– Рада познакомиться, – беспечно сообщила Кристина. – Надеюсь, вам понравится у нас, хотя, наверное, за много лет вдали от родины вы отвыкли от холодов.
– Это верно, жду не дождусь, когда мы снова уедем на юг, – неожиданно низким голосом отозвался вдруг Адвар. – Надеюсь, леди, вы отправитесь с нами.
В ответ Кристина только выразительно взмахнула ресницами, подумав про себя: «Как бы не так, самонадеянный ты болван! Пожалуй, в качестве сюрприза надо было подарить тебе зеркало, может, тогда бы твое самомнение немного понизилось!» Все «прелести» этикета девушка в полной мере ощутила за столом, где чопорный распорядитель усадил ее подле молодого Антэма. Весь ужин, который показался Криссе поистине бесконечным, она принуждена была слушать глупую похвальбу Адвара об охоте, о драках и поединках, еще о какой-то ерунде, причем при каждой помпезной фразе в мозгу девушки проносилась мысль: «Ну да, конечно!» К концу ужина эта болтовня так надоела Кристине, что она, выбрав удобный момент, слабым голосом произнесла:
– Я что-то устала сегодня. Думаю, лучше всего будет пойти лечь спать.
Прежде чем лорд Аарон успел выразить свое отношение к такому намерению, юный Адвар недовольно скривился и капризным голосом произнес:
– Но Крисса, ведь еще так рано! Мы с вами и не поговорили толком. Быть может, родители дадут нам возможность потолковать наедине?
От такого предположения девушку передернуло, и она поспешно заметила:
– Прошу прощения, милорд, но я правда очень устала. Не отчаивайтесь, ведь завтра у нас с вами будет целый день, чтобы лучше узнать друг друга.
– Что ж, дитя мое, если тебе так угодно, иди, – милостиво улыбнулся лорд Дэш. – Ты совершенно права, и завтра времени познакомиться у вас будет больше чем достаточно. Спокойной ночи, милая.
Кристина изобразила книксен, улыбнулась матери и гостям и поспешила прочь, думая: «Ага, «милая»! Если бы они слышали, как ты орал на меня утром, доказывая, что я должна выйти замуж за этого прыщавого жиртреста! Ну уж нет, завтра вы будете развлекаться тут сами!»
Теперь оставалось самое сложное – дождаться, пока все уснут. Ожидание было худшей пыткой, но все-таки мысль о побеге грела весьма ощутимо, так что Крисса спокойно переоделась и принялась еще раз тщательно проверять свое нехитрое снаряжение. Настенные часы показывали половину одиннадцатого…
Путь побега для Криссы Дэш, дочери Беатрис Брай, мог быть только один – Ледовая дорога, выстроенная духами льда, соединявшая между собой практически все города Карсайте. Дорога начиналась у Гейдергаде, самой северной точки одного из южных королевств. Обычно ею пользовались гонцы. Простых путешественников перспектива столь длительной физической нагрузки не прельщала, поэтому они предпочитали лошадей или суда (стараниями чародеев море вдоль всего побережья Карсайте никогда не замерзало, так что судоходство продолжалось круглый год). У девушки было серьезное преимущество при использовании ледовой дороги – ее мать, та самая леди Беатрис Брай, была из народа озера. Крисса до сих пор не понимала, как это отцу удалось скрыть от всех истинное происхождение своей жены и, больше того, как он, глава Магистрата, смог пойти на такое открытое преступление. Народ озера считался племенем колдунов, практикующих древнюю и запретную магию, племенем повелителей Хаоса, поэтому практически все обитатели цивилизованного мира старались обходить его представителей стороной. Это было несложно. Обитал народ озера в Великих Озерах Запада, люди этого племени редко покидали свои владения, а если такое случалось, держались тихо и обособленно. И тем не менее им не доверяли и их боялись… Народ озера имел серьезное преимущество перед прочими племенами и расами, превосходя даже всезнающих эльфов. У потомков этого племени были совершенно иные понятия о скорости, так что при желании Кристина могла бы лететь на коньках раза в два быстрее любого гонца и пробежать без остановки практически весь день. Конечно, отец наверняка вышлет за ней погоню. По этому поводу у девушки были весьма противоречивые чувства, и какая-то сторона ее души действительно желала, чтобы ее хватились и искали. Ведь иначе получится, что ее судьба и правда всем безразлична… Однако, даже если погоня будет, вряд ли народ сразу сообразит, в какую сторону она подалась, а если и сообразит, будет поздно. Она будет уже далеко, а на юге без труда сольется с толпой.
Ночь выдалась тихой, морозной и светлой, Карсайте казался на удивление родным, хотя его людных в дневное время, грязных улиц Кристина никогда не любила. На какой-то момент ей стало очень грустно. Ведь получалось, что сейчас, в этот самый момент она раз и навсегда решает свою судьбу. Не будет больше уютных посиделок у камина, болтовни с немногочисленными подругами, верховых прогулок, тихой, молчаливой зимней природы, северного сияния… И что придет этому на смену, неизвестно. Но девушка не была бы сама собой, если бы в итоге передумала. Она плотнее закуталась в плащ, поправила на плече свою сумку и бодро зашагала в сторону Ледовой дороги, которая начиналась у городской стены и сразу же ныряла в лес, простиравшийся почти до самого Гейдергаде. Заблудиться на Ледовой дороге было практически невозможно – основной путь был совершенно прямым, на всем его протяжении встречались указатели, в какую сторону нужно свернуть, чтобы попасть туда-то и туда-то, так что Кристина была по-прежнему уверена в себе. Притулившись на низкой каменной тумбе, она ловко приладила коньки к своим теплым сапожкам, поудобнее устроила на плече сумку и чехол с арфой и решительно встала. Утром она будет уже далеко отсюда, и сияющий ледяной путь обязательно приведет ее к лучшей жизни.
* * *
– Смело, – оценил Айрин, поворачиваясь на бок. Крисса, уютно устроившаяся у него на руках, только улыбнулась в ответ.
– Получается, ты та еще сорвиголова! Это ж надо! Принять такое решение, да еще и удрать из дома в полном одиночестве! Тебе же тогда было…
– Да-да, семнадцать лет, – ответила девушка. – И извини, но твой комментарий нуждается в поправке.
– Это какой еще?
– Я была сорвиголова. К счастью, ты не видел меня полгода назад, когда Дуэйн только привел меня к себе. Ты и так можешь судить, во что я превратилась. Я боюсь каждой тени, каждого сна, вздрагиваю от любого шороха и шарахаюсь от любого резкого движения… Увы, Айрин, я совсем не та, что раньше.
– Но что же произошло? – обеспокоено спросил он. – Тебя послушать, так все начиналось весьма жизнерадостно!
– Да. Но первое приключение настигло меня уже через три дня, почти у самого Гейдергаде. Смешно, но это приключение даже не испугало меня по-настоящему… Я ведь была ребенком, – эту фразу она произнесла как-то особенно грустно, так что король только крепче сжал ее в объятиях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
