Сделав несколько шагов, Эбби обернулась.
– Заходите. – Голос ее зазвучал как-то излишне высоко. – Надеюсь, вы примете чек.
– Чек – это прекрасно. – Он прошел на кухню, оглядываясь по сторонам со сдержанным любопытством. Тут же кошка Шеба приблизилась к нему, понюхала сапоги и стала выписывать сложные вензеля у его ног.
Эбби глядела в изумлении. Шеба презирала чужих и всякий раз, когда кто-нибудь имел нахальство тронуть ее, выпускала когти.
Слесарь спокойно взял ее на руки.
– Осторожно, – предупредила Эбби, – она может оцарапать.
– Не думаю. Кошки меня любят. – Слесарь осторожно погладил Шебу. – Пока не встречал кошку, которой бы я не нравился. – Урча от удовольствия, Шеба откидывала голову на его запястье, терлась об него горлом – словом, наслаждалась, как глупый котенок.
С заметным усилием Эбби заставила себя не смотреть на этот спектакль.
– Ну что ж, спасибо вам…
– Это всего лишь моя работа. – Он пожал плечами.
– Я не о замке, а о том, что вы сделали с Эдгаром.
– Ерунда. За это не нужно благодарить.
– В любом случае спасибо. Для меня это исключительно важно.
Зан кивнул, словно поставил точку. Затем повисло молчание, полное неловкости.
– Э… я должна расплатиться… – неуверенно произнесла Эбби.
– Да.
– И сколько я должна? Чек сойдет? Зан кивнул.
– Вы уже спрашивали об этом.
Эбби осторожно сдвинула вырез платья повыше.
– А вы ответили?
– Да. – Его низкий голос был мягок как шелк. – Я сказал, что чек – это прекрасно.
Эбби медленно выдохнула:
– Так сколько?
– Я мог бы пригласить вас куда-нибудь. – Игривые ямочки были совершенно неуместны на его худом, опасном лице.
Эбби напряглась, волна возбуждения сдавила ее грудь.
– Я полагала, что это… Что это всего лишь деловая операция.
– Так и есть. Просто мне пришло в голову попросить ваш телефон. Какое-то приличное время спустя мы созвонимся, и я приглашу вас.
Эбби одернула юбку.
– Приличное время – это сколько?
– Не будем думать об этом сейчас. Неделя, пара дней, двенадцать часов… А сами вы как полагаете?
– Давайте вернемся к нашей проблеме, – сказала Эбби деловым тоном. – Сколько я вам должна?
Зан задумался, позволив Шебе бодать его ладонь своей пушистой головой.
– Смотря как посчитать.
– Вот как? И от чего это зависит?
– От клиента. Если бы меня вызвал этот урод из «порше» – как его там? Эдвард? Эдмунд?
– Эдгар.
– Так вот, Эдгару я бы задрал цену, насколько совесть позволит. Причем я сначала получил бы деньги и только потом открыл дверь.
Эбби с подозрением уставилась на него:
– Почему?
– Он заслужил такое обращение.
– Да? А как вы узнали, что не я сидела за рулем? Зан закатил глаза.
– Столь тупоголовый тип никогда не позволит девушке вести дорогую машину.
Нервно хихикнув, Эбби закивала головой:
– Вы попали в точку. Я просила, но он только быстрее гнал…
– Недоумок, – согласился с ней Зан. – Кстати, откуда вы?
– Из Атланты, но это не относится к делу и вообще… неуместно. Так сколько с меня, мистер э…
– Дункан. Зовите меня Зан. – Он вынул визитную карточку и положил на стойку. – Могу сделать вам скидку. Я всегда делаю скидки друзьям.
– Пожалуйста, просто назовите вашу цену, а то уже поздно.
Он вскинул брови.
– И никакого телефонного номера?
– Никакого.
Зан задумался.
– О'кей. Тогда сто двадцать баксов. Эбби кинула ручку на стойку.
– Это грабеж!
– Неужели? А вы учли, что я не настаивал на авансе?
– Моя чековая книжка была заперта в доме!
– Положим. Тогда давайте заключим сделку, – предложил Зан. – У вас не замок, а барахло. Я поменяю его на что-нибудь приличное, например на «шлаг». Материал, работа плюс сам замок, итого две сотни. Это отличное предложение.
Эбби чуть не рассмеялась.
– Пользуетесь удачным случаем?
– Ладно, сто семьдесят пять, материал и работа. Клянусь, вам не стоит отказываться.
Широко зевнув, Шеба вытянулась у него на руках с видом полного блаженства, что не ускользнуло от глаз Эбби. Решив, что все слишком затянулось, снова открыла чековую книжку:
– На кого выписывать чек?
– На «Замки и сейфы для полуночников».
– Завтра я позвоню и выясню средние расценки на подобные услуги. – Эбби быстро заполнила чек.
– Прекрасная идея.
– И если вы обобрали меня, пожалуюсь в Бюро претензий.
– Ладно. А потом позвоните мне и сообщите, какой я жадный, ухватистый чертов ублюдок. Звонить в любой час дня и ночи вполне удобно.
Эбби протянула ему чек:
– Забирайте и оставьте мою кошку в покое.
– Но я же ей нравлюсь! – запротестовал Зан. – Она податлива, как простушка.
Эбби оставалась безжалостной:
– Спасибо и доброй ночи.
Зан заколебался.
– То, что я сказал о вашем замке, – правда.
– Сколько будет стоить замок, который вы не сможете открыть?
На его губах заиграла улыбка.
– Боюсь, целое состояние. Я исключительно хорош. Терпелив, настойчив, неутомим…
Эбби резко выдохнула:
– Ну что за ночь сегодня! Сначала Эдгар, теперь вы. Просто возьмите это, пожалуйста. – Она двинула чек по стойке.
Улыбка мгновенно сошла с лица гостя.
– Не сравнивайте меня с Эдгаром, – категорично заявил он. – У меня нет ничего общего с этим типом.
– Ладно, я не хотела вас обидеть.
– Мне не нужно ваших извинений.
– Тогда что? Может, разукрасить себя и преподнести вам на серебряном подносе?
– Поцелуй.
Эбби захлопала глазами:
– Что?
– Не волнуйтесь, я не настаиваю. Вы спросили, чего мне хочется, я и ответил, вот и все.
Эбби неожиданно растерялась:
– Но я… я так просто не могу.
– Верю. И все равно вы очаровательны, а от вашего голоса у меня бегут мурашки по спине. Вот почему я говорю о легком, почтительном, благоговейном поцелуе, с которым прикладываются к стопам золотой богини. Это как прикосновение к раю.
Зан был дьявольски хорош и пугающе великолепен. Особенно эти обольстительные топазовые глаза, шелк и бархат его голоса… Эбби уже прикидывала, что будет чувствовать, когда он поцелует ее – изысканную особу, не имеющую себе равных…
Придя в смятение от того, как легко можно ее соблазнить, Эбби на всякий случай отодвинулась подальше.
– Я не могу рисковать, – прошептала она. Он кивнул:
– Конечно, не можете. Не нужно было об этом говорить.
Черт! Если бы он был грубым, это разрушило бы очарование, а так его безмятежность жутко смутила ее.
Опустив Шебу на пол и погладив ее на прощание, Зан поднялся: его вежливый кивок напоминал галантный поклон.
Некоторое время Эбби смотрела на белесый прямоугольник ночи в проеме открытой двери, затем выскочила на площадку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
