Уже в марте следующего 1985 года пост генерального секретаря займет Мишка меченный — могильщик Советского Союза. Жаль, что я помню только основные вехи истории. И эти знания, пока никак мне не могут помочь продвинуться в этой жизни. Но с другой стороны, я знаю про перестройку, про гласность, про первые кооперативы и про рэкет. Помню про грабительскую Павловскую денежную реформу 1991 года, а эти знания дорогого стоят. Тогда вся страна на несколько дней погрузилась в глубокую панику. Все, у кого были спрятаны деньги «под подушкой» пытались, как то обменять свои кровно нажитые. Комиссия посредников при обмене доходила до 50 процентов. Помню об августовском путче, и о последующем развале Союза в этом же 1991 году. Помню дефолт 1998 года, когда за несколько дней доллар скаканул с 6 рублей до 24. Кто-то на этом сильно наварился, но большинство людей, моментом ухнуло в бездну нищеты. Помню еще много о чем, потому как это все прошло через мою богатую на приключения жизнь. Ну и как вишенка на торте, я знаю о биткоине, и если мне, в этой жизни, удастся дожить до 2009 года, то я буду знать, куда вложить свои деньги.
Мои неспешные размышления на бегу, прервал отчаянный визг тормозов. Я краем глаза увидел несущуюся на меня машину, которая на скользкой дороге пошла в занос. Отскочить в сторону, я уже не успевал, поэтому, уходя от удара, просто подпрыгнул вверх. Сильный удар. Гантели из рук улетают куда-то в сторону. Меня, все же, зацепило краем и бросило на мокрый асфальт. Хорошо, что я успел сгруппироваться, и упал грамотно, со страховкой, прокатившись по лужам. Поднимаюсь, и первым делом, пытаюсь понять, не сломано ли у меня чего. Ощупываю себя. Прислушиваюсь к внутренним ощущениям. Вроде стою нормально. Бок, куда пришелся удар машины, немного саднит. Мой спортивный костюм весь мокрый и грязный, и к тому же сильно порван. Причем, сразу и брюки и мастерка, видать разодрало, когда меня шмякнуло об асфальт. Сквозь прорехи белеет тело и видны красные ссадины на нем. Меня отрывает осмотра своих повреждений женский голос.
— Твою мать! Ты что, не видишь куда бежишь остолоп.
Поднимаю голову, и вижу, что из раскорячившейся на тротуаре новенькой вишневой семерки, вылезла весьма эффектная длинноволосая брюнетка, слегка за тридцать. Она в черной, перехваченной на талии пояском, курточке из тонкой кожи, очень сексуально облегающей ее невысокую, но очень аппетитную фигуру. Большая грудь, тонкая талия, крутые бедра. Куртка доходит до середины бедер, открывая заинтересованному взгляду ее немного полноватые, но стройные ножки, в высоких, до колена, черных замшевых сапожках, и черных же чулочках. Ее длинные шелковистые волосы каскадом рассыпались по плечам. Лицо брюнетки вполне симпатичное, но сейчас оно перекошено от злости.
— Вообще то, девушка, я спокойно бежал по тротуару, и это именно вы сбили меня на своей машине. — рассудительно заметил я — Мы можем прямо сейчас вызвать ГАИ и оформить наезд на пешехода.
Такая эффектная мадам, на крутой для этого времени машине, одетая как кинозвезда с обложки западных изданий, на сто процентов либо чья-то жена, либо, что более похоже на правду, любовница. Чья-то — это значит, какого-то упакованного барбоса, который, конечно же, вытащит ее из любых неприятностей, договорившись полюбовно с любым инспектором ГАИ. Сейчас, конечно, нет мобилок, чтобы ей вызвонить своего благоверного, но думаю, она и без этого найдет, как сообщить ему о прошествии. Я в этой ситуации на сто процентов прав, но, затеваться с ней бодаться, а оно мне надо? По ощущениям, я в порядке. Одежду только жалко, скорее всего, она пойдет на выброс. Ждать ГАИ, на холоде в мокрой порванной одежде, не пойми сколько, потом писать заявление, ехать в больницу, вот вообще не хочется. В это раннее воскресное утро, улица совершенно пуста, и никто не видел, как все произошло. Заряженные барбосом гаишники, напишут, что я перебегал улицу в не положенном месте, и она не смогла затормозить вовремя, потому, что я, внезапно, выскочил на дорогу. В общем, хрен с этой дурой, надо расходиться с миром.
— Ой, у тебя такие ссадины на бедре — вдруг совершенно непоследовательно сменила тон брюнетка. — Сильно больно?
— Да нет, нормально. Спорткостюм жалко, а так все остальное ерунда — сердито буркнул я и развернулся, собираясь уходить.
— Постой, куда же ты? Как ты пойдешь в таком виде? — девушка остановила меня, взяв за руку. — Давай я тебя отвезу. Наверное, это все-таки я виновата. Разогналась на пустой дороге, на повороте хотела притормозить и меня понесло…
— Да ладно, я сам дойду. Тут мне не далеко.
Попытался было протестовать, я но, брюнетка, прямо силой тянула меня к машине.
— Никаких сам. Я виновата, значит с меня новый спортивный костюм. Давай, садись в машину, я сейчас все устрою.
Я подумал, ну а собственно, чего я сопротивляюсь? Пусть подвезет меня домой, если еще и костюм спортивный взамен испорченного купит, тоже неплохо, у нас сейчас дома с деньгами не жирно. Только вот, в такую рань, еще и семи утра нет, где она спортивный костюм найдет? Спорттовары откроются не раньше десяти.
— Я вам сиденья испачкаю. У меня же весь костюм в грязи. — Сделал я последнюю попытку
— Ничего, химчистка все очистит, давай садись — тут же ответила она, решительно подталкивая меня к пассажирской передней двери.
Сдавшись, я сел в машину, аккуратно захлопнув за собой дверь. У меня, в 93 году, была вот такая же, и тоже вишневая. Я ее купил на деньги, полученные как призовые, за выигрыш на коммерческом турнире по фуллконтакт карате. Та семерка была подержанная, но еще в хорошем состоянии, и я был просто вне себя от счастья, купив самостоятельно, свою первую машину. Потом, у меня было еще много разных машин, гораздо выше классом, подержанных и новых, но первая машина запомнилась особо. Брюнетка тем временем села на водительское кресло, и заведя машину,
