освежающий. После стольких лет, проведенных в городе, он никогда не надоедает. Я приветствую студентов у стойки регистрации по пути в свой кабинет — танцевальную студию. Я открываю дверь и щелкаю выключателем. Естественный свет заливает пространство из окон от пола до потолка в дальнем конце. Большие зеркала и окна делают этот кабинет лучшим во всем мире.
Я включаю звуковую систему и открываю свой плейлист, понимая, что у меня есть десять свободных минут до моего первого занятия. Я сажусь на пол, чтобы надеть балетки, и даю себе пять минут на то, чтобы позалипать в телефон. Это моя награда за то, что я пережила ещё одно утро.
В зал проходят две девушки, бросают сумки и роются в поисках обуви.
— Доброе утро, дамы.
Эти девушки входят в танцевальную команду, и с ними будет интересно работать в этом семестре. Мне нравится видеть, как они внедряют то, чему научились, в свои танцевальные программы. То, что они танцуют, и близко не имеет ничего общего с балетом, но плавность их движений меняется по ходу семестра. Это мой маленький вклад в мир танца.
Это не такая большая сцена и не такой яркий свет, как я себе представляла, но мне всё равно это нравится. Я делаю глоток уже остывшего кофе, пока приходят новые студенты, готовые двигаться под звуки классической музыки, которая питает мою душу.
Глава 2
ШЕЙН
Штанга со звоном ударяется о стойку. Я сажусь и вытираю пот с лица футболкой. Я здесь уже месяц и, кажется, наконец — то начинаю привыкать к разреженному воздуху. Тренироваться последние несколько недель было труднее, чем я помню. Музыка гремит у меня в ушах, и я хватаю телефон, чтобы проверить сообщения. Ничего. Я перехожу на электронную почту, закрепленную за мной как за новым тренером по обороне штата Колорадо. «Колорадский лось». Кажется, что это должны быть лоси, но это Лось. Что, чёрт возьми, за талисман — долбаный Лось?
У меня не было возможности отправиться в поход, и, вероятно, не будет, пока сезон не закончится, если моё колено выдержит, но я слышал, что если вы встретите лося на тропе, он может быть беспощадным. Так что, может быть, это не такой уж и плохой талисман, в конце концов.
Я выключаю музыку, нажимаю кнопку, чтобы закрыть дверь гаража, и направляюсь в свою арендованную квартиру на следующие несколько месяцев, пока не решу, хочу ли я здесь остаться. Пока это временно.
Я провел последние девять месяцев, пытаясь понять, что мне делать теперь, когда моя профессиональная карьера закончена. Я пытался притвориться, что моя травма каким — то образом заживет и я смогу вернуться к единственному занятию, которое я люблю, но вот я здесь, и все по — прежнему кончено.
Я проводил дни на физиотерапии, а ночи — с бутылкой. Я чувствовал, что у меня всё отлично получается, когда я пытался смириться с тем фактом, что никогда больше не выйду на поле в защитных перчатках и шлеме. На игру, которая помогала мне двигаться, дышать и избегать неприятностей с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать.
Теперь, когда у меня оставались ещё годы, чтобы играть и заработать кольцо за Суперкубок — я помогаю группе детей заниматься величайшим видом спорта на земле. Самое поганое, что я хочу быть тем, кто выбегает на поле и делает подкаты.
Я кладу телефон на стол и заглядываю в холодильник. Там пусто, если не считать спортивных напитков, немного пива, молока и яиц. Я достаю упаковку яиц и начинаю взбивать несколько штук на единственной сковороде, которая у меня есть. Пока я не пойму, то ли это место, где я хочу быть, и хочу ли я проводить время, тренируя других, мои вещи останутся на складе, и я буду довольствоваться самым необходимым.
У меня звонит телефон, и я уже знаю, что это мой агент. Именно он подтолкнул меня к тому, чтобы согласиться на эту должность, когда я был бы рад продолжать жить отшельником и коротать дни за выпивкой. Ну, это не совсем правда, но я никогда ему этого не скажу.
Роб притащил мою жалкую задницу в аэропорт, посадил меня на самолет для собеседования и принял предложение от моего имени. Каждая частичка меня знает, что если я хочу остаться в спорте, я не могу упустить эту возможность, и мне нужно выложиться по полной.
Команда штата Колорадо в прошлом году была в ударе. У них есть золотой мальчик Коул Мэтьюз. Сын Тима 'Ракеты' Мэтьюза и надежная линия нападения, которая работает как хорошо смазанный механизм. Судя по записи, которую я видел, защита нуждается в некоторой доработке, в этом сезоне многое предстоит сделать.
Я был бы сумасшедшим, если бы отказался, пришлось бы быть комментатором, а это чертовски нежелательно. Я ненавижу иметь дело с репортерами и давать интервью. Находиться перед камерой было моей наименее любимой частью игры в НФЛ, к большому разочарованию моего агента. Если есть способ избежать этого, то я ухвачусь за него. Так что я в долгу перед Робом, моим безжалостно упрямым и самым надоедливым агентом, за то, что он отправил меня пинком под зад в Колорадо.
— Привет, Роб, — мой голос звучит так, словно я не пользовал его несколько дней. Не использовал, за исключением ругательств.
— Покидал ли недавно волк пещеру?
Роб считает себя забавным. Я не напоминаю ему, что это не так.
— Итак, вы готовы к следующей неделе, тренер? Бьюсь об заклад, эти ребята не знали, чего ожидать. Великий Шейн Картер украсил их поле.
— Роб, я четко изложил свои ожидания, и они приступили к работе. Мы не сидели сложа руки, делясь историями и перекусывая.
Он игнорирует мой ответ.
— Как продвигается работа с Кавано?
Роб имеет в виду главного тренера, который известен тем, что выводит команды на вершину. Этот человек говорит очень громко, но он заботится о своих игроках. Я уже видел это, когда он работал с командой и пригласил меня на ужин.
— С ним всё в порядке, хотя к концу сезона мне понадобится слуховой аппарат.
Раздается раздраженный вздох, и я не сомневаюсь, что Роб откидывается на спинку стула.
— Это серьезно всё, что ты собираешься мне сказать? Никакого “спасибо” за то, что спас твою задницу от дивана или нашел тебе работу, где ты всё ещё можешь использовать свой бесконечный набор знаний, умений и талантов?
— Нет.
— Как насчет билетов? Я прилечу и
