Глава 1
Десять лет спустя
Катя
Захожу в учительскую на большой перемене и занимаю место в уголке, положив стопку тетрадей рядом с собой на скамейку. Погруженная в свои мысли, не сразу замечаю, что мои коллеги что-то оживлённо обсуждают, собравшись за круглым столом.
Кладу толстую книгу на колени для удобства, беру первую тетрадку и начинаю проверку, исправляя ошибки красной ручкой. Конец учебного года, детям уже не терпится избавиться от нас, учителей, и, конечно же, от стен школы. Энергии у них хоть отбавляй, а вот желания учиться не особо.
– Да знаю я этих московских, будут улыбаться, мёд в уши лить, а на деле ничего не сделают. Нет, я категорически против! – громко и недовольным тоном заявляет наша самая… опытная, скажем так, учительница русского языка и литературы.
– Илона Марковна, не мы решаем такие вопросы, нас ставят перед фактом, – спокойно и мирно отвечает ей наша директриса.
Отвлекаюсь от проверки тетрадей и поднимаю взгляд к собравшимся учителям. На поверхности стола разбросаны какие-то бумаги и буклеты, содержимого которых мне не видно с этого места. Однако уверена – именно они причина оживлённой беседы.
– Значит, будем устраивать забастовку, жалобу напишем…
– Илона Марковна, – влезает наш географ Алексей Миронович. – Что вы такое говорите? Этой школе давно нужен капитальный ремонт.
– Ремонт, а не снос, Алексей, – раздражённо бросает ему Илона.
– Прошу прощения, что происходит? – спрашиваю я, настороженная словом «снос».
– Катастрофа, Екатерина Петровна, – театрально вздыхает Илона Марковна.
– Да что вы преувеличиваете?! – закатывает глаза физик.
– Вот из-за таких, как вы, мы и работаем в ужасных условиях! – обвинительном тоном бросает Иван Андреевич.
– Согласна, вам на пенсию пора уже, – а вот нашей химичке, несмотря на то, что она моя подруга, яду бы убавить.
– Что? – вытягивается лицо Илоны Марковны. – Да как вы смеете?! Я этой школе сорок лет отдала! – и дальше всё по плану: глаза закрываются, рука тянется к области сердца, с губ срывается то ли стон, то ли всхлип.
– Марина Александровна, ну что вы, в самом деле? – укоризненно смотрит на химичку директриса.
– Я сказала правду, – пожимает плечами та, ничуть не стыдясь.
Остальные начинают суетиться рядом с Илоной Марковной: кто-то воды подает, кто-то папкой машет перед её лицом, а директриса и вовсе таблетки ищет.
Я в этом театре одного актёра участвовать не собираюсь. Закрыв тетрадь, возвращаю её в стопку и, встав на ноги, приближаюсь к Марине, которая стоит у окна.
– Что происходит? – интересуюсь у неё тихим голосом.
– Какая-то московская фирма выиграла тендер на постройку новой школы, а эта старая карга фигню несёт, – в своей манере отвечает Маринка.
– А что плохого в этом? Лучше ждать, когда на нас крыша обрушится? Этому зданию сто лет уже, всюду трещины, которые мэр скрывает под слоем цемента, – высказываю своё мнение и бросаю взгляд на Илону Марковну.
– Вот и мы о том же, а эта скандал устраивает, – фыркает Марина, кивнув на русичку, рядом с которой суетятся наши коллеги. – Пошли покурим, пока время есть, – умоляюще смотрит на меня.
– Пошли, – вздыхаю и направляюсь на выход.
Стоим за углом минут пять, пока подруга пыхтит, я слушаю её жалобы на молодого человека, которого она скрывает. Точнее, они вместе уже полгода, но кто он, я не в курсе, она держит это в тайне, а я и не настаиваю. Могу предположить, что он женат, поэтому всё так секретно.
– А твой что? – спрашивает, и я могу только устало вздохнуть в ответ.
– Всё понятно, – делает выводы подруга. – Все также.
– Урок начинается, – произношу и выхожу из-за угла.
Марина бросает окурок на землю и тушит его носком туфли, после чего достаёт из кармана пачку жвачек и бросает две подушечки в рот. В здании мы разбегаемся в разные стороны и до конца уроков не видимся. Потом вместе идём домой, и я всю дорогу слушаю, какая же я дура, и что давно надо было на развод подать. Я замуж выйти не успела, как Марина начала эту песню. Не знаю, каким образом, но ещё тогда, десять лет назад, она точно описала мою будущую жизнь с этим человеком.
– Эти московские завтра прибудут с делегацией, – наконец-то меняет тему подруга, когда мы уже почти у дома.
Живём мы в одном доме, только в разных подъездах: у Марины здесь родительская квартира, а я сюда перебралась, когда замуж вышла.
– Ожидаемо, – небрежно плечами пожимаю.
– Правда, я не представляю, как они за три месяца успеют новое здание построить. Может, Марковна и права: нас обдурят также, как и мэр.
– Посмотрим, что они скажут завтра, – последнее, что говорю перед тем, как попрощаться.
Если бы я знала, что завтрашний день перевернёт мою жизнь с ног на голову, я бы из дома вообще не вышла. А лучше уехала бы куда-нибудь на всё лето, чтобы не встречаться глаза в глаза с предателем. С человеком, который вырвал и растоптал моё сердце.
