Оно пульсировало чем-то темным и горячим, и на мгновение мне стало страшно.
Но потом…
Я закрыла глаза и вздохнула с глубоким облегчением. Внезапно мне стало тепло. И не просто тепло. Горячая, живая энергия наполнила мое тело, утоляя холод, который я всегда чувствовала, успокаивая дрожь, делая ритм моего сердца ровнее.
Я издала тихий звук, крик или стон, и одеяло натянулось вокруг меня плотнее. И я почувствовала себя в полной безопасности. Как будто завернулась в теплый защитный кокон.
Мне показалось, что я наконец-то могу уснуть.
Наконец-то я отдохнула, зная наверняка, что проснусь. У меня так давно не было такой роскоши.
— Как тебя зовут? — раздался низкий, спокойный голос.
Это был вопрос, но интонация была неправильной. Голос был ровным, интонации в конце едва слышны, и какое-то мгновение я пыталась осознать это. За последние месяцы мой разум стал таким тугодумным.
— Мэй. — ответила я не громче шепота.
— Ты едва жива, Мэй.
Я съежилась, рыдание вырывалось из моей груди. Он отверг меня, как я и предполагала. Но я не чувствовала грусти по-настоящему, когда это восхитительное, теплое присутствие окутало меня, его щупальца крепко сжались вокруг меня, словно собираясь никогда не отпускать.
Я этого не хотела. Впервые за много лет мне стало по-настоящему тепло, и это придало мне сил. Теперь, когда он был здесь и мечта сбежать из ада моей жизни стала реальностью, я отчаянно хотела, чтобы он захотел меня.
И я знала, что у меня мало шансов соблазнить его, но, клянусь богами, я бы попыталась. Я бы умоляла, если бы пришлось. Потому что не было ни малейшего шанса, что я вернусь в… в этот ад.
Поэтому я попыталась отстоять свою точку зрения. У меня был только один шанс обеспечить себе эту новую жизнь, потому что, как только я найду себе пару, я не подойду ни для кого другого.
Если бы он отверг меня… Мне пришлось бы вернуться. А потом они заставляли меня приносить прибыль, как это делали другие девушки. В конце концов, я была взрослой. Взрослой приходилось работать, чтобы заработать себе на пропитание.
— Прости меня. — сказала я. — Я поправлюсь. Мне просто нужно… несколько недель. Это не… Это не болезнь. Я не… Я не заразна.
— Это не имеет значения. — раздался голос, ровный и лишенный эмоций.
Ох.
Мое сердце болезненно сжалось. Конечно, это не имело значения, чем я была больна. Он не хотел иметь больную невесту.
Я ждала, зная, что в любой момент услышу от него извинения, зная, что он уйдет, лишив меня последнего шанса побыть с ним. Шли секунды, прерываемые моим прерывистым дыханием.
Он все еще был здесь. Тихий. Почему он не ушел?
Я отказывалась надеяться, но надежда всегда находила выход. Она пробивалась сквозь трещины в моем хрупком самоконтроле, как трава пробивается сквозь трещины в асфальте.
Он все еще здесь. Может быть, он останется.
Я открыла глаза и прищурилась, пытаясь вникнуть в темноту. Лучи фонарика погасли, и я ничего не могла разглядеть во мраке, но мне показалось, что темнота стала еще гуще.
Воздух вокруг меня был живым, чем-то насыщенным, и казалось, что надвигается буря. Он как буря, подумала я, улыбаясь от удовольствия. Я любила дождливую погоду, а больше всего — грозы.
Треск молний, раскаты грома и неукротимое, неистовое электричество в воздухе. Это была природа в ее самом первозданном виде, сила, превосходящая любое живое существо. Это наполнило меня благоговением.
Сейчас я испытывала тот же трепет, вдыхая насыщенный воздух, наслаждаясь присутствием силы, которую я не мог видеть, но точно знала, что она не принадлежит человеку.
— Кто вы? — спросила я, нарушая тяжелое молчание.
— Я Вирджил. — представился он.
Вирджил.
Я прикусила губу. Я не это имела в виду. Я хотела знать его расу, а не имя, но не знала, как спросить. И все же, на данный момент имени было достаточно.
Это было прекрасно, и было что-то грустное в том, как он это произнес.
