ним, пока он не скрылся за углом, потом вздохнула и направилась к своему.
Мои грязные ботинки хлюпали всю дорогу, и с каждым шагом на каждой ступени лестницы до третьего этажа я оставляла следы, которые позже станут липкими. Просто еще одна работа для уборщицы, я полагаю. Добравшись до своей двери я была счастлива обнаружить, что та не заперта, так как это означало, что Лив была дома, и я могла бы рассказать ей о случившемся. Я открыла дверь и, сделав только два шага в комнату, оказалась в ситуации еще более унизительной.
Там, на кровати Лив, был другой парень, обнаженный по пояс, только я был уверена, что он был также без штанов и энергично засовывал своего дружка в мою лучшую подругу. Он сделал еще приблизительно три толчка прежде, чем заметил меня.
— Святое дерьмо, — пробормотал он испуганно, затем упал с кровати, утягивая за собой одеяло и оставляя Лив голой, но, к счастью, отвернувшись от меня.
— Что за черт, Брендон? — завизжала Лив.
— Середина дня, Лив, а дверь не запрета, — пыталась произнести я с удивлением или шоком, но это было трудно сделать, потому что это Лив.
Она резко повернула голову, чтобы посмотреть на меня, а я положила руки на бедра, очевидно раздражаясь.
— О-о-о, привет, Эви. Ты ведь встречала Брендона, верно? — сказала она так, будто в мире ничего не случилось. Будто она стоит передо мной, полностью одетая, а не прервана во время секса.
Парень быстро нашел свою одежду, а надел ее еще быстрее.
— Мы познакомились с тобой в доме Бета в минувшие выходные.
— Ну, теперь, когда он одет, то ты права, выглядит знакомо, — сказала я, не пытаясь скрыть сарказм.
Он бросил одеяло на Лив, чтобы прикрыть ее, а затем обулся.
— Я пойду. Действительно неловкая ситуация, — он наклонился и быстро поцеловал Лив в губы, а затем прошел мимо меня, даже не прощаясь.
— Лив, — вздохнула я, положив свою сумку на стол, и села на край своей кровати, лицом к ней.
— Что ты делаешь? Ты ведь даже не знаешь его.
Она пожала плечами.
— Мы ходим на литературу вместе. Я сидела рядом с ним каждый день в течение двух месяцев. Кроме того, он Бета. Я видела его на всех вечеринках, и последние выходные мы немного позависали вместе.
Я склонила голову набок и подняла брови.
— О, ну тогда, очевидно, секс — это следующий шаг.
Она снова пожала плечами, а затем встала и подошла к шкафу.
— Ты не должна любить всех, с кем занимаешься сексом, Эви.
В последнее время я понимала, что у нас с Ливи не совпадают мнения о сексе. Я не была девственницей уже около года и не считала, что все должны хранить себя до брака, но не могла себе представить, что занималась сексом с парнем, которого не любила и с которым у меня не было отношений. Лив была более свободной в любви, и я считала это прекрасным, пока не застала секс с каким-то случайным чуваком.
— Твои устаревшие взгляды на здоровые сексуальные отношения — это установки женского общество примерно так тридцатилетней давности, — сказала она, выглядывая из-за двери своего шкафа.
— Устаревшие? Мои взгляды не устарели. Они эмоционально безопасные, а твои сексуальные связи нельзя назвать отношениями. Это случайные встречи, в лучшем случае.
Я видела, как она склонила голову к двери с лучезарной, пленительной и великолепной улыбкой.
— Завоевания, — взволнованно сказала она, играя бровями с намеком.
Я не смогла сдержать смех. Лив была моей лучшей подругой с четырнадцати лет, и всегда сходила по мальчикам с ума. В течение первого года обучения в колледже, она, казалось брала быка за рога и заняла либеральную позицию по сексуальным отношениям прям серьезно. На самом деле, за первый семестр она переспала с таким большим количеством парней, с каким я думала переспать за всю свою жизнь. Вы не смогли бы ненавидеть ее за это. Иногда я даже завидовала. Она была уверенной в себе. Знала, что парни хотели ее, и это давало ей своего рода властью над ними. И, справедливости ради, не выглядело, будто она спала с кем попало. Лив была разборчивой и обычно выбирала парней, которые были вежливыми и симпатичными. И некоторые из них, уверена, хотели бы встречаться с ней по-настоящему, но она никогда не была заинтересована, утверждая, что она была слишком молода, чтобы быть привязанной к кому-то.
У нее также были правила. Совершенно простые правила, о которых она всегда предупреждала своих партнеров. Первое: никакого вранья, то есть никакого секса с парнем, который состоит в отношениях. Она не принимала участие и не терпела девчачьи драмы. Второе: никакой драмы в общении. Лив не ждала, чтобы они звонили ей, и она не планировала делать это сама. Если они звонят, то звонят, но никаких ожиданий. Третье: безопасный секс — всегда. Это было одно из ее правил, которое я полностью поддерживала. Четвертое: это минутное развлечение, ничего больше. Пятое: никто ни у кого не остается на ночь ни в нашем общежитии, ни в месте, где жил он. И я клянусь, что даже случайных парней не с территории кампуса, она динамила.
Даже я могла признать, что ее взгляды на сексуальные отношения были намного старше ее самой. Думала, что, может быть, она пересмотрела «Секса в большом городе», когда мы учились в старшей школе.
Я вздохнула, потому что знала, что что бы ни сказала, ничего не изменит ее, да и если бы она изменилась, то не была той Лив, которую я любила. Подошла к шкафу, который стоял напротив ее, и начала отлеплять от себя мокрую одежду.
— Что с тобой случилось? — спросила меня Лив, заметив мое затруднительное положение.
— Один придурок врезался в меня в кафе, и вся моя кола вылилась на меня.
Я сняла заимствованную рубашку, чтобы показать ей нанесенный ущерб, бросая рубашку красивого незнакомца в корзину для белья.
— О-о-о, — протянула Лив, глядя на меня. — Люблю этот лифчик.
Я смеялась, конечно, он ей нравился.
— Так же, как и всем, кто видел меня в этой промокшей рубашке.
Стянула белье через голову, поскольку не капли не наслаждалась ощущением мокрой ткани на своей коже.
— К счастью, один хороший парень буквально стянул с себя рубашку для меня.
— О, настоящий джентльмен. По крайней мере, он не просто так смотрел на твои сиськи, — сказала она, натягивая на себя шорты.
— Ну, — произнесла я, снимая остатки своей одежды и оборачивая себя полотенцем, — думаю, что он увидел достаточно, прежде
