class="p1">— Какое же?
— Поехали к Деду.
— К Деду…
Я задумался. Дедом мы называли нашего хорошего друга, Илью Березовского, который владел целой сетью своих шаурмечных. Купить там можно было не только шаурму — различные салаты также входили в меню. Но ездили мы туда не столько за шаурмой, сколько повидаться с Дедом. Это был очень интересный человек, эрудированный, начитанный и всегда невероятно опрятно выглядящий. Да и был он, говоря откровенно, совсем не дедом: ему шёл всего пятый десяток. Но, так как он был старше нас на добрых двенадцать-пятнадцать лет, а мудростью не уступал какому-нибудь старику, познавшему Дзен, мы звали его Дедом.
— Поехали.
На месте мы оказались достаточно быстро — находилась точка на фудкорте «ДИКИЙ ВАЛ», неподалеку от станции метро Крестьянская застава. Жили мы с Зоей недалеко оттуда, аккурат на Юго-Восточной. Выйдя из метрополитена и добравшись до этого невысокого, но длинного здания, мы вошли внутрь, тут же очутившись среди миллиона разных звуков и запахов. Всюду ходили люди, играла музыка, шумели телевизоры, столики были заняты гостями. Вьетнамские супы, китайская лапша, казахские национальные блюда, польская кухня. Тут было всё. И, может кто-то мог бы сказать, что это место отнюдь не ресторан, но нам это было абсолютно безразлично. Рестораны мы особо не любили: во-первых, люди, обедающие в них, зачастую были через чур уж важными, даже с виду, а от пафоса, исходящего от них же, могло стошнить прямо в тарелку. А во-вторых, всё там было возмутительно дорого. И, конечно, да, это был не ресторан. Зато обставлено всё было почти как в ресторане!
Общий зал был разделён множеством стен, имеющих по центру одну общую стену. Таким образом получалось, что у каждого заведения был свой маленький зал, имеющий по четыре столика каждый. Когда мы добрались до шаурмечной Деда, носящей гордое название «Gods of Shayrm», тут же поставили пакеты на стульчики у первого столика. У него сегодня людей практически не было.
Дед в этот день работал один, без напарника.
— Ну привет, малыши, — сказал он, когда мы подошли к кассе. Точными и быстрыми движениями он нарезал помидоры, после чего отправлял их в специальный контейнер. Длинные, темные волосы с проседью, были сложены в аккуратный пучок. Рыжую бороду он недавно аккуратно подстриг. — Как дела?
— Пойдет, Дед, ты как?
— Тоже потихоньку. Сегодня один вот, надо дел сделать кучу, ну да ничего, людей тоже нет, потому управлюсь. Вам как обычно? С картошечкой?
— Да, но в этот раз нам максимально острую, обоим, — выпалила Зоя ещё до того, как я успел открыть рот.
— Про гастрит вы не слышали, да? — Дед хохотнул, а затем посмотрел на неё. — Это он тебя на неё подсадил, — он кивком головы указал на меня. — Король Ада, уничтожитель желудков, демон из Властелина Колец, но в реальности. Забыл, как его там звали.
— Балрог, — напомнил я.
Дед махнул и пробил на терминале две шаурмы.
— Можете оплачивать. Через минуток восемь будет готово.
Я приложил карточку. Аппарат пикнул, принимая оплату.
— Слушай, а чего у тебя тут так тихо? Даже музыки нет.
— Справедливо, — согласился Дед, раскладывая два чёрных лаваша на столе. — Сейчас всё устроим, — он включил висящий позади него телевизор. Экран показывал какую-то австралийскую передачу, где показывали жизнь акул в водах Сиднея. «Сейчас таких передач и не увидишь, — подумал я. — Или, точнее, увидишь. Другое дело, они мало кому нужны, тем более людям, смотрящим телевидение ради телевидения».
— Я слышала про какую-то акулу, — сказала Зоя, — которая живёт около трехсот семидесяти лет.
Дед кивнул, переворачивая щипцами ломтики мяса на гриле. Аккуратно рассыпав их по лавашу вдоль соуса, начал посыпать луком и остальными ингредиентами.
— Да, иногда удивляет, что живое существо может жить так долго. Вот эта акула живёт, считай, пять человеческих жизней. Недурно, да? И какая у неё жизнь, у этой акулы? Плавает по морю, ест, спит, и так десятилетие за десятилетием, сотня лет за сотней. Не скучно ей там, в морских водах? — Спросил он и положил две шаурмы обжариваться. — Может и хорошо, что век человека так недолговечен. Человеку, может, и не надо долго жить — он пришёл на Землю, сделал свои дела, ушёл. Вот и всё, — он пожал плечами. — Может, в этом есть какой-то смысл, может нет.
Он зыркнул на нас.
— И вообще, чёй-то мы про акул смотрим, интересней что ль ничего нет? — Дед взял пульт и переключил канал. Включился какой-то фильм отечественного производства про ведьм. — Дерьмо… — Дед переключил. — Дерьмо… Дерьмо… Дерьмо…
— Стой, — сказал я. — Верни обратно.
Он включил предыдущий канал.
— Мда… — Выдохнула Зоя.
На экране появилась колонна бронетехники, направляющаяся в неизвестном направлении. Позади неё находилась лесополоса, по бокам маршировали солдаты в полном обмундировании НРГ. Нашей страны. Затем фон сменился и появилась телеведущая.
«В настоящий момент обстановка на границе территории Польши накалилась, — вещала она звонким, но притягивающим голосом, — войска НРГ с территорий украинских и белорусских губерний стянулись к границе. Похоже, заявления главы Европейского Альянса по поводу абсолютного железного занавеса оказались отнюдь не пустыми словами. Но когда это действительно вызывало опасения у объединенных народов НРГ?»
— Да уж… — Выдохнул я.
Дед положил на поднос перед нами две шаурмы.
— Компотик будете? Сделал сегодня. Из вишни и яблок.
Мы кивнули, оторвавшись от телевизора. Дед налил в стаканчики прохладный компот.
— Спасибо, родной, — сказали мы с женой почти синхронно.
— Приятного, малыши, — он подмигнул, затем отвернулся и выключил телевидение. Включил Ютуб и поставил какой-то свой музыкальный плейлист. Заиграла песня Hero группы Skillet, и Дед продолжил делать свои дела. Мы с Зоей сели за столик.
— Эта война не даёт мне покоя, — сказала Зоя. — Я переживаю из-за родителей, милый. Эти обстрелы границ…
— Знаю, родная. Но они сами выбрали там остаться, это их дом.
— Да. Дом…
Я взял её руку в свою и сжал.
— Чуть что случится, они всегда могут приехать к нам. Не переживай за них. Не думаю, что Альянс решит всерьез бомбить приграничные города НРГ. Тогда наши ответят и всё это пойдет по накатанной снежным комом, а этого бояться уже все.
— Да, ты прав.
— Конечно прав. Поедим? А то остынет. Горячую шаурму горячей девочке, — я ободряюще улыбнулся.
Зоя ответила улыбкой и смахнула едва появившиеся в уголках глаз слезинки. А затем с хрустом надкусила шаурму.
***
Прошло две недели как мы с Зоей выбрались за покупками. Несмотря на то, что близилось лето, на улице неожиданно похолодало. Небо затянуло серым покрывалом, порой покапывал какой-то непонятный дождик. Я также ходил работать в
