляет собой Зумвальт. – Он вежливо приподнял шляпу и опять заметался между повозками, уговаривая возниц ехать побыстрее.
«Что еще мне предстоит узнать о Роберте? – думала Сара. – Он добрый, прекрасно говорит, хорошо образован. Даже слишком хорошо. Мне почти двадцать лет. Самое время выйти замуж. И любой так скажет. Я допускаю, что никогда не приняла бы его предложение, если бы осталась в Айове, но приглашение в другой мир... Я не могла устоять. Да и что в этом плохого? Мисс Арнольд, родители, школьные подруги – все убеждали меня принять предложение Роберта, говорили, что лучшего и желать нельзя».
Она с интересом наблюдала карнавальную круговерть, царящую на улицах Манилы, и слушала потоки брани, изрыгаемые человеком в шерстяном форменном мундире. Правое колесо каррамото попало в выбоину. Сара крепко вцепилась в свой деревянный насест. Ну и что из этого? Ее жизнь неузнаваемо изменилась, едва она покинула борт корабля.
Сара посмотрела на мокрого от пота капитана. Он хорошо держался в седле, без усилий справлялся с конем. Хмурое лицо его раскраснелось и выглядело очень мужественно в лучах тропического солнца. Облик Роберта, ведущего малоподвижный образ жизни, возник перед мысленным взором Сары и исчез, вытесненный энергичной, наполненной жизненной силой фигурой всадника.
– Я не должна смотреть на него, – пробормотала она, – я должна думать совсем о другом человеке в день своей свадьбы.
Капитан Мархем Нэш пришпорил лошадь, от души желая, чтобы провалился и этот город, и все его обитатели, особенно очаровательная, белокурая, голубоглазая, розовощекая дочка фермера из Айовы. Огромный конь прижал уши и громким ржанием выразил свое неудовольствие прикосновением капитанских шпор.
– Извини, Джонс, – наклонившись к шее коня, пробормотал Мархем Нэш, – но ты разжирел, пока целыми днями стоял в стойле и жевал. Нам надо встряхнуться, дружище. Город разрушающе действует на нас обоих!
Он опять оглянулся на молодую женщину, старающуюся сидеть прямо в качающейся из стороны в сторону повозке. Не похоже, чтобы она радовалась предстоящему замужеству. Похоже, она боится. Этакое невинное создание, отважившееся поселиться в клетке со львом. Он заскрежетал зубами.
Кажется, она действительно решила связать свою жизнь с этим бестактным, грубым, неповоротливым заикой Зумвальтом. Он выругался, представляя себе, как будет выглядеть Сара Коллинз в этих влажных тропиках. Перед его жадным взором возникло видение прекрасного женского тела. Во рту у него пересохло, стало трудно дышать.
– Не могу поверить, что я действительно делаю все это. Неужели в обязанности офицера входит помогать молодым девушкам обречь себя на судьбу, худшую, чем смерть, – пробормотал он и, решительно пришпорив коня, поскакал к повозке, на которой ехала чужая невеста, смотревшая на него широко открытыми глазами.
Он хотел что-то сказать ей, но так и не решился и повернул обратно.
– Я знаю, что ее мистер Роберт Зумвальт – жуткий ублюдок, но не могу сказать ей об этом. Прежде всего это не мое дело. – Он потрепал коня по холке. – Я хотел бы, чтобы это стало моим делом, Джонс, но, увы, ничего не могу сделать, абсолютно ничего. – Он выпрямился в седле. – Я только выполняю свой долг и беспокоюсь о ней. Единственное, что мы можем сделать, – это доставить ее до места, и мы это сделаем, а потом уже увидим ее в качестве миссис Зумвальт, жены учителя.
Джонс покивал головой, как бы соглашаясь со своим хозяином. Капитан натянул поводья. Старая история. Невинную молодую девушку отдавали в руки сладкоголосого бездельника. Но на этот раз именно он должен был сделать это. Может быть, ему еще удастся отговорить ее. Может быть.
Глава 2
После многочисленных изгибов и поворотов дорога наконец привела их на тихую, спокойную тенистую улицу. Сара с радостью почувствовала, что здесь было несколько прохладнее. Большие, кажущиеся необитаемыми дома либо почти полностью скрывались за высокими оштукатуренными или каменными стенами, либо едва виднелись среди зарослей густого зеленого кустарника.
На небольшой площади было малолюдно, несколько повозок с товарами образовали стихийный рынок, где командовала какая-то предприимчивая женщина. Прямо на булыжной мостовой был расстелен холст, а продавщица расположилась напротив бетонной стены в тени одного из домов. Сара вытянула шею, чтобы получше рассмотреть фрукты и овощи, которые продавала женщина. Она узнала морковь, лук, кабачки, бананы, ананасы, которые раньше видела только на картинках. Но многие плоды дочери айовского фермера были незнакомы.
В конце улицы играла группка детей. Сара посмотрела на них и оглянулась на своего провожатого. Он жестом показал ей, что надо повернуть направо, и что-то прокричал, но Сара не расслышала его слов из-за скрипа и скрежета повозки, а капитан пришпорил коня и исчез за углом. Сара буквально помертвела от страха, что он не вернется.
Что же теперь делать? Она понятия не имела, куда они едут, а на местном языке знала только одно слово – «мабухай». Он просто не имел права оставлять ее одну. От мысли, что ей придется возвращаться в Айову и объяснять всем, что она не смогла найти Роберта, что он не встретил ее на корабле, у нее перехватило дыхание.
Стараясь пересилить страх, Сара стиснула зубы. Нет, она не вернется, будь что будет, но только вперед. Повозки, скрепя и громыхая, подъехали к углу, за которым только что исчез капитан, повернули и затарахтели по тихой тенистой улице. Ветви деревьев почти смыкались над дорогой, образуя зеленый лохматый зонтик, сквозь который пробивались палящие лучи солнца.
