Достаточно было того, что Ленни продолжал работать в этой области.
Кроме того, у Лаки имелись другие планы. Поразмыслив, она решила вернуться в гостиничный бизнес и построить в Лас-Вегасе, где когда-то начиналась ее карьера, великолепный отель, равного которому еще не было. Несколько лет назад Лаки удалось объединить нескольких крупных вкладчиков и создать синдикат, способный финансировать строительство современного гостиничного комплекса сметной стоимостью в несколько миллиардов долларов. В числе вкладчиков оказались знаменитый киноактер Чарли Доллар, не менее известный режиссер Алекс Вудс и ее собственный отец Джино, который, впрочем, предпочел оставаться негласным членом синдиката, поручив управление своей долей дочери. Собранных средств оказалось вполне достаточно для осуществления заветной мечты Лаки, а мечтала она об уникальном, единственном в своем роде высококлассном отеле с эксклюзивным казино для любителей сыграть по-крупному, изысканными номерами, роскошным фитнес-центром, ресторанами высшей категории, полем для гольфа, несколькими магазинами и лучшим в городе клубом. Пять лет Лаки работала в постоянном контакте с архитекторами, планировщиками и подрядчиками, и вот теперь до открытия великолепного отеля (а это событие предполагалось отпраздновать с подобающей помпой) оставалось меньше месяца. «Ключи» были ее любимым детищем, и Лаки не могла не волноваться, хотя и не предвидела никаких осложнений.
* * *
— Мама!.. — Макс ворвалась в гардеробную, как всегда, не постучавшись. Большие глаза глубокого зеленого цвета шестнадцатилетняя дочь Лаки унаследовала от Ленни; во всем остальном Макс была точной копией матери — у нее были те же непокорные черные волосы, та же умопомрачительно стройная фигура и гладкая, смуглая кожа оливкового оттенка. Высокая, порывистая, словно жеребенок, она держалась на редкость независимо, неизменно привлекая к себе внимание окружающих. Независимым был и ее характер; заставить ее сделать что-то, что было ей не по нраву, было практически невозможно, а уроки в школе Макс прогуливала с завидной регулярностью.
— Знаешь, что, мама?!. — воскликнула Макс, поднимаясь от возбуждения на цыпочки и слегка пританцовывая. — Я не смогу пойти на дедушкин день рождения!
— Что-что? — переспросила Лаки, изо всех сил стараясь оставаться спокойной.
— Понимаешь, одна из подруг Куки устраивает вечеринку в Биг-Беар, и я обязательно должна там быть! — выпалила Макс на одном дыхании. — Все девочки тоже пойдут. Я просто не могу подвести Куки, понимаешь?!
— Значит, ты не можешь подвести Куки? — холодно уточнила Лаки.
— Никак не могу, мам!.. — ответила Макс, дергая упавшую на лицо прядь. — Куки — моя лучшая подруга, и это ужасно важно!
Каждый раз, когда Макс что-нибудь хотелось, это было «ужасно важно». «Ужасно важно» было получить на шестнадцатилетие спортивный «БМВ», «ужасно важно» было поехать в Майами, чтобы прожить несколько дней в доме подруги, «ужасно важно» было побывать на съемочной площадке фильма с участием Леонардо Ди Каприо и так далее. Во всех предыдущих случаях Лаки пошла навстречу дочери, но эту последнюю просьбу она исполнить не могла.
— Прости, детка, — ответила она, качая головой, — но ничего не выйдет.
— Что — не выйдет? Почему?! — изумилась Макс.
— Ты должна пойти на день рождения Джино. Это не обсуждается.
Макс метнула на мать быстрый взгляд исподлобья:
— Ты это… серьезно?
— Еще как, — откликнулась Лаки и, поднявшись, направилась к двери.
— Какая же ты все-таки злая!.. — пожаловалась Макс, следуя за матерью.
— Злая?.. — Лаки вздохнула. Вся сцена что-то ей живо напоминала. Ну конечно!.. Сколько раз она сама точно так же спорила с отцом, а поскольку оба были достаточно темпераментны и упрямы, их столкновения проходили достаточно бурно.
— Ну почему я обязательно должна присутствовать на этом дурацком дне рождения? — с вызовом спросила Макс. — Да Джино даже не заметит, что меня нет!
— Разумеется, он заметит, — ответила Лаки, спускаясь по лестнице на первый этаж. — Твой дед замечает буквально все.
— А вот и не заметит, — проворчала Макс, следуя за ней по пятам.
— Ты его единственная внучка, — заметила Лаки.
— Да? А как же Кариока?
— Ну, — проговорила Лаки, думая о дочери своего сводного брата Стивена. — Кариока — это не ты.
— Почему? — напрямую спросила Макс. — Потому что она черная?
— Ради бога, Макс!.. — воскликнула Лаки. — Как ты можешь говорить такие ужасные вещи?!
И, обернувшись через плечо, она бросила на дочь гневный взгляд:
— Знаешь, Макс, по-моему, сейчас тебе лучше замолчать, пока я не рассердилась по-настоящему.
— Но…
— Нет, — отрезала Лаки, выходя на улицу. — Это решено, и я не желаю больше ничего слушать.
С этими словами она села в свой красный «феррари» и рванула с места.
— Черт!.. — крикнула Макс, когда машина Лаки исчезла за поворотом подъездной дорожки. — Хотела бы я, чтобы ты не была моей матерью! С тобой просто невозможно иметь дело!
— Ты что-то сказала? — спросил Джино-младший, который как раз появился из-за угла дома, он возвращался с теннисного корта. Джино недавно исполнилось пятнадцать, но он был уже выше шести футов и сложен, как профессиональный футболист.
— Мама вбила себе в голову, что я обязательно должна присутствовать на этом дурацком дне рождения, — пожаловалась Макс. — Какая глупость!
— А почему ты не хочешь идти к деду?
— Потому что у меня есть дела поинтереснее, — сердито откликнулась Макс.
— Какие же?
— Тебя это не касается!
Джино-младший шутливо погрозил сестре пальцем и прошел в дом, сопровождаемый двумя приятелями, которые не могли оторвать от Макс восхищенных взглядов.
— Озабоченные маленькие ублюдки, — проворчала под нос Макс. — Глаза сломаете. Идите лучше подрочите в кустах.
* * *
Включив на полную мощность CD-проигрыватель, Лаки умело вела машину, лавируя в плотном потоке автомобилей. Немного успокоившись, она подумала, что ей, пожалуй, не следовало слишком сердиться на несдержанность дочери — похоже, упрямство было у нее в генах. Разумеется, Макс была не только ее дочерью, но и дочерью Ленни, однако кровь Сантанджело явно брала верх. Впрочем, именно по этой причине Лаки не могла допустить, чтобы Макс не пошла на девяностопятилетие Джино ради каких-то подруг из Биг-Беар — лыжного курорта, расположенного в двух часах езды от Лос-Анджелеса. Кроме того, Макс терпеть не могла кататься на лыжах; один раз она попробовала, и ей не понравилось, следовательно, в Биг-Беар ее влекло что-то другое.
