Также как и все, не сильно любящий Одарённых, «недофофицер», как презрительно называли уорент-офицеров другие офицеры, Закревский проникся моей историей и несколько благоволил к нашей дружной паре.
Всё нам положенное по закону мы получали вовремя и даже немного больше. Без всяких подколок и мелких неудобств, которые Макс, пользуясь своим положением, доставлял некоторым другим курсантам.
— Пошути еще, первый сержант! — беззлобно хохотнул старший уорент-офицер. — Ну, рассказывайте!
И выжидательное уставился на нас.
— Макс, давай попозже! — улыбнулся Эрик. — Мы только с корабля и господину курсанту нужен отдых!
— Этому что ли? — заржал Закревский, кивая на меня. — Шутишь? Да он пышет здоровьем аж за версту, на этом курсанте прямо сейчас пахать можно!
— Согласен! — поддержал шутку начсклада Эрик. — Но, всё-таки, давай позже! Я к тебе зайду, и мы немного посидим? Окей?
— Окей! — вздохнул Закревский. — Но, надеюсь, ты придёшь не с пустым руками?
— Ах ты ж старый хрыч! — засмеялся Картер. — Конечно, как положено, как же «на сухую» разговаривать?
— Молодца, Картер! — похвали его старший уорент-офицер. — Люблю тебя и твой подход! Ладно, что там у вас?
Я снял с пояса ножны и аккуратно передал их начсклада. Улыбка сошла с его лица, когда он увидел, ЧТО я ему передаю. Он сосредоточенно нахмурился.
— Можно? — он взялся второй рукой за рукоятку.
— Можно! — кивнул я, преодолев внутреннее сопротивление. Отдавать даже «на посмотреть» личное оружие считалось плохим тоном, а к своему мечу я уже начал испытывать какую-то противоестественную привязанность.
Старший уорент-офицер аккуратно выдвинул клинок наполовину, взглянул на лезвие и присвистнул.
— Я же не ошибусь, если скажу, что этот клинок тебе достался от одного очень уважаемого человека? — приподнял бровь Макс.
— Да, это был меч инквизитора Хокуса! — подтвердил я. Скрыть что-либо от глаз ушлого «кладовщика» было невозможно, да и цели у меня такой не было. Даже наоборот.
— А инквизитор?… — еще выше задрал седую бровь Закревский.
— Мёртв, — коротко ответил я.
— Ясно-понятно, — вздохнул старший уорент-офицер и также аккуратно вставил обратно клинок в ножны, до щелчка. — Жаль! Хороший был мужик!… Хоть и инквизитор!
Последние слова он произнес с уважением, но не удержался.
— А что с ним случилось?
— Позже, Макс! Позже! — напомнил Тень.
— А! Ну да! — он почесал скулу. — То есть это вы сдаете?
— Да, и у нас одна просьба! — понизил голос Картер.
— Слушаю?
— Не нужно его через «анализатор» пропускать! — также тихо попросил Эрик.
«Анализатором» назывался прибор, позволяющий определить эманации Энергии Подпространства на предметах. Во избежание, так сказать, случайного ущерба. Взгляд начсклада невольно упал на мутный белый камень в гарде меча.
— Вот как? Ну… Тогда у тебя, Картер, должен быть для меня ОЧЕНЬ интересный рассказ!
— Он таким и будет, Макс, я тебя уверяю!
— Хорошо! — кивнул Закревский и вбил что-то на компьютере перед собой. — Жетон?
Я протянул требуемое и он внёс нужную информацию.
— Всё, можете идти! — он кивнул. — Картер, жду тебя в восемь сегодня! И не опаздывай!
— Да, старший уорент-офицер четвертого класса! — улыбнулся Эрик.
— Идите уже! — махнул Закревский и мгновенно переключился на какие-то свои дела.
Мы повернулись и вышли из склада. Я задрал голову к жаркому полуденному солнцу и счастливо прищурился.
— Может сгоняем на пруд? — спросил я у Эрика. — Я бы искупался.
Да, на территории Академии было два крытых бассейна, но всё-таки старый пруд, окружённый разлапистыми ивами, также привезенными в своё время с Земли, был гораздо более красивым местом. Да и появляться на травку было тем еще удовольствием!
— Составить компанию? — раздался знакомый женский голос сзади. — У меня и купальник новый есть!
