дыхание зачастило, я нервно вдавила пальцы в кожу…
Секунда.
Вторая.
Третья.
Кровь толкнулась в подушечки пальцев.
Пульс!
Живой!
Я подскачила, как ужаленная.
Недозомби нужно было срочно переместить в тепло!
Я схватила его за куртку в районе плеч и попробовала потащить по снегу.
Фиг!
— У тебя, блин, не только характер тяжёлый! — фыркнула я и оглянулась в поисках того, что облегчило бы мне труд.
Тяжёлую тачку, стоящую под навесом, я отмела сразу. Такого борова на нее фиг поднимешь!
Взгляд заскользил дальше, и я радостно вскрикнула.
Приучение сына к порядку не прошло даром. Ледянка, на которой он катался с горки в дальней части двора, была очищена и аккуратно прислонена к стене дома рядом с крыльцом.
Я метнулась туда, тотчас вернулась обратно, затянула тело на ярко-красную пластиковую доску и с относительной лёгкостью довезла его до крыльца.
На той же ледянке я заперла его на ступени и через порог, стараясь не сильно трясти, втащила сени.
— Ох… — выдохнула и опять опустилась перед ним на колени, придержала голову одной рукой и слегка пошлепала по щеке второй. — Э-эй. Ты меня слышишь? Ну же! — полностью приложила ладонь к холодной щеке. — Зачем ты опять сюда припёрся?.. И что мне с тобой делать?
На скорую рассчитывать не приходилось. Информационная рассылка ещё вчера сообщила, что из-за обильного снегопада большинство мелких деревень оказались отрезаны от цивилизации. Но если он богат…
Я принялась наскоро обшаривать карманы куртки и штанов в поисках телефона.
Ничего! Вообще! Ни документов, ни даже ключей.
— М-м-м… — голова шевельнулась и отмороженный вполне живо застонал.
— Давай, давай, давай. Приходи в себя. Вспоминай, где твой элитный бульдозер и вали отсюда на фиг!
Озвучив свое пожелание, я зависла.
А как он вообще попал сюда?
В тот же вечер как он появился, я все рассказала соседке Людмиле. Она очень удивилась. Этой зимой в деревне осталось всего шесть жилых домов, и ни у кого из их хозяев не было подобных знакомых.
Единственный вариант, откуда по такой погоде сюда мог кто-то прийти — с трассы. Но нужно было быть сумасшедшим, чтобы переться оттуда по таким заносам.
— Что… слу… чилось… — слабым, охрипшим голосом прошептал отмороженный.
— Не знаю, — честно призналась я. — Ты упал в снег на улице и чуть не замёрз.
И тут меня меня осенило!
Может он просто пьяный?
Я склонилась пониже и принюхалась.
Нет. Никакого постороннего запаха. Наоборот очень приятный мужской аромат.
— Ай! — взвизгнула я от неожиданно жесткого захвата.
Отмороженный незаметно поднял руку и, схватив меня за ворот свитера, притянул к себе.
— Кто ты?! Где я? Кто… я?..
Глава 4
От испуга на секунду потемнело в глазах. Одно дело незнакомец без сознания, и совсем другое неуправляемый, разозленный мужик, которого я сама притащила в дом, где у меня дети!
— Успокойся! — я попыталась придать голосу побольше уверенности и навалилась на отмороженного сверху, поскольку он начал подниматься. — Нужно проверить, что у тебя за повреждения. Почему ты потерял сознание.
— Я потерял сознание?! — гаркнул он, но тут же поморщился и громко застонал.
— Что?! Где-то болит?! — удачно переключилась я.
— Дыа-а-а… — протянул он.
— Где?
— Голова-а-а…
— Тогда тем более не шевелись! Отпусти меня, — я положила свои пальцы на его руку, все ещё удерживающую мой свитер. Рука была ледяной! — Отпусти! — повторила резче, потому что он не среагировал на мою первую просьбу.
