живым человеком, исцеляющим своими молитвами все болезни. Этот способ особенно сильно действует на умы неграмотных людей. Подумайте только, видеть святого не на иконе, не «лик» его и не мощи его, а живого святого, говорить с ним и исцелиться, — разве не стоит это трудовой засаленной «трешки» или десятка яиц? Разве не стоит пойти и поклониться святому, если к тому же встреча со святым обставлена торжественными и жуткими обрядами?
И попы изобретают эту жуткую, на нервы действующую обстановку и пачками создают новых святых.
Колокольня собора. Под колокольней — склеп. В нем — гроб. В гробу — живой монах. Ине просто монах, а святой монах. Приди, говори с ним, молись вместе с ним, заплати монашкам, что обслуживают святого человека во гробу. И крестьяне окрестных деревень идут в село Добрынино, б. Серпуховского округа, и несут ему в жертву яйца, масло и деньги...
В деревне Слудново, Красно-Холмского района, жил Кузьма Михайлов. Впрочем, вряд ли кто знал его настоящую фамилию. Величали Кузьму Михайлова по всей округе, вероятно, не без основания «Кузя-плут». Плут оправдал свою кличку. Его последнее плутовство таково: он построил себе
---14---
келью, объявил себя святым и специалистом по излечиванию разного рода недугов. Презираемый вчера «Кузя-плут» сегодня стал святой, стал изгонять своими молитвами бесов и т.д.
Стефану Твереняку 53 года. С детских лет живет он в селе Ивановке, б. Днепропетровского округа. И с давних пор лежит он без движения, будучи разбит параличом в результате наследственного сифилиса. Стефана Твереняка знала вся деревня: человек, как человек. Вдруг по деревне и по всему району пошли удивительные слухи. Сморщенные старушки быстрее радио разносили весть:
— Стефана осенила божеская благодать. Лечит он теперь от всех болезней...
Стефан, просто, Стефан Твереняк, превратился в святого врачевателя «Стефана-боляшего», и народ потянулся к нему.
А потом был обыск. И больше тысячи метров холста и множество других товаров вывезли со двора «болящего». А потом был суд, и на суде Стефан покаялся:
— Я не виноват. Это меня поп надоумил. Он мне велел стать святым, я и стал...
Стефан-болящий не одинок. В селе Урени, б. Ульяновского округа, попы объявили святым сифилитика «Васю-болящего». С торжественной свитой его- возили по району, от церкви к церкви, и всюду собирали богатую жатву святые отцы. Уезжали отцы, увозили Васю, и оставались микробы — возбудители сифилиса.
Впрочем, дело не только в расе. Огромное большинство церковных обрядов — это скорейший и вернейший путь заразить человека любой болезнью. Целование креста, евангелия и поповских рук, причастие, омовение и окропление, водой, — все это прекрасный путь размножить заболевания, усилить заразу. А чего, например, стоят святые источники и исцеляющие родники?
В Южно-Колованском районе церковники обна-
---15---
ружили святой ключ; водой этого ключа крестьяне лечились от трахомы и накожных болезней. Под Павлово-Посадом, б. Орехово-Зуевского округа, с давних пор считается чудесным озеро Данилица. Ежегодно на озере происходят молебны, а затем, бросив одежду в озеро, и здоровые и больные купаются в тесном общении друг с другом.
Церковные обряды содействуют распространению болезней, но эти же обряды являются иногда и прямой причиной смерти. Приведем только несколько примеров.
В станице Аль-Невской (Дагестан) у крестьянина Битадзе заболел скарлатиной трехлетний сын.
— Некрещеный он у вас, вот и болеет. Смотрите, помрет... Вы перед богом в ответе будете.
И отец Битадзе понес спасать сына. Купанье в холодной воде оказалось смертельным. Ребенок умер.
Печальная газетная хроника повествует и далее: умер после обряда крещения ребенок крестьянина Анцетарова (хутор Юдин, б. Донского округа); умер в результате обряда крещения ребенок крестьянина Статывки (Синельниково, Никольского района); умерла крестьянка деревни Климовки, б. Вятского округа, Стукова, 55 лет, которую уговорили перейти в старообрядческую общину и которая крестилась в пруду в октябре.
Таковы жертвы собственного невежества и алчности церкви и ее служителей. Их много, этих жертв. Заразу несет крест в руках «батюшки», смерть сеют обряды и чудодейственные способы врачевания знахарей и церковников.
Ловкие руки чудотворцев.
Верующие не имеют права сомневаться в возможности чудес. Божественная сила может сделать все, в том числе и творить чудеса, то есть изменять законы природы. Верующий не имеет права сомне-
---16---
ваться в правдивости таких, например, рассказов, как путешествие святого Иоанна архиепископа Новгородского, верхом на чорте в Иерусалим и обратно, с такой при этом быстротой, что от ранней обедни в Иерусалиме св. отец в тот же день поспел к поздней в Новгород. Не имеет права верующий брать под сомнение и рассказ о нечестивой жене святого Гангульфа, которая, не веря в святость своего умершего мужа, смеясь, сказала: «Скорее запоет мой зад, чем он совершит чудо», и зад которой, согласно рассказу, действительно запел...
Взять под сомнение чудо, значит пасть в грех. И церковники с давних времен вплоть по наши дни широко используют эту непререкаемость чудес;
Темная крестьянская масса, верующая в библейские сказки, в бога и чорта, отдающая свои гроши и попу, и знахарю, верит и в чудеса, совершаемые ловкими руками служителей бога.
Чудо в руках церковников, это — средство запугать население, повысить религиозность масс, это вместе с тем средство повысить свои доходы и, наконец, способ антисоветской пропаганды.
Наиболее простой, но совсем не наименее доходный и действенный вид чудес, — обновление икон. Старые, потемневшие от времени иконы становятся вдруг яркими, краски заново приобретают свою молодость, и «лик» святого начинает сиять, как уверяют при этом старушки, «небесным огнем». К обновленной иконе начинается паломничество, ей служат молебны, она часто, приобретает чудесно-целебные свойства, и доходы церкви быстро растут.
Как оборудуется такое обновление? На этот вопрос могут ответить многочисленные факты. Немало было за 1930 год случаев обновления икон и столько же было случаев мошенничества.
Вот чудесным образом обновившаяся икона в доме Михаила Покраса, крестьянина села Свято-
---17---
Троицкое, б. Николаевского округа. Чудодейственный блеск озарил его дом, и самые настоящие пятачки и гривенники посыпались от доверчивых паломников Покрас, бывший дьячок, договорился уже о торжественном перенесении иконы в местную церковь, но приехала специальная комиссия для расследования, и мать Покраса рассказала, как она вместе с невесткой извлекла икону из сарая и, подкрасив, послала работницу поведать селу о чуде.
Обновленная икона в селе Юрманке, Чердаклинского района, была свирепого нрава: она, по уверениям верующих, не подпускала к себе коммунистов и обжигала приближавшихся безбожников… Но приехали из Ульяновска коммунисты и безбожники, сняли икону и установили, что венчик почищен мелом, а «лик» — водой; те же места иконы