Я обернулся и, невольно, нахмурился.
Я уже говорил, что место в Академии было бесценным. Так вот, иногда, ко времени поступления у Линии была квота, но не было Одарённого. А иногда, у Линии был Одарённый. Точнее, «была». И деньги у Линии тоже были. Так что продавать место не было желания. Так в военной Академии появились девочки-курсанты. Их было немного, порядка десяти процентов от мужчин-курсантов, но они всё-таки были.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На моём курсе из восьмидесяти семи Одарённых, дошедших до двенадцатого года обучения было девять девушек. И одна из них стояла сейчас прямо передо мной, скрестив руки на груди и мило улыбаясь.
За ней в зеркальной позе стоял её Тень — старший сержант Ганс Шнайдер, габаритами не уступающий Эрику, но с наличием короткого блондинистого «ёжика» на голове.
Инесса фон Таубе из Линии Аренберг. Очень красивая, но ОЧЕНЬ странная девушка… Просто так она ничего не делает. Вот что ей сейчас от меня нужно?
Обращение Автора
Если бы Антон жил в другой вселенной, то его собеседование после выпуска из Академии, я уверен, выглядело бы примерно так:
![]()
Глава II
Солнце стояло почти в зените, его голубые лучи окрашивали зелёную листву в очень красивый цвет, а местная трава и так была голубого оттенка. Поэтому на фоне голубого неба и голубой воде в пруду красный купальник выглядел несколько вызывающе.
Да и купальник был, я вам скажу, интересный. Я привык к закрытым купальникам синего цвета, в которых наши немногочисленные девушки сдавали нормативы по плаванью не сильно выделяясь на фоне наших, синих же, шорт-плавок.
А вот этот купальник на девушке мало того, что был красного цвета, так еще и раздельный. Я подозреваю, зная Инессу, что стоил он до Хаоса много денег, но вот за что эти деньги были взяты — я не представлял. Этот купальник был раздельный настолько, что казалось, он в любой момент распадется на кусочки, из которых он сделан и осыплется на землю. Тоненькие веревочки, соединяющие три треугольника ткани — два на грудях и один между ног не выглядели прочными.
Эрик странно хрюкнул, когда девушка сбросила форменный комбинезон, оставшись… да практически ни в чём. Тень Инессы хрюкнул в унисон, но немного с другой интонацией — он смотрел на Эрика ОЧЕНЬ неодобрительно и даже покачал головой, негодуя. На что Картер, видя, что девушка стоит к нам спиной и не видит, показал Гансу большой палец и хитро улыбнулся. Тень фрау Таубе побагровел и подался было вперед, но посмотрел на меня и передумал.
Я показал Эрику кулак, но тот развел руками и подмигнул уже мне. Я, невольно, улыбнулся. Ведь понимал, и где-то даже разделял, его эмоции. Тут действительно было на что посмотреть.
Инесса была натуральной платиновой блондинкой. По уставу, волосы не могли быть длиннее плеч, но она воспользовалась этим допущением полностью. Длинное каре едва касалось плеч, с которых началось «путешествие» моих глаз по вполне уже сложившемуся телу.
Выскользнув из комбинезона с грацией кошки, она обернулась на секунду, мило улыбнувшись, вспушила руками волосы и двинулась к воде.
Она была очень хороша собой. Двигалась бесшумно и плавно, и все в ней: незаметная быстрота движений, рост, голос, серые глаза и белокурый цвет волос было под стать друг другу.
Я нахмурился, отгоняя наваждение, когда она с лёгким плеском ушла под воду. У нее был ясный ум и тяжелый характер. И острый язык. Это сочетание не позволяло сближаться с ней кому-либо из курсантов, хотя желающих было предостаточно. Уважаемая Линия и природная красота делала её завидной подругой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы не были монахами и официально не запрещались сексуальные отношения между курсантами, однако, по факту, этого запрета и не было нужно. Учитывая высокородное происхождение, большинство девушек если где-то и сбрасывали своё сексуальное напряжение, то это были явно не казармы Академии, а партнерами — не курсанты.
Мужская же часть населения не испытывала с сексуальной разгрузкой вообще никаких проблем. Если ты не накосячил — тебе предоставлялось раз в неделю увольнение. А уж в городе от желающих составить нам компанию не было отбоя.
