Читаем без скачивания Русская гейша. Загадки любви - Таня Кадзи

– Я проводила гостью в помещение для тяною, – сказала после паузы Лиза. – Она сказала, что ты пригласила.

Тяною – японская чайная церемония, и Лиза для ее проведения оформила нашу репетиционную комнату.

– Да, Лизонька, хочу предложить Ёсико, так зовут нашу гостью, поработать у нас, поучить наших девушек. Да и сама я с удовольствием послушаю лекции. Она преподает в институте японскую культуру, – сказала я. – Я одна просто уже не справляюсь, и думаю, что наш бюджет вполне позволяет такие траты. Если Ёсико согласится, то оформи с ней типовой договор.

– Прекрасная идея! – явно обрадовалась Лиза. – А то ты совсем вымоталась.

– И знаешь еще что, – продолжила я, – хочу уйти из школы. Жаль, конечно, мою танцевальную студию, но у меня абсолютно нет на нее времени. Нужно развивать дело, набирать новые кадры. Сама видишь, сколько заказов. Мы пока единственные гейши в Москве.

– И тут ты права! – поддержала она меня. – Я тебе еще в прошлом году говорила, что не потянешь такую нагрузку!

– Аямэ? – раздался в этот момент голос Ёсико, и она вошла в приемную. – Вас и не узнать без грима и костюма! Но все равно вы очень хороши собой! – заметила она и улыбнулась.

– Здравствуйте, Ёсико, – улыбнулась я в ответ. – Очень рада, что вы приехали! У меня к вам важный разговор. С Лизой уже познакомились?

– Да, – ответила она. – И я посмотрела вашу чайную комнату. Все устроено без нарушения традиций, даже имеется ниша токонома, без которой невозможно ни одно японское помещение. И в ней прекрасная икебана.

– Это Лиза старается, – заметила я.

– Пойду сварю кофе, – сказала Лиза. – А вам, Ёсико, может, чай?

– Нет, мне, если можно, тоже кофе.

Мы устроились у меня в кабинете. Ёсико внимательно выслушала мое предложение и, не раздумывая, согласилась.

– Я спокойно смогу совмещать работу здесь с преподаванием в институте, – сказала она. – И буду делать это с удовольствием. Мне очень нравится ваше дело, и я вижу большие перспективы.

– Хотелось бы, чтобы мои девушки получили разносторонние знания о Японии, – заметила я. – Но, сами понимаете, все-таки акцент должен быть на всем, связанном с гейшами.

– Да, несомненно, – согласилась Ёсико. – И мне самой будет интересно подбирать материал по этой теме.

На прощание Ёсико преподнесла мне фигурку могучего воина в полном самурайском снаряжении.

– Это Бясимон, бог богатства и процветания, – пояснила она, – один из семи богов Удачи.

– А почему он с таким большим копьем? – поинтересовалась я, изучая фигурку.

– По преданию он охраняет северный край земли от вторжения демонов, – ответила Ёсико.

«Тяжелые створки воротДавно на замок закрыты.Луна в морозную ночь!»

Все дни до старого Нового года были заняты бесконечными выступлениями. Меня утешало только то, что после каникул не нужно было выходить на работу в школу. Директор Михаил Феликсович уговаривал меня не бросать студию среди учебного года, но я была непреклонна. И как-то с утра приехав в школу, написала заявление об увольнении. Он внимательно на меня посмотрел, задумался, но потом все-таки подписал.

Тепло с ним распрощавшись, я вышла на улицу и вдохнула морозный воздух полной грудью. В этот момент услышала, как сигналит машина, и повернула голову. У тротуара притормозила серебристая Тойота. Она принадлежала моему очень хорошему другу господину Ито. Это был японец лет пятидесяти, низкорослый и полный. Он уже много лет жил в Москве, так как имел здесь свой бизнес. Я познакомилась с ним в школе после выступления воспитанников студии на одном из праздников. Директор школы и он были стародавними друзьями. Господин Ито скучал по родине, по привычному для него образу жизни и предложил мне поработать гейшей. А потом я организовала свое дело. И он мне в этом очень помог. Одно время мы были в близких интимных отношениях, да и сейчас, хоть и виделись намного реже, сохраняли нежную связь.

Дверца распахнулась и я, улыбнувшись, направилась к машине. Когда забралась внутрь, то вскрикнула от радостного изумления. Вместе с господином Ито в машине сидел Хаттори Митихиро.

– Охаё: годзаимас, Ито-сан, – поздоровалась я, видимо от растерянности, на японском, – …и Хаттори-сан, – добавила я и наклонила голову. – Как я рада вас видеть!

Я подняла глаза, посмотрела в его покрасневшее лицо и улыбнулась.

– Я счастлив, – ответил он.

Господин Хаттори, молодой японец, адвокат по профессии, был моим давним другом. Он постоянно жил в Токио. Когда я ездила туда в прошлом году, мы встречались.

