идем уже целую вечность, а твоего алтаря и близко нет.
Старик усмехнулся:
– Ты уверен? Как по мне, мы практически уперлись в него носом, – старик указал на два столба, стоящих друг напротив друга. На одном из столбов красовалась маска «Комедии», на другом «Трагедии». Обе будто раскрывали рот шире, по мере приближения. – Мы пришли, Лёша. Алтарь Многоликого.
– Я думал, он будет в конце.
– Не дай себя обмануть. Оружие Куото – это иллюзии.
Он кинул фляжку вперёд. Она летела к дальней стене, даже не думая падать. Пространство за столбами начинало темнеть, а дальняя стена приобретала совсем другую форму, человеческую.
– Что за…?! – Алексей сделал пару шагов назад, пока не упёрся затылком в дуло.
Из тени вышел человек. Лицо закрывал капюшон, а тело было покрыто мантией.
– Зачем вы здесь? – голос его был похож на беспорядочный крик тысячи людей.
– Я здесь, чтобы принести жертву на твоем алтаре в надежде, что ты выполнишь взамен мою скромную просьбу.
Человек в капюшоне стоял, не подавая виду, будто не слышал ни слова. Не увидев реакции, старик решил продолжить.
– Многоликий… тысячеголосый… посланник бездны! Меня зовут…
– Мне плевать, как тебя зовут! – перебил его Куото. – Делай то, зачем пришел!
Старик выстрелил в спутника. Пуля прошла сквозь его череп, как камень сквозь воду. На пол упал совсем не тот человек. Это было нечто безликое. Ни впадин для глаз, ни рельефа скул.
– Жертва принята, – Куото снял капюшон. Старик даже не удивился, увидев лицо своего пленного. – Назови своё желание.
Старик снова закашлял. Казалось, он вот-вот выкашляет лёгкие.
– Уверен, ты знаешь. Я очень, очень болен.
Куото криво улыбнулся.
– Я могу это исправить. Этого ты хочешь?
– Что есть здоровье, в сравнении со страхом… страхом смерти? Нет, я хочу большего, – он выпрямился и убрал пистолет. – Я… – откуда-то появился ветер, – хочу… – тени на стенах наклонились к старику, – бессмертия.
– Твоё желание, – зрачки Алексея увеличились и заполнили всю глазницу, – будет исполнено! – Черты лица начали грубеть. – Ты будешь жить… – одна часть лица стала улыбающейся маской, другая будто съехала вниз, – ВЕЧНО!
Тусклый свет становился ярче, пока не заполнил собой комнату. Откуда он светил? На это старик не обратил внимания. И что бы это изменило?
– Почти пришли, – он пнул сгорбленного парня в спину. – Ускорься.
Пещера казалась небольшой, но эхо от шагов напоминало барабанный оркестр. По связанным запястьям стекали маленькие капельки. В тусклом свете было непонятно, пот это или кровь. Руки были связаны так туго, что любое движение могло протереть их до кости. Затылок оставался под наблюдением дула пистолета какого-то старика.
Помолчим?
Автор: Генрих Шварц
Некто в предвкушении нажал металлическую кнопку лифта. Всё в нём возилось на месте и места не находило. Туфля по кафелю отбивала нервный такт. Он не смог снести клокот чувств и дактилем ринулся по лестнице. Ноздри жадно впускали и выпускали мощные струи воздуха. Номера этажей добродушно приветствовали, но в ответ – взгляд из тёмных кругов. Улыбка с оттенком маниакальности скривила его обычно сдержанные губы. Минуем невпопад этажи, рвёмся ввысь – ради цели, ради этой цели не жаль ни этажей, ни сил, ни туфель.
Достигнув своей двери, побив все рекорды, он судорожно пытался вставить ключ в замочную скважину; его потуги сопровождались прерывистым, сбивчивым дыханием. Без лишних сезамов отворилась дверь, и из квартиры хлынул густой мрак.
«Она, верно, спит», – подумал он.
Резкими движениями Некто сорвал с себя обувь – помним, что ради этой цели никаких туфель не жалко. Отсчитав с упоением девять шагов, он рысью прокрался в спальню. Женщина неподвижно лежала на кровати, отвёрнутая к стене. Мужчиной завладела неистовая дрожь. Улыбка искривила пространство, время и, конечно, губы. Сбросив одежды, сбросив балласт, оковы, путы, он бросился к ней. Он бросился к ней, сомкнув сонм рук вокруг её талии. Он исступлённо клевал её поцелуями, содрогался от каждого прикосновения к её коже, к её нежной и холодной коже.
«Я люблю тебя», – с оголенным трепетом прошептал он.
Вскоре Некто стих и обрёл покой, обнимая свою любовь. Он заснул, несмотря на дрожь – уже не от чувств, а от холода. А бойкий запах формалина опоясал воцарившуюся в комнате тишину.
Бессонная ночь
Автор: Кинара Ашер
В соседней комнате раздался оглушительный грохот. Я приподнялся на локтях, взял мобильник и, щурясь от яркого света, взглянул на время. Три часа ночи!
– А в другое время никак!? – злобно крикнул я в темноту.
Звон разбитой посуды стал мне ответом. Я скорчил недовольную мину, нащупал выключатель светильника.
Тусклый свет немного рассеял темноту. Усевшись на кровати, я смотрел на весело скрипящее кресло, которое медленно ездило от шкафа до стола. Я бы, наверное, даже снова уснул в таком положении, если бы не леденящий душу хохот, сотрясший мою квартиру.
– Да не сплю я, не надо так нервничать, – раздраженно сказал я.
Жуткие крики заявили о своем несогласии со мной. Тяжело вздохнув, с видом обречённого, я потянулся к мобильному. Пальцы набрали номер, раздались гудки.
– Привет. О, как хорошо, что ты еще не спишь… Хах, у меня тоже. Слушай, может, тогда скрасим бессонную ночь друг друга? У меня есть сюрприз, тебе понравится… Хорошо, жду.
Я положил трубку и вновь уставился на кресло, которое за всё время разговора не издало ни звука.
– Ага, её так не испугаешь раньше времени, сволочь, – усмехнулся я ему.
Кресло рывком поднялось в воздух, сделало там сальто и осторожно опустилось обратно. Я вновь усмехнулся и скептически спросил:
– Надеюсь, Вы не помешаете мне в подготовке к встрече с нашей дорогой гостьей, господа?
Скрип половиц согласился со мной.
Она приехала быстро. Даже не обратив внимания на шампанское и конфеты, она с порога бросилась мне на шею. Её губы торопливо встретились с моими. Я слегка отстранился.
–Ты так сильно скучала по мне? – игриво спросил я.
Она кивнула и снова прижалась ко мне. По пути в спальню, мои руки быстро снимали с неё ненужную одежду. Я повалил её на кровать, наклонился к уху и прошептал:
– Знаешь, а я очень хочу спать.
Она непонимающе на меня уставилась.
– В моём доме кто-то ходит по ночам. Кто-то плачет и кричит. Это очень мешает мне спать.
Её глаза увеличились от удивления. Она порывалась что-то сказать, но я заткнул ей рот рукой.
– Разве ты не хочешь, чтобы я выспался?
Я одним сильным рывком скинул её с кровати. И в
