Из переписки я узнала, что у Хенка хорошая зарплата. Правда, треть зарплаты уходит на налоги. Треть — на страховки и на погашение кредита за дом и машину. На оставшиеся деньги он живет. По его словам, этих денег вполне хватает, чтобы жить комфортно. Да, он за экономию, но за вполне разумную.
Я также знала и то, что, даже если я проживу в Голландии достаточно долгое время, мне будет сложно найти работу. Во-первых, нужно легализироваться. Во-вторых, нужно выучить голландский язык. А он сам по себе очень сложный, намного сложнее немецкого. После легализации государство отправляет иммигранта в школу, куда он обязан ходить в течение года каждый день. Во время обучения работать запрещено. После экзаменов иммигрант получает диплом (если сдал хорошо язык, легислацию, законодательства, нормы жизни в обществе и т. д.). Но это не обязательно. Лишь тем, кто захочет работать или дальше учиться, нужен обязательно диплом. Только после этого можно встать на учет в Центр по трудоустройству, где подыщут работу.
Даже если ты очень хороший специалист, но не знаешь хорошо голландского языка, работу найти нереально. В общем, я имела представление о тех сложностях, которые меня ждали.
Я попросила узнать своего избранника, есть ли в Голландии русские магазины, и каково же было мое удивление, когда он ответил мне, что они действительно есть. Правда, как я поняла, ассортимент там небогатый.
Особенно меня поразила голландская система питания, о которой подробно поведал мне Хенк.
Голландцы утром пьют лишь кофе. В двенадцать часов все едят кусок хлеба с сыром (лишь сыр, ничего больше!), в три часа — снова кофе. И ровно в шесть часов вся Голландия ужинает горячей едой. Хенк удивлялся, как мы едим 2–3 раза в день горячую пищу. Он никак не мог этого понять! Я пыталась объяснить ему, что я утром, в обед и вечером ем горячие блюда. Что родители научили меня не есть всухомятку, так как это вредно для здоровья. Он не переставал удивляться и писал о том, что у нас очень странная культура. И как это так люди могут три раза в день кушать горячую еду? Мол, это неправильно.
А еще он не понимал, как можно все есть с хлебом. Для голландцев хлеб существует для того, чтобы есть его в двенадцать часов дня, а не вместе с едой вечером. И голландцы очень удивляются, если русские в гостях просят кусок хлеба, чтобы съесть его вместе с супом или другой едой.
Конечно же, меня не могло не смущать и то, что в этой стране узаконены наркотики и проституция. Хенк писал о том, что наркоманы также получают бесплатно легкие наркотики. Правительство считает, что нужно быть толерантным ко всем жителям, и узаконенная продажа наркотиков, во-первых, приносит большую прибыль, во-вторых, убавляет интерес молодых попробовать их (тут на самом деле работает система) и, в-третьих, за счет бесплатных наркотических средств уменьшилось количество краж.
Хенк писал мне и о том, что узаконенная проституция тоже приносит пользу государству. Уменьшилось количество изнасилований. В публичных местах проституток не увидишь. В каждом городе есть своя улица Красных Фонарей, где находятся проститутки, но местные почти не пользуются их услугами и не гуляют по тем улицам. А вот туристы там завсегдатаи. Как и инвалиды, приезжие суринамцы и негры, молодые ребята и люди с психическими проблемами…
Я переписывалась со многими девушками, которые связали свою жизнь с голландцами. Они все меня поддержали и сказали, что я сделала правильный выбор. Голландские мужчины — потрясающие семьянины. Они связывают себя узами брака на всю жизнь и дорожат семейными ценностями, как никто другой. Эх, только бы мне повезло… Как хочется, чтобы я оказалась в нужной стране и с нужным мужчиной…
Глава 1
Я узнала Хенка по фотографии. Он был точно таким же, как я его себе представляла. Высокий блондин с проницательными глазами. Он улыбался мне лучезарной улыбкой, обнажив свои белоснежные зубы. Признаться честно, мне было приятно, что он тоже меня моментально узнал, но вот только один момент меня очень разочаровал и даже расстроил, слегка испортив мне настроение. Хенк был без цветов.
Не знаю, может быть, для него это было вполне нормально, но для меня — неприятно. У меня в голове не укладывалось, как можно прийти на первое свидание без цветов. Тем более Голландия — это родина потрясающих тюльпанов. Единственное, что меня успокаивало, быть может, у них это не принято. Хотя как может быть не принято подарить пусть виртуальной, но все же любимой девушке и невесте самый скромный и дешевый букетик цветов?
В общении с Хенком мне повезло хотя бы в том, что Хенк знал русский.
— Таня?!
— Хенк!
— Таня, ты красивее, чем на фотографии.
Хенк взял мою дорожную сумку и повел меня к машине. Подойдя к машине марки «Рено Клио», я на всякий случай с надеждой заглянула в салон, ожидая, что букет там, но, увидев, что никакого букета нет, села на сиденье. В машине Хенк нежно погладил меня по руке и посмотрел на меня проникновенным взглядом.
— Таня, я рад, что ты ко мне приехала. Я очень хочу, чтобы тебе понравилась Голландия.
Дорога до провинциального городка, в котором проживал Хенк, оказалась неблизкая, поэтому у нас была потрясающая возможность вдоволь наговориться.
— Хенк, а почему ты не захотел подарить мне цветы? — неожиданно для себя самой спросила я.
— Но ведь сегодня не праздник, — не раздумывая ни минуты, ответил он и, признаться честно, привел меня своим ответом в полнейшее замешательство.
— А у вас что, принято дарить цветы только в праздник? — натянуто улыбнулась я.
— Нет, почему? Я не могу говорить за всех, но мне кажется, бессмысленно дарить цветы не по праздникам.
— А разве не праздник то, что я к тебе приехала?
Но Хенк так и не понял моей иронии и всего лишь удивленно пожал плечами, что-то бормоча себе под нос о том, что сегодня в Голландии никаких праздников нет и что его самый любимый праздник — это День рождения королевы, но он уже прошел, его отмечали 30 апреля. Этот день считается праздником еды, выпивки, покупок и танцев. В Амстердаме проходит самая крупная вечеринка.
— В этот день все одеты в оранжевое, — возбужденно заговорил Хенк. — Гуляют толпы народа, масса музыкантов. В городе устраивают огромный базар, где единственный день в году любой может продавать все, что ему угодно: одежду, еду, книги. Можно купить что-нибудь стоящее по смехотворной цене, но для этого нужно приходить на такую барахолку очень рано. Гуляет вся Голландия.
Когда Хенк замолчал, я отчетливо поняла, что цветов мне не видать, как своих ушей, и с грустью добавила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
