Возвратившись на причал, капитан де Винтер поручил американского гостя и его имущество заботам сержанта Ламберта:
- Под вашу ответственность, сержант. Вы знаете, что с ним делать.
- Так точно, мой капитан, - Ламберт, ветеран дюжины компаний на трех материках, даже глазом не моргнул. За двадцать лет службы ему приходилось командовать куда более странными бойцами. - Как твое имя, оборванец?
- Джонни Спрингс, сэр, - прозвучало в ответ.
- Не смей называть меня 'сэр'! - мгновенно рассвирепел сержант. - Я тебе не 'сэр'!!! Говорить только по-французски! (Ламберт прекрасно владел британским наречием, но сейчас это не имело значения). Отныне ты рекрут Жан... Жан Ковбой, вот! - Сержант не отличался богатой фантазией. - Не смей обращаться ко мне, пока я с тобой не заговорю, а если заговорю - называй меня 'сержант' и никаких 'сэров'! Понял, Ковбой?!
- Да, сержант! - рявкнул новоиспеченный боец, одновременно вытягиваясь по стойке 'смирно'. 'В армии он может и не служил, но в дисциплине кое-что понимает', - одобрительно кивнул пристально следивший за ним де Винтер.
- Видишь тот грузовик в хвосте колонны?! - продолжал Ламберт.
- Да, сержант!
- У тебя пять секунд, чтобы оказаться на борту. Время пошло. Бегом, марш!!!
- Пожалуй, из него выйдет толк, - на сей раз одобрительно хмыкнул сержант, наблюдая за тем как Джонни Спрингс из Колорадо исчезает в кузове грузовика. - Что скажете, капитан?
- Полагаюсь на твое суждение, - улыбнулся в ответ де Винтер. - Все готово? Можем отправляться?
- Есть еще одна неувязочка, командир, - внезапно помрачнел Ламберт. - Пойдемте, я велел ей ждать возле штабного автобуса...
'Кому ей? Неувязочке?!' - удивился де Винтер, но послушно последовал за сержантом.
- Ну, наконец-то! - Неувязочка разве что не прыгнула капитану навстречу. - Вы и есть тот самый капитан де Винтер?! Я уже битый час торчу здесь на солнцепеке! Хорошо же бельгийская армия обращается с иностранными гостями...
- С кем имею честь, мадам? - унылым голосом поинтересовался де Винтер, и тут же получил предсказуемый ответ:
- Между прочим, мадемуазель!
Высокая, стройная, зеленоглазая, с пухлыми губами и маленьким вдернутым носом, коротко стриженная платиновая блондинка, облаченная в тропический костюм цвета хаки, подчеркивавший ее изящные формы. Далеко за двадцать, но и до тридцати ей тоже далеко. Виктор де Винтер счел бы за счастье познакомиться с такой девушкой даже в Париже или Брюсселе, и тем более - в Порт-Ассабе, где он провел последние три дня, но сталкивался разве что с амхарскими или арабскими шлюхами из офицерского борделя. Если бы только не ее противный голос - крикливый, хриплый, прокуренный и обещавший большие проблемы - или даже неприятности. Де Винтер машинально оглянулся, но сержанта Ламберта уже и след простыл. Небось уже успел настрадаться, поэтому и сбежал.
- Чем могу служить, мадемуазель? - покорно повторил капитан.
- Сильвия Трембло, специальный корреспондент 'Ле Пти Паризьен', - соизволила представиться блондинка. - Вы ведь направляетесь в Гондор, верно?
- Гондар, - машинально уточнил де Винтер.
- Пусть Гондар, - мадемуазель Сильвия нетерпеливо взмахнула изящной ручкой. - Так или иначе, я еду с вами. У меня разрешение от вашего начальства, - теперь она принялась размахивать перед его лицом бумагой, украшенной многочисленными печатями.
Виктор покорно заглянул в документ. Все правильно, все подписи и печати на месте, в том числе подпись генерала Борреманса и печать вице-губернатора Дюпона. Мадемуазель Трембло из Парижа имеет право сопровождать отряд капитана де Винтера, а тот должен оказывать ей всяческое содействие и тому подобное. Чутье не подвело. Проблемы, а то и неприятности. Только французской журналистки ему не хватало в самом сердце зоны мятежных племен. 'Мерд!' - мысленно выругался капитан.
- И как долго вы собираетесь нас сопровождать? - осмелился уточнить де Винтер.
- Сколько потребуется, - отрезала мадемуазель Сильвия. - Ну, мы уже едем?!
Капитан только пожал плечами - больше ему ничего не оставалось делать. Не спорить же с людьми, подписавшими эту треклятую бумагу?
- Добро пожаловать, - - сказал де Винтер и указал на штабной автобус. - Поднимайтесь на борт, располагайтесь со всеми удобствами.
- В эту развалину? - журналистка из Парижа покосилась на предложенную машину с откровенной неприязнью, и ее чувства было легко представить. Видавшая виды 'Минерва' 26 года - грязный серый гофрированный корпус, совсем грязные узкие окошки, разводы ржавчины и другие подозрительные пятна. - А ничего лучше у вас нет? Я вас насквозь вижу, капитан, и знаю все ваши грязные солдафонские штучки. Сами небось на новеньком кабриолете собираетесь ехать!
- Поднимайтесь на борт, - повторил бельгиец. - Не беспокойтесь, мы поедем вместе.
Сильвия пожала плечами, подхватила лежавший у ее ног объемный рюкзак, последовала за капитаном и разинула рот от удивления. Внутреннее убранство автобуса являло поразительный контраст с его внешним видом. Мягкие удобные кресла, шелковые занавесочки на окнах, изящные откидные столики - красное дерево и никель. Где-то в глубине салона негромко гудел освежитель воздуха. И чисто - как в операционной, ни пылинки. Кроме тех, что занесли с собой новые пассажиры и оставили на черном резиновом полу. Де Винтер плюхнулся в кресло у окна и пояснил:
- Если бы он снаружи был такой же красивый, его бы живо отобрал у нас один из тыловых генералов. - Капитан отвернулся и снял с рычага красную трубку радиотелефона. - Говорит командир, общее внимание. Отправляемся через пять минут!
Кабина водителя автобуса была отделена непрозрачной перегородкой. В перегородке открылось окошко и показалась черная физиономия водителя-аскера:
