Знает ли Стефано о финансовых трудностях, которые преследуют «Верфь Маринетти»? Конечно же до него должны были дойти кое-какие слухи. Будь он хорошим сыном, он сразу связался бы с отцом. Что для него парочка миллионов, которые он мог бы предоставить Чезаре на любых условиях? Сущий пустяк.
Но нет, он вернулся, лишь когда положение стало катастрофическим, а отец оказался в больнице.
Ради Чезаре она постарается сработаться с его сыном, но Джемма подозревала, что это потребует от нее и нервов, и усилий.
– Ну что ж, Джемма… – От того, как Стефано произнес ее имя – словно пробуя на вкус и одобрительно слизывая с губ, – Джемма мгновенно вспыхнула. – Как и отец, я предпочитаю на работе деловые, но достаточно дружеские отношения, поэтому для всех я просто Стефано. Предупредите менеджеров, когда они придут, что я хотел бы поговорить с каждым с глазу на глаз начиная с двух часов.
– Да, конечно.
Стефано зашел в кабинет отца. Дверь за ним захлопнулась, сигнализируя о не высказанном вслух распоряжении не тревожить его до этого времени. Разве она против? Да ей это только на руку!
Совсем не помешает передышка после того, как Стефано едва-едва не застукал ее, пока она лихорадочно рылась в сейфе Чезаре.
Джемма откинулась на спинку кресла и глубоко вздохнула. Да уж, ей придется приложить все силы, чтобы остаться равнодушной к этому неприлично притягательному образчику мужской красоты и помнить о том, что ее босс не доверил сыну свой тщательно оберегаемый секрет.
Ради Чезаре Джемма готова на многое. Она поддержит его в любом случае. Несколько минут назад она была ослеплена Стефано, но это не должно повториться. Теперь ей известно, какое влияние он может оказывать на нее, так что голову в его присутствии она больше не потеряет.
– Извините, Джемма, – вдруг услышала девушка голос Стефано и даже вздрогнула от неожиданности, так как не ожидала увидеть его так скоро. – Зайдите ко мне на минутку, пожалуйста.
«Не обращай внимания на то, как он произносит твое имя», – сурово велела себе Джемма, пытаясь справиться с волнением. Она поинтересовалась:
– Вам что-то нужно?
Его лицо озарила лукавая улыбка – странный контраст с прожигающим насквозь взглядом.
– Вы не поможете мне с кофе? Он у меня никогда не получается.
«С чего вы решили, что у меня получится лучше?» – так и хотелось спросить ей, но Джемма прикусила язычок.
– Да, конечно, – вежливо сказала она.
– Спасибо.
Девушка поднялась и отработанным жестом расправила юбку, постоянно задирающуюся до бедер. Взгляд Стефано не упустил ни одного ее движения, и Джемма сжала зубы, кляня себя за румянец, заливший щеки, и Стефано, который, казалось, обладал способностью вгонять ее в краску по любому поводу. Причем она готова была поклясться, что он делает это намеренно.
Ладно, кофе ему она приготовит, поскольку Чезаре каждый день выпивал большой кофейник. Так и быть, в отсутствие босса она будет делать то же самое для его сына, хотя он гораздо менее симпатичен ей.
– Какой? – спросила Джемма и не была удивлена, когда последовал ответ: «Черный, крепкий». Вот чего она не ожидала, так это внимания, с которым Стефано станет за ней следить. Это чрезвычайно нервировало.
– Глядя на вас, кажется, что все очень просто, – заметил Стефано, когда кофе был готов и его аромат распространился по кабинету.
Джемма посмотрела на него и тут же оказалась в ловушке его глаз, обжигающих молчаливым обещанием. Неужели он с ней флиртует?
Скорее всего, да. Ведь у него репутация Казановы. Просто Джемма с такими мужчинами еще не сталкивалась.
– Вам что-нибудь еще нужно? – холодно поинтересовалась она, надеясь, что ее тон отвадит его от дальнейших попыток заигрывания.
– Сейчас нет, – сказал Стефано, однако глаза его сверкнули.
Не желая разбираться, заключен ли в его словах некий намек, Джемма поспешила покинуть кабинет. Она недоумевала и злилась на Стефано одновременно. Как можно держаться с ней подчеркнуто по-деловому и тут же, не стесняясь, пускать в ход свое обаяние?
Джемма была готова держать пари, что пройдет совсем немного времени и Стефано отыщет еще какой-нибудь предлог, чтобы оторвать ее от работы.
Вернувшись к себе, девушка первым делом связалась с менеджерами отделов. Почти все сразу поинтересовались, когда Чезаре вернется на работу. Несколько человек беспокоились, будет ли он вообще в состоянии работать.
Джемма без труда читала кроющийся за этими словами подтекст. Что, если Чезаре придется преждевременно выйти на пенсию или – от этой мысли она похолодела – операция закончится неудачно? Она сама не так давно потеряла отца в результате несчастного случая. Как после этого примириться с мыслью о потере Чезаре? Да уж, ей предстоят долгие недели, наполненные тревогой и ожиданием.
А тут еще Стефано…
Несколько месяцев назад Чезаре признался ей, что он уже давно не общается с сыном. Джемма видела, как, заговорив об этом, расстроился ее босс.
Он любил своего младшего сына, но, по его словам, Стефано не нравилось, как отец и старший брат управляют «Верфью Маринетти». В итоге Стефано ушел из компании и занялся собственным бизнесом, отдаляясь от отца все больше.
Джемма снова задалась вопросом: что же заставило Стефано вернуться и встать у руля компании сейчас? Неужели он пошел на это лишь для того, чтобы, пользуясь отсутствием отца, переделать здесь все по-своему?
Раздался звонок внутреннего телефона, нарушая покой, в котором Джемма так отчаянно нуждалась. «Видимо, – уныло подумала она, – это становится несбыточной мечтой».
– Да, синьор, – ответила девушка.
– Стефано, – напомнил он, и его бархатный голос тут же пробудил в ней совершенно неуместные эмоции. – Вы мне нужны.
– Иду.
Джемма встала, как следует пригладила юбку, взяла блокнот и ручку и, сделав глубокий вдох, вошла в кабинет. Самовнушение, к которому она прибегла, стараясь убедить себя, что в Стефано Маринетти нет ничего особенного, не помогло, и, увидев мужчину, сидящего за столом Чезаре, Джемма сразу ощутила исходящий от него природный магнетизм. Дыхание у нее перехватило.
Узел его шелкового галстука был ослаблен, ослепительно-белая рубашка расстегнута на несколько пуговиц, обнажая оливковую кожу и поросль черных волос на груди. Рукава рубашки были закатаны, что позволило Джемме заметить точно такие же черные волоски на мускулистых руках. На одном запястье красовались часы от Гуччи.
Весь внешний вид Стефано кричал о богатстве и искушенности. Джемма восприняла это чуть ли не как личную обиду: Чезаре не мог состязаться в подобной небрежной элегантности со своим сыном.