— Не ори, — тяжело выдохнул отмороженный.
— Я не буду орать, если ты отпустишь меня и позволишь осмотреть твою голову, — с трудом взяв эмоции под контроль, спокойно пояснила я.
— Что со мной?
— Я не ясновидящая.
— Так раскрой глаза и посмотри.
— Чтобы посмотреть мне нужно сдвинуться с места. Но ты меня не пускаешь! А мне нужно срочно тебя согреть!
— Грей, — побелевшие пальцы разжались.
— Вот так-то лучше.
— Кому? Мне — нет.
Я проигнорировала эгоистичный комментарий. Осторожно передвинулась к голове отмороженного. Просунула руку под его шею, чтобы приподнять голову и снять капюшон.
— Р-р-р… — отмороженный недовольно зарычал. — Хочешь меня окончательно заморозить? — среагировал он на прикосновение моих прохладных пальцев к своей шее.
— Угу. Вот специально тебя в дом затащила для этого.
Я, едва касаясь, провела свободной рукой от его затылка к темечку, настороженно посмотрела на пальцы и выдохнула — крови не было!
— Что там? — нетерпеливо потребовал ответа отмороженный.
— Пока ничего, — фыркнула я и снова завела руку под его затылок, в этот раз уже плотнее касаясь головы.
Мои предположения подтвердились. Ровно посередине уже пройденного мной отрезка, я нащупала здоровенную шишку, обнаружение которой было обозначено смачным ругательством её владельца.
— Эй! Следи за языком!
— Что?.. — он уставился на меня так, будто я потребовала от него прекратить дышать.
— Что слышал, — без вызова подтвердила я свое требование. — У тебя травма головы. Скорее всего сотрясение.
— Вызови скорую!
Угу. Две скорых! Я запихнула свое раздражение подальше и как можно дружелюбнее произнесла:
— В ближайшие дни скорая будет недоступна. Снежная буря замела все вокруг.
— Так пусть пришлют вертолет! — отмороженный отдал приказ так, будто имел в распоряжении собственный авиапарк.
— Боюсь, что не пришлют. Придется ждать, когда расчистят дорогу.
— Они совсем охренели?!
— Не знаю. Зато я знаю, что первые трое суток после сотрясения нужен постельный режим.
— Не нужен! — отмороженный резко дернулся вверх, но почти мгновенно сморщился, застонал и опять опустился на пол. — Чертова башка! Почему я ни черта не помню?!
— Что значит ничего? — аккуратно решила уточнить я.
— Ничего! — зло рявкнул отмороженный.
— Мам, — позади послышался голос Саши. — Он живой?
— Живой. Зайди в дом. Я сейчас, — чисто на автомате скомандовала я, потому что меньше всего хотела контакта ребенка со свалившимся нам на голову хамом.
Саша, чуть-чуть помедлив, закрыл дверь.
— Кто это? — моментально поинтересовался отмороженный, изогнувшись в спине в надежде увидеть Сашу.
— Сын.
— Мой?!
В голосе отмороженного прозвучало такое изумление, что я на секунду опешила, затем собралась с облегчением опровергнуть нелепое предположение, но осеклась и принялась судорожно обдумывать неожиданно пришедшую в голову мысль.
Прогноз погоды был неутешительным. Буря могла затянуться на неделю. И все это время в моем доме будет оставаться совершенно незнакомый мужчина!
Крамольную идею, огреть его ещё раз по голове и подкинуть кому-нибудь из соседей я отвергла, как негуманную. Я не могла так поступить с соседями.
А вот обеспечить себе покой хотя бы на несколько часов, фиг его знает, сколько продлится эта потеря памяти, было заманчиво…
— Твой, — произнесла я и отвела глаза. — Это Саша. Твой сын, Пантелей. Ты его не помнишь? — Господи, что я несу?! Какой Пантелей?!
