и ушки, — язвительно сказал Инь Фэй. — Все знают, что лисицы-оборотни популярны, вот и…
— Как грубо! — Мэйхуа надула прелестные губки. — Я тоже не спрашиваю тебя, откуда у тебя такая пасть!
— И вовсе не пасть! — возмутился Инь Фэй. Тем не менее, он сразу достал из рукава зеркало и принялся себя рассматривать. — Мой рот только чуть больше, чем у смертных…
Мэйхуа ехидно рассмеялась, прячась под покрывало с головой.
— Ладно, — смилостивился Инь Фэй и принялся развязывать пояс. — Давай-ка по честному, — он бухнулся на кровать и заключил кокетливо ойкнувшую Мэйхуа в объятия. — Ты опять поспорила с подружками, что затащишь меня в постель, — прошептал он её на ухо. — Так?
— Ах, молодой господин Инь Фэй такой догадливый и чуткий, — рассмеялась Мэйхуа.
— На сколько спорили? — прошептал Инь Фэй.
Мэйхуа влезла ему на колени, заключая в ответные объятия и прошептала на ухо. Инь Фэй хмыкнул.
— Я поддамся, но половина — мне, — прошептал он в ответ, обводя пальцем коленную чашечку лисицы (или «лисицы»).
— Идёт, — пискнула Мэйхуа, сощуривая хитрые глаза.
…Не успела догореть палочка благовоний, как демоница недовольно заворочалась.
— Я не это имела в виду, — проворчала она.
— Только не говори, что клиенты тебя об этом не просили, — фыркнул Инь Фэй. Они лежали на кровати наподобие символа инь-ян: ноги Мэйхуа находились около головы Фэя, и чиновник обеими руками обнимал пушистый лисий хвост.
— Просили, но… Это скучно, — Мэйхуа издала разочарованное поскуливание.
— Твои подружки наверняка сейчас подглядывают в щель, — сказал Инь Фэй. — Так что постарайся выглядеть весёлой, а то они над тобой смеяться будут, — и с удовольствием погладил хвост. Такой мягкий, пушистый. То, что нужно после паршивого дня.
— А как ты стал демоном? — вдруг спросила Мэйхуа. — Я просто подумала — когда ты в первый раз отшил меня и моих сестриц, ты сказал, что даос. Целибат, отказ от мирских удовольствий, совершенствование духа и тела, всё такое… И как же ты стал демоном?
— Демонами, — сказал Инь Фэй, не открывая глаза, — становятся несколькими путями. Во-первых, можно слишком бояться умереть или иметь какие-то незавершённые дела. Тогда ты остаёшься бродить по земле, сначала бесплотным духом, но потом, напитываясь негативной энергией, ты обретаешь демоническую плоть. Во-вторых, ты можешь переродиться в демона уже в аду. А в-третьих…
Он замолчал.
Запах крови. Его белоснежные даосские одеяния почернели от крови. Гордый символ школы заклинателей — золотая орхидея — утонул в горячей алой влаге. Он зажмуривает глаза, умоляя, чтобы это было сном, страшным сном, больше всего на свете желая проснуться…
— Что в-третьих?
— …Ничего. Давай спать, — сказал Инь Фэй.
— Ты так и не ответил на мой вопрос!
— Хочешь ответ — тогда с тебя две трети выигрыша, а не половина.
— Жадный чиновник! Ну уж нет!!
— Тогда хватит болтовни, — сонно сказал он.
Снаружи медленно гасли алые фонари, и зажигались оранжевые, на которых чернел иероглиф «день». В Юду, Городе Мрака, не было солнца, но сутки всё равно условно делились на «день» и «ночь».
Потому что даже адским чиновникам, даже демонам нужно когда-то спать.
***
Доля выигрыша Мэйхуа оказалась не такой уж большой.
— Не обманываешь меня, лисичка-сестричка? — сощурился Инь Фэй.
— Как можно! — надула и так пухлые губки Мэйхуа. — Часть сестриц, подлые такие, сказали, что это не считается «затащить в постель».
— Кстати, я что-то никак сегодня проснуться не мог. Признавайся, ты высосала… — Инь Фэй замялся, подумав, что слово не совсем подходящее, — …позаимствовала у меня жизненную силу?
— Немного, — Мэйхуа кокетливо склонила голову. — Думал, хвостик потрогать — бесплатно?
— Если я теперь погибну из-за тебя, то перерожусь специально, чтобы вернуться и надрать тебе уши, — пригрозил Инь Фэй.
Он спустился по лестнице с деревянными перилами на первый этаж. Комнатка, которую чиновник снимал, была на чердаке, под самой крышей, и стоила не так уж дорого. Потом он понял, почему: на нижнем этаже этого дома была прачечная, в которой жил и работал десяток демониц — то ли лисиц-оборотней, то ли выдающих себя за них. Любой постоялец мужского пола сразу становился объектом их пристального внимания, которое поначалу, наверное, льстило, потом начинало раздражать, тем более что эти милашки норовили хлебнуть твоей жизненной силы при любой возможности.
Помнится, Тётушка Чжу, демоница, имевшая вид пожилой женщины — крайне необычно для этих мест, демоны и особенно демоницы тут предпочитали выглядеть молодыми и соблазнительными — весьма ехидно хмыкнула, когда Инь Фэй спросил, почём тут комнаты. Хмыкнула и назвала очень привлекательную, низкую цену. Познакомившись с лисичками-сестричками, Инь Фэй понял, что тётушка Чжу поступила так намеренно: её развлекало, как снявшие комнату молодые мужчины потом в ужасе бегут прочь. Не на того напала! Инь Фэй не сбежал ни через неделю, ни через две, ни через месяц, ни через год. Кого-то из сестричек пришлось припугнуть, кого-то — задобрить угощением, а с кем-то хватило просто поговорить по душам, чтобы они нашли себе иное развлечение чем издеваться над соседом. Только Мэйхуа изредка позволяла себе проказы вроде вчерашней, потому что они были добрыми приятелями.
Тётушка Чжу, когда поняла, что Инь Фэй тут надолго, снова хмыкнула и начала периодически обращаться к нему с просьбами. Ни одна (пока) не требовала серьёзных служебных нарушений, но Фэй всё равно был очень осторожен, чувствуя, что женщина просто прощупывает границы дозволенного. При первой же возможности он донимал её ответными просьбами— обычно о скидке или бесплатном месяце.
Сейчас Инь Фэй как раз зашёл к ней и принялся отсчитывать тяжёлые монеты из чёрного адского железа — пришло время платить.
— Может, сделаете скидку побольше, тётушка? — спросил он. — Меня чуть не убил вчера брат того громилы, который… Кхм.
Ему не хотелось повторять, что он сделал. Та лисица-оборотень не заслужила такой жестокой расправы.
— Которого ты отправил обратно в ад, как черепаший сын того заслужил, — сказала тётушка Чжу. — Спасибо, молодой господин Инь. Другой чиновник бы просто закинул это дело под шкаф — велика, мол, проблема, один демон другого убил… Но ты за него взялся и довёл до конца.
— Так насчёт скидки? Мне пришлось договариваться с Дворцом Алого Феникса. Пусть на нас часто скидывают все дела, на которые у других терпения нет, но Чернильное Сердце теперь что-то подозревает…
Тётушка Чжу посмотрела на горсть монет в руке и положила на стол… одну. Инь Фэй только вздохнул. Ох уж эти демоны!
Подкинул монету в руке, Инь Фэй решил, что его должно хватить на кувшинчик хорошего вина. Чиновник собирался купить его сейчас же — предстоял тяжёлый день.
Скорее всего, даже тяжелее
