Он приподнял голову Эдгара за волосы.
– Извинись перед дамой.
– Отвали, – прохрипел Эдгар. – Я тебя упеку в кутузку, засранец, я тебя урою, понял!
Незнакомец отпустил волосы Эдгара, а затем его ладонь рубанула воздух и резко опустилась тому на переносицу. Эдгар взвизгнул, и тут же кровь хлынула ручьем.
– Это неправильный ответ. – Голос незнакомца был по-прежнему спокоен, и он не спеша перевел взгляд на Эбби: – Будете вызывать полицию? Я подтвержу, что он напал на вас.
Эбби отрицательно покачала головой.
– Хотите, я ему еще добавлю?
Проглотив комок в горле, Эбби наконец издала звук:
– Если не трудно, просто заставьте его уйти. Это будет самое лучшее.
– Согласен. – Он снова дернул Эдгара за волосы. – Радуйся, мешок с дерьмом, у тебя сегодня удачный день. Добрая леди не желает видеть, как тебя уделают до конца, и это счастье, которого ты не заслужил. Надо бы ей сказать спасибо.
Эдгар издал какое-то бульканье.
– Очень плохо, – пробормотал незнакомец. – Еще одна упущенная возможность.
Эдгар взвизгнул, когда его вздернули на ноги, словно на дыбу с заломленными за спину руками. Согнувшись пополам, он стонал, спускаясь по лестнице, а Эбби стояла и смотрела им вслед.
Мужчины быстро добрались до угла дома, и незнакомец произнес что-то низким выразительным голосом. Эдгар ответил, кашляя и задыхаясь, затем хлопнула дверца машины. Вспыхнули фары, ожил мотор. «Порше» развернулся, утюжа клумбу с анютиными глазками мисс Айли, и, срезав угол, выскочил на проезжую часть, после чего его не стало.
Если бы мужчина оказался всего-навсего ее галлюцинацией, Эбби вряд ли бы этому удивилась, однако, когда тени возле кустов внизу лестницы соткались в высокую темную фигуру, лампочка у подъезда полностью осветила его лицо. Он остановился и подождал немного; как видно, боялся напугать ее.
Эбби казалось, что этот парень пришел к ней из жарких влажных снов, от которых она просыпалась, страдая и томясь одиночеством: высокий и крепко сбитый, с резко очерченными скулами. Темная грива его волос последний раз была пострижена давным-давно, но его это не беспокоило, а татуировка на груди рождала ощущение опасности.
– Теперь все в порядке? – поколебавшись, спросил он.
– Да, спасибо. – Эбби подавила истеричный смешок. Одним взглядом он окинул ее фигуру, и в скудном свете она наконец смогла увидеть, какие яркие у него глаза цвета золотистого топаза.
Эбби взглянула вниз, чтобы проверить, как она одета. Нечто короткое, с низким вырезом, едва-едва прикрывающее тело. Весь вечер она каялась, что вырядилась вот так – ведь именно из-за этого Эдгар не переставая пускал слюни, глядя на ее оснастку.
Этот был совсем другой: под его кротким вежливым взглядом она чувствовала себя полностью раздетой. Вздрогнув, Эбби отцепила от перил и скрестила перед собой руки, прикрывая грудь.
Качнувшись, оперлась на поручень, и тут незнакомец приблизился к ней со стремительностью пантеры, а затем положил руку ей на талию.
– Вот так! Стойте здесь. Вам плохо?
– Простите меня. – Руки ее дрожали, и Эбби не знала, куда их деть. Он был везде, обволакивая ее со всех сторон. Единственное место, где рукам было бы спокойно, – его плечи. А может, запустить их ему в волосы или обнять его за талию? Или ухватиться за его ширинку. Ох!
На нем были черные рабочие брюки со множеством карманов. Серая футболка обтягивала широкую, мускулистую грудь, и от него хорошо пахло. Это был запах травы, дождя, дыма костра, дыхания моря.
– Сядьте вот тут. – Он заставил ее опуститься на ступеньку. – Наклоните голову.
Эбби уткнулась лицом в колени не столько для того, чтобы избавиться от головокружения, сколько чтобы не встречаться с напряженным взглядом этих золотистых глаз.
– Что, если я отвезу вас в больницу? – предложил он. – У вас совершенно синие губы.
Мило. Значит, она выглядит как смерть.
– Нет, спасибо.
– Он чуть не стукнул вас головой об стену. – Незнакомец дотронулся до ее головы, и его прикосновение заставило ее задрожать.
– Я в порядке. – Она отодвинулась, и его рука повисла в воздухе.
Когда он помогал ей встать на ноги, Эбби разглядела его татуировки – скрученный черный кельтский крест на груди и скрещенные лезвия на руке.
– Ну тогда, – он помедлил, – просто старайтесь не делать резких движений, хорошо?
Некоторое время они стояли, глядя друг на друга, потом его брови недоуменно сошлись на переносице.
– Почему вы так смотрите на меня?
– Я… – Эбби смутилась. – Наверное, я немного удивлена тем, что Эдгар уехал, а вы все еще здесь.
– И что? – Он прищурился. Она покачала головой:
– Это кажется неправдоподобным. В одиннадцать ночи таинственный молодой человек вдруг появляется, как Бэтмен, спасает человеческую жизнь и потом – фьють, исчезает.
На его губах появилась улыбка.
– Я еще не сделал главного дела. – Заметив, как Эбби напряглась, он отступил в сторону и поднял руки: – Я не имел в виду ничего дурного. Просто у меня есть работа, ради которой вы меня вызвали.
– Вызвала вас? И для чего же? – Эбби никак не могла сообразить.
– Вскрыть замок. Я – слесарь.
– Слесарь?
– Ну да. – Он искоса взглянул на нее. – А что, в это так трудно поверить?
Эбби пожала плечами.
– Никогда раньше не вызывала слесарей, – неожиданно рассмеялась она. – Мне всегда казалось, что они обязательно толстые, пузатые и лысые, носят синие комбинезоны и имена, которые невозможно запомнить.
От улыбки вокруг его глаз появились мелкие морщинки.
– Сожалею, что разочаровал вас. Меня зовут Зан. Его пожатие было теплым и крепким.
– Понятно. Зан, – повторила Эбби. – Что это за имя?
– Сокращенное. Вообще-то я Александр. Мне дали имя в честь отца: его называли Алексом, а мне не захотелось становиться Алексом-младшим. Вот и пришлось приучить всех, что меня величают Заном.
– Теперь ясно. – Эбби зябко повела плечами. – Что-то я совсем не в себе.
– Ничего удивительного. – Опустившись на колени, слесарь вытянул из кармана кожаный мешочек и, вытащив из него какие-то металлические инструменты, кинул на нее оценивающий взгляд. – Вас по-прежнему трясет. – Взяв руку Эбби, он положил ее себе на плечо: – Обопритесь на меня.
Пальцы ее сквозь толстую кожу куртки с удовольствием оценили массивность его плеча. Раньше ей никогда не доводилось так долго опираться на кого-нибудь.
Эбби даже не заметила, что он сделал, но замок щелкнул буквально через пару секунд. Дверь открылась, и слесарь почтительным жестом пригласил ее войти в дом.
Сделав несколько шагов, Эбби обернулась.
– Заходите. – Голос ее зазвучал как-то излишне высоко. – Надеюсь, вы примете чек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