– Удивлена? – улыбнулся Ито-сан. – Господин Хаттори прилетел вчера. И очень хотел встретиться с тобой. Мы направлялись в офис. И тут ты, Танечка! Вот мы обрадовались! Ты была в школе? – живо спросил он.

Долго живя в нашей стране, господин Ито прекрасно говорил на русском. Его офис и съемная квартира находились в Замоскворечье, недалеко от школы.

– Да, Ито-сан. Но я уволилась, – ответила я, глянув на Митихиро.

Он пристально смотрел на меня и улыбался.

– Вот, значит, как, – задумчиво проговорил господин Ито. – Этого следовало ожидать. Дела идут все лучше? Я понимаю, что ты не успеваешь. И, естественно, выбрала то, что для тебя наиболее выгодно и перспективно. У нас говорят: «Если уж укрываться, так под большим деревом».

– Да, что-то типа того, – пробормотала я. – Пришлось выбрать, иначе ждала неудача и здесь и там.

– Ты огорчена? – спросил Митихиро.

Его небольшие черные и блестящие глаза смотрели ласково и участливо.

– Жаль студию. Дети расстроятся, когда после каникул узнают, что занятия прекращены.

– Ничего, Таня, – успокаивающе проговорил господин Ито, – я думаю, Михаил Феликсович найдет достойную замену. А тебе нужно смотреть вперед и думать о будущем. Но ты, как я вижу, совсем не отдохнула в эти праздники? Глаза грустные, личико утомленное, несмотря на раннее утро.

– Знаете, Ито-сан, я уже с трудом понимаю, когда утро, а когда вечер. Мы едва успеваем выполнять заказы, спрос неимоверно большой. Я сегодня спала всего два часа.

– Бедная моя птичка! А мы хотели пригласить тебя на ужин.

– В другой раз, – мягко ответила я и опустила ресницы.

Мне было неприятно отказывать ему, но на этот вечер у нас снова были назначены выступления.

– Я понимаю, – улыбнулся господин Ито ободряюще и поцеловал меня.

– Еще увидимся, – сказала я, глянув на Митихиро, и покинула машину. – Передавайте привет господину Кобаяси.

– Обязательно, – ответил господин Ито, высунувшись из окна. – Правда, он сейчас с семьей в Токио.

– Надолго?

– Нет, через три дня вернутся.

Господин Кобаяси был секретарем посольства, и являлся мне почти таким же другом, как и господин Ито. Я знала, что в любой момент могу к ним обратиться.

Но когда я вышла из машины, Митихиро неожиданно последовал за мной.

– Я не могу вот так отпустить тебя, – мягко сказал он, беря меня под локоть. – Если ты не можешь поужинать с нами, то хотя бы позавтракай со мной.

– У меня есть пара часов, – ответила я и улыбнулась.

– Вот и отлично! – явно обрадовался он. – Мы так давно не виделись! Хочешь, пойдем ко мне?

– В смысле? – удивилась я. – Ты разве не в «Рэдиссон – Славянская»? Ты же там останавливаешься. И ты, вообще, надолго?

– На пять дней, – ответил Митихиро, прижимая мою руку. – Ай! – вскрикнул он, поскользнувшись и теряя равновесие.

Я попыталась удержать его, и в результате мы оба упали. Тут же расхохотались, барахтаясь на обледеневшем тротуаре. Когда поднялись и начали отряхивать снег друг с друга, Митихиро негодующе заметил:

– И почему у вас тротуары не чистят? И еще столица называется!

Но меня разбирал неудержимый смех. Он посмотрел на меня и снова начал смеяться.

– Так что, пойдем? – спросил он, когда мы успокоились. – Ито-сан решил поселить меня у себя в квартире на эти дни. Я, конечно, отказывался. Но он настоял. Сказал, что его все равно почти никогда дома не бывает, а квартира огромная. Так что я там обитаю.

– Отлично! – обрадовалась я. – Тут идти два шага.

– Два шага? – удивился Митихиро.

– Не обращай внимания! – вновь рассмеялась я. – Ты же знаешь, русские словосочетания не означают буквально смысл сказанного.

– О, да! – улыбнулся он, беря меня под локоть.

Я невольно прижалась к нему, чувствуя нежность. В Токио мы состояли в интимных отношениях, и мне всегда было с ним хорошо. Я невольно вспомнила, как Митихиро однажды принес мне пион, а потом рассказал народную сказку о принцессе, в которую влюбился дух этого цветка и превратился в юного самурая, чтобы приблизиться к ней. Я повернула голову и глянула в его сияющие глаза. Он смотрел на меня, улыбаясь. Потом поднял мою руку, загнул край перчатки и поцеловал запястье. Такое проявление чувств на улице для японца было экстраординарным.

Когда мы пришли в квартиру господина Ито, я сразу сбросила шубку и направилась в ванную. Здесь я бывала неоднократно, так что ориентировалась хорошо. Приведя себя в порядок, я скинула одежду, распустила волосы и набросила мужское кимоно, висевшее на крючке в ванной. Но в этот момент в дверь тихо стукнули.