Он не ожидал на Нуволосе особенно сильного сопротивления. Напротив, остров должен был упасть прямо в руки экспедиционного корпуса. Но сколько бы ни твердила ему разведка и тайные службы, что в самой Марчелике оказывать сопротивление тоже некому, генерал в это не верил. Слишком много отщепенцев мигрировало со Старого Эдема на Фор-Ност, слишком много оружия уходило в колонии, чтобы поверить в то, что жители не будут сопротивляться. Будут! Вопрос только: как сильно?..
«Лучше быть готовым к сопротивлению… Быть готовым и не встретить его, чем не быть готовым и встретить!» – подумал генерал Форестер, строго оглядывая участников совещания.
– Ваша задача – продумать высадку так, будто вам противостоит равный по силе корпус, – наконец, проговорил он. – На это у вас есть три месяца. И я буду весьма разочарован, если что-то пойдёт не так!..
Открытое море, транспортный корабль «Копер», 6 сентября 1936 года М.Х.
Крист проснулся, будто по будильнику, хотя никаких будильников в каюте не было. Дни погрузки слились для него в один долгий период тяжёлой и нудной работы. И даже когда транспорты уже отошли от берега, молодому офицеру приходилось мотаться по кораблям, проверять склады, проверять припасы, проверять состояние солдат…
Только вчера, когда армада транспортных кораблей под прикрытием военной эскадры, наконец, покинула береговой рейд, ему удалось нормально расслабиться. Спасибо Филу, подогнал с флагмана алкоголь и шлюху из офицерского борделя.
Крист протянул руку и нащупал свернувшуюся под одеялом девушку. Весьма, кстати, приятную особу на вкус молодого аристократа – в меру начитанную, весёлую, покладистую и заботливую. Почти идеальная девица. Вот только Крист ни имени её вспомнить не мог, ни чем всё их общение вчера закончилось… Впрочем, похмелья не было, а остальное можно и наверстать.
Он потянулся к девушке, скользнул рукой по тяжёлой груди, по талии… И ноль реакции – девушка продолжала крепко спать. Крист потряс её за плечо, и это, наконец, возымело хоть какой-то эффект: девушка улыбнулась и что-то пробормотала сквозь сон. Однако следом она повернулась на спину и продолжила спать. Одеяло с неё частично сползло, и взгляду молодого аристократа предстало крепкое молодое тело.
Поразмышляв пару секунд над возникшим противоречием (между позывами мужского естества и крепким сном девушки), Крист решил, что убежать от него она всё равно не сумеет. Никто её не посадит в паровую шлюпку без его разрешения, чтобы вернуть обратно в бордель. Вздохнув, молодой человек поднялся и принялся одеваться. И только, натягивая штаны, почувствовал последствия выпитого накануне. Голова была такой тяжёлой, что хоть обратно ложись…
Спасаясь от несвоевременного недуга, Крист вышел из каюты, добрался до лестницы и поднялся на палубу, где свежий морской ветер мгновенно выбил хмель из организма. Глядя на то, как снуют матросы, занятые своими делами, молодой аристократ набрал в лёгкие утренний морской воздух и замер, облокотившись на стойку леерного ограждения борта, напоминавшую букву «Т».
Океан неспешно катил свои волны в утренних сумерках, то поднимая, то опуская транспортный корабль, а где-то под палубой мерно гудела паровая машина. Внизу, под водой, огромные винты упрямо толкали корабль к далёкой цели. Второй раз Крист проделывал путь от Старого Эдема к Марчелике. Вот только скучать в пути ему на сей раз явно не придётся…
– Всё в порядке, фортис? – пробегавший мимо матрос обратил внимание на офицера, одиноко стоящего у ограждения, и решил проверить его самочувствие.
– Всё хорошо, метен… – кивнул Крист. – Просто не мог уснуть.
Матрос поспешил дальше по своим делам, а молодой аристократ постоял ещё немного, глядя на море, и отправился назад в каюту. Он надеялся урвать ещё пару часов сна до завтрака. Но пока Криста не было, проснулась девушка, ночевавшая в его каюте. Она сидела, обмотанная одеялом по самую шею – и, видимо, чего-то боялась. Потому что когда Крист вошёл, она дёрнулась и со страхом уставилась на него.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Это вы! – с облегчением выдохнула она, узнав Криста. – Прошу вас, метен, не оставляйте меня одну…
– Не спалось, извини! – буркнул Крист и принялся стягивать одежду. – Чего испугалась?