— Приятно познакомиться с тобой, Вирджил.
Он похож на бурю, и у него грустное, мелодичное имя, подумала я, обнимая окружающее меня существо.
Оно прижало меня к себе еще сильнее, и я тихо вскрикнула. Было не больно, но на краткий миг мне показалось, что он проникает под мою кожу.
Проникая глубже в мое тело. Внутри меня.
Две точки слабого голубого света зажглись всего в нескольких шагах от меня, и я нервно выдохнула.
Его глаза сияют светом.
— Ты прекрасна, Мэй. — сказал он своим спокойным, невыразительным голосом.
Я не была удивлена, но хотела сделать комплимент в ответ. Еще больше мне хотелось встать и подойти к нему. Дотронуться до него пальцами или попытаться найти выключатель.
Я жаждала увидеть его.
— Спасибо. — сказала я через мгновение и не встала, моя застенчивость удержала меня. — Ты… Ты похож на бурю.
Послышался шорох ткани и шарканье, и когда темное, гудящее присутствие вокруг меня сгустилось еще больше, наполняя мое тело теплом и силой, сияющие глаза придвинулись ближе.
Теперь он был так близко. Если бы я протянула руку, то коснулась бы его. Вместо этого я вдохнула, пытаясь уловить его запах. И это было странно. От него пахло как…
Я сосредоточилась, закрыла глаза и сделала еще один вдох. Как огонь, поняла я. Не как дым, а как что-то горящее. Чистое и теплое. И… и как ночной осенний воздух. Наэлектризованное и наполненное воспоминаниями о лете, готовящееся к долгому зимнему сну.
— На бурю. — он повторил мои слова, его голос звучал так близко. — Почему ты не боишься, Мэй? Ты настолько больна, что не чувствуешь страха?
Это застало меня врасплох. Я несколько раз моргнула, желая, чтобы его фигура стала ярче на фоне мрака, но он оставался неясным.
Я чувствовала себя лучше, чем когда-либо за последние месяцы, но это было обманчиво. Мои глаза все еще не работали. Мое тело все еще было на грани истощения.
— Должна ли я бояться? — обеспокоенно спросила я.
Раздался сухой звук, похожий на перезвон бамбуковых колокольчиков, которые висели вокруг маленького алтаря возле приюта, и слабый голубой свет погас.
Я догадалась, что он присел передо мной на корточки. Теплая темнота вокруг меня скользнула по моей коже, и я тихо застонала, ощущение было удивительно приятным.
Неприлично приятным.
— Нет. — ответил он, его голос был так близко, что я должна была почувствовать его дыхание на своем лице.
Но не чувствовала.
— Я никогда не причиню тебе вреда, Мэй. Не бойся меня.
В этот момент дверь открылась, и комнату внезапно залил свет. Кто-то повернул выключатель. Я увидела его прямо перед собой, так близко, что вздрогнула.
Мой жених.
Мой жених, который ощущается как гроза и пахнет огнем.
Мой жених, у которого глаза сияют светом, но нет дыхания.
Он внушает ужас. Он был сделан из кости, его глаза были похожи на два тусклых огонька в глазницах. И все же его голова не была черепом. У него было лицо.
Я ничего не сделала. Я не кричала, не двигалась, не дышала. А потом, краем глаза я увидела, как роскошная, мерцающая тьма окутала меня. Это было похоже на полупрозрачную мантию, и теперь я ясно видела, что она была его продолжением. Она исходила из его груди темными мерцающими щупальцами живой тени.
Темные щупальца обхватили меня, и все мое тело поглотила тьма.
— Отойди от нее! — раздался панический, пронзительный голос из дверного проема.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Вирджил
Я заставил свою тень отпустить Мэй. Мало-помалу она отделилась от нее и вернулась ко мне, дрожащая и голодная, когда я медленно встал и посмотрела на жрицу.
Когда я посмотрела на нее, она пискнула и закрыла лицо черной книгой, которую держала в руках.
— Я познакомился со своей невестой. — сказал я без упрека.
Честно говоря, я подозревал, как это должно было выглядеть. Те, кто хоть что-то знал о личах, знали и о наших тенях. О том, как мы питаемся. Но у тени были и другие функции.
