Спустился вниз. Снова к своим… Уже оттуда глянул наверх. Полина почему-то на сей раз не засомневалась – на неё. Улыбнулся… Ответной улыбки не ждал. После этого – забыл будто. А она наоборот…
Себя же злила, но зачем-то следила за передвижением компании. Чего ждала – неизвестно, но и отлипнуть не могла.
Сейчас вниз спустились девочки, а она специально отказалась присоединиться с мыслью, что лучше останется наверху, подойдет к периллам, оттуда будет смотреть как бы на них, а на самом деле…
И снова в голове проносится «Господи…». А сделать с собой ничего не получается…
– Бля… Ты посмотри на него…
Марьян говорит не ей – себе, а внимание всё равно привлекает. Поля отрывается от танцпола, поворачивает голову…
За его глазами проследить не сложно. И стоит сделать это – у Поли ускоряется сердце. В чем проблема – очевидно.
Парень-кот, за которым она тоже следила, но просто из любопытства, улыбается одной из «запрещенных» девочек из-за их столика. Дина не против – это видно по её реакциям. Берет из его рук стакан, отпивает, смотря в глаза… Её кот явно заинтересовал, она кота тоже, да только…
– Вот сука… Я же сказал всем передать, что к нашим девочкам руки свои не тянуть…
Марьян комментирует, вызывая в Поле внезапную злость. Её не надо метить «своей», как территорию. Может она бы тоже не прочь спуститься и…
Отрывается от «кота», снова обводит взглядом зал… Но Душевного не видит. Сердце колет, потому что… Они сюда клеить пришли. Это ясно, как божий день. Только странно испытывать боль из-за того, что какой-то парниша склеил не тебя…
– Тур, – Марьян окликает друга громко. Настолько, что Поля даже вздрагивает. Следит, как к ним подходит хмурый рогоносец… – Ты охране передал же, да?
В ответ на свой вопрос Марьян получает кивок, улыбается…
– Охуели, прикинь…
Кивает туда, где происходит абсолютно обычное – симпатичный парень подкатывает к понравившейся ему девочке…
Но в головах у Артура и Марьяна – это что-то иное.
Тур сквозь зубы ругается, Марьян улыбается шире.
– Надо будет докинуть, чтобы этой суке персонально зубы посчитали…
Говорит что-то непонятное для Полины, но явно забавное для двоих, потому что Артур тоже улыбается, бросает:
– Я схожу…
Снова оставляет их вдвоем…
Полю, которую отчего-то трясет, и Марьяна, который некоторое время ещё смотрит вниз, а потом снова на неё… Ближе двигается…
– Поли-и-и-инка… – протягивает, опять тянется к волосам, гладит… С улыбкой реагирует на то, что она отстраняется, поворачивает голову и смотрит:
– Кому докинуть? И что значит «зубы посчитать»?
Ей внезапно становится всё равно, насколько глупыми могут показаться её вопросы. Просто важно знать…
Настолько, что даже перетерпеть можно его однозначный взгляд, съезжающий с глаз на губы и ниже…
Ни для кого не секрет, что он её хочет. Но посрать, она ведь нет.
– Мы Алику позвонили, узнать, что за приколы… Мы-то новое место найдем, где шваль не будет под ногами путаться, кроме Акулы есть, где посидеть, а он новых клиентов? Эти у охраны на контроле. Шаг в сторону сделают – с ними на заднем «пообщаются». Мы докинули, чтобы разговор вышел продуктивным…
Марьян рассказывал так, будто гордится. А Поле снова гадко. По ней снова ровным слоем…
Они ведь даже не своими руками… Вроде как мараться не хотят, а на самом деле слабые просто... Их кулаки – папкины деньги. И даже не за свое «оскорбление», каким бы искривленным ни было представление о том, что может оскорбить…
Просто… Потому что шваль, посмевшая явиться, ступить на лестницу, выразить интерес…
– Дана не против…
Поля произносит, имея в виду, конечно, то, как ведет себя девочка, с которой общается кот. Но для Марьяна это не аргумент… Он улыбается, плечами жмет…
– Дана пьяная и глупая. И ты не лезь, Поль. Шампанского принести тебе?
* * *
Шампанское ей не нужно. А вот свежий воздух – срочно. Вечер получился абсолютно идиотский. О чем ни подумай – всё злило. И лучшее, что можно сделать, – просто уехать. Тихо. Незаметно для Марьяна или любого другого человека.
Взять сумочку, спуститься вроде как в туалет. Оттуда – толкнуть дверь, ведущую во внутренний дворик.
Если обойти немного – отсюда можно попасть на проезжую. Тут же можно позвонить отцовскому водителю.
Свалить просто, а утром и не вспомнить…
А ещё не спрашивать, чем закончился вечер.
И не представлять…
И избавиться от идиотских «Господи»…
Которые саму дичайше раздражают… Откуда это стремление бесконечно всему удивляться? Так, словно она не знает, в каком мире и рядом с кем живет...
Полина отошла от двери, достала мобильный. Почти успела набрать, когда вздрогнула из-за громкого звука. Те же двери снова открылись. И с ней опять что-то странное.
На ярко освещенный фонарем пятачок выходит Душевный…
Не оглядывается и сигарету не достает.
Шагает уверено. Так, как ещё от бара к лестнице.
Улыбается, когда она замерла и немного даже испугалась…
В её взгляде опасение, а он смотрит, будто знакомы давно и очень друг по другу скучали.
По голым ногам Полины крадется прохлада, но на них Душевный взглядом не спускается.
Он подходит близко, останавливается в шаге. Полина понимает, что мог бы позволить себе ещё один маленький, но специально не стал. А она… Внезапно подпустила бы ближе.
– Я об тебя глаза сломал, веришь? – он не здоровается и не представляется. У Поли у самой возникает чувство, словно сто лет знакомы.
Он стоит, спрятав руки в карманах и оттягивая вниз джинсы, говорит, улыбаясь.
Смотрит на неё не так, как смотрел Марик. Этот пьет глазами из глаз, даже если так же, как тот, хочет просто трахнуть…
И слова