– Ничего… Просто страшный сон! – ответила девушка слишком быстро, чтобы это было правдой. – Как вы себя чувствуете?..
Крист скинул остатки одежды, присел на край кровати и приказал:
– Иди сюда, мешо! Раз ты проснулась, пора спасать меня от одиночества!
С профессиональной улыбкой девушка выпустила из рук одеяло, позволяя ему сползти, и тесно прижалась к молодому человеку.
– А как я буду это делать? – жарко прошептала она Кристу на ухо.
– Разберёмся! – пообещал Крист и притянул девушку к себе, опрокидывая на кровать.
«А может, выкупить её на всё время плавания? – мелькнула у него в голове шальная мысль. – Деньги есть, желание есть… Пусть будет под рукой!».
Ну а дальше мысли покинули голову Криста. Девушка в постели была настолько хороша, что с ней он забыл обо всём, что его волновало. И даже образ Пеллы в его памяти стал терять подробности, превращаясь лишь в ещё одно воспоминание из прошлой жизни…
Глава 1
Портовая площадь города Нордлидж Бифлод, Марчелика, 22 июля 1936 года М.Х.
Город пал к ногам центурии Соединения Закатных Марчельских Округов… Пал и принялся угодливо вылизывать ботинки.
Наверно, поэтому ни один уважающий себя транспортный магнат и не протянул в сторону Нордлидж Бифлода железнодорожную ветку, бросив всё на откуп речному судоходству. Сложно иметь дело с тем, кто с радостью примет любой порядок и любую власть.
А Нордлидж Бифлод всегда готов был продаться за паннингу – любому везунчику, у кого она есть. При этом власти города и его видные жители гордо заявляли, что просто строят центр речного судоходства на Нигад-бех, а вовсе не кинуты сразу тремя транспортными компаниями – после того как последовательно пытались нагреть каждую из них на деньги.
В общем, репутация у города была не просто ниже плинтуса. Она была отрицательной – что, как давно объяснили любители цифр и счёта, позволяет этой самой отрицательной репутации падать всё ниже и ниже. В бесконечность. Прямо-таки без ограничений. И в тот бесславный день, когда центурия вошла в город, его жители успешно реализовали эту позорную возможность…
Солдат расселили в приюте для сирот, выселив на улицу самих сирот – чтобы под ногами не путались. Вместе с воспитателями, само собой. И если воспитателям ещё было куда пойти, то сироты расползлись по улицам города, стремительно постигая мастерство незаметного очищения карманов от кошельков, а прилавков – от еды.
На зданиях мэрии и Городского Совета в тот же день были приспущены флаги Народной Аристократии. А уже вечером были подняты флаги СоЗаМаО, спешно пошитые в одной из портняжных мастерских. И да, с ними вышла неприятная заминка…
Флаг СоЗаМаО представлял собой чередование вертикальных красных и жёлтых полос. Ещё и с тёмно-синим кругом в середине, в котором виднелись звёзды – по числу западных округов, входящих в соединение. И ткань для новых полотнищ пришлось искать по всему городу.
С красным и синим вообще-то проблем не возникло. Здешние ткани, конечно, были бледноваты, но вполне годились. Тяжелее пришлось с жёлтой тканью, которую пришлось изъять из заказа местных ассенизаторов. Недовольство их руководителя было проигнорировано, после чего тот гордо подал в отставку. На прощание он заявил, что раз люди в городе – дерьмо, то пусть в дерьме и погрязнут. Вслед за ним со службы ушли и все бригадиры.
До этого дня ассенизаторы занимались тем, что освобождали сточные канавы, выгребные ямы и мусорные свалки – от всего дерьма, что там накопилось. Потому что нормальную канализацию город провести для своих жителей «совершенно случайно» забыл.
И чтобы легко находить взглядом работников – в том числе и тех, кто потерял сознание и буквально тонет в говне – нужна была заметная одежда. Ассенизаторы уже давно покрасили шлемы жёлтой краской, но этого было явно мало.
