— Вполне, — ответила мисс Прайс. — Это очень хорошее заклинание. Надеюсь, мое колдовство доставит вам немало приятных минут. Только не попадите в беду.
Кери и Чарльз с завистью посмотрели на Поля.
— А что с ней надо делать? — спросил Чарльз.
— Возьмите домой и прикрутите обратно к кровати. Но не до конца, а примерно до половины.
— А потом?
— Потом? — мисс Прайс улыбнулась. — Поверните ее — и кровать отнесет вас, куда вы захотите.
Дети недоверчиво таращились на блестящий шарик, который Поль держал в своих не совсем чистых руках.
— Неужели это правда? — ахнула Кери.
Мисс Прайс снова улыбнулась. Она выглядела очень довольной.
— Что ж, испытайте ее.
— Ой, мисс Прайс! — выдохнула Кери, во все глаза глядя на шишечку. — Большое спасибо!
— Не стоит благодарности, — ответила мисс Прайс, снова принимаясь за вязание. — Помните условия! Хотя бы одно слово обо мне — и заклинание разрушено!
— Ой, мисс Прайс! — снова ахнула Кери, что, судя по всему, означало «Еще бы!».
— Теперь идите. Уже поздно. Будьте осторожны и не путешествуйте всю ночь напролет. Во всем надо знать меру, а тем более в волшебстве.
Глава третья
Неудачная попытка
На следующее утро, около десяти, дети снова были у дверей дома мисс Прайс. Их лица были очень серьезны.
— Можно мне… — неуверенно начала Кери, обращаясь к Агнес. — Можно нам видеть мисс Прайс?
От волнения она слегка запиналась.
— Мисс Прайс сейчас занята, — ответила Агнес. — Ей что-нибудь передать?
Кери колебалась. В курсе ли дела Агнес? Она оглянулась в поисках поддержки. Чарльз выступил вперед:
— Не могли бы вы ей передать, что это не сработало?
— Это? — не поняла Агнес.
— Да. Так и скажите: «Это не сработало».
— Это не сработало, — повторила Агнес, словно заучивая фразу наизусть, и исчезла в коридоре, оставив парадную дверь открытой. Дети слышали, как она стучится. Через минуту Агнес вернулась. — Мисс Прайс говорит, что вы можете войти.
Дети вошли в гостиную и принялись ждать.
— Бьюсь об заклад, она рассердится, — прервал молчание Поль.
— Т-с-с-с! — шикнула на него Кери. Она была бледна и взволнованна.
Внезапно дверь открылась, и, хромая, в комнату вошла мисс Прайс. Ее нога была забинтована и обута в просторную войлочную туфлю.
Мисс Прайс окинула детей внимательным взглядом.
— Это не сработало? — спросила она медленно.
— Нет, — ответила Кери, прижимая руки к груди.
Мисс Прайс села на диван и снова пристально посмотрела на детей:
— Вы уверены, что сделали все правильно?
— Конечно! Все в точности, как вы сказали. Прикрутили ее до половины, потом крутанули еще раз и объявили, куда лететь.
— И что произошло?
— Ничего, — ответила Кери.
Поль глазами, полными возмущения, смотрел на мисс Прайс.
— Ничего не понимаю, — сказала она и о чем-то задумалась. — Она у вас с собой? — спросила мисс Прайс через минуту.
Злополучная шишечка от кровати была у Кери, в клетчатом носовом платке. Мисс Прайс взяла поблескивающий шарик и в замешательстве уставилась на него.
— Что, кровать даже с места не сдвинулась?
— Чуть-чуть. Но только от того, что Поль подпрыгивал на ней.
— Она немного заржавела, вот здесь, внизу, — пробормотала мисс Прайс.
— Она всегда была такой, — возразила Кери.
— Ну, тогда я не знаю.
Мисс Прайс осторожно поставила больную ногу на пол.
— Надо проверить.
Она сделала несколько шагов к двери.
— А можно мы посмотрим?
Мисс Прайс обернулась. Три пары горящих нетерпением глаз смотрели на нее.
— Пожалуйста, мисс Прайс! — повторила Кери, увидев, что мисс Прайс колеблется.
— Еще никто не видел моей рабочей комнаты, — возразила мисс Прайс. — Даже Агнес!
Кери хотела напомнить ей, что они знают много такого, что не известно Агнес, но, подумав, решила этого не делать. К тому же их горящие глаза красноречивее любых слов говорили об их желании.
— Хорошо. Только отошлю Агнес в бакалейную лавку, — нехотя согласилась мисс Прайс и вышла из комнаты.
Прошла всего минута, но ребятам она показалась целой вечностью. Наконец их позвали.
В коридоре мисс Прайс надевала белый накрахмаленный халат. В руке она держала ключ. Дети спустились на две ступеньки и услышали, как ключ повернулся в замке. Мисс Прайс вошла и, отступив в сторону, пригласила ребят в комнату.
— Будьте осторожней, — предупредила она. — И ничего не трогайте!
Комната, куда они попали, раньше, судя по всему, была кладовкой. Пол здесь был выложен мраморными плитами, а по стенам располагались деревянные полки. Первое, что бросалось в глаза, это огромное множество стеклянных банок с наклеенными на них этикетками. Мисс Прайс гордо указала на банки и пояснила:
— Здесь жабы, заячьи лапки, крылья летучих мышей… — Она взяла с полки пустой кувшин. — О, Господи! У меня закончились тритоньи глаза!
Поставив кувшин на место, она сделала пометку в блокноте, висевшем на стене.
— А доставать их становится все труднее и труднее! — добавила мисс Прайс со вздохом. — Ну да ладно. Ничего не поделаешь… А здесь моя маленькая картотека, где я отмечаю результаты… успешные, а иногда и не очень… В общем, мои записные книжки…
Кери наклонилась вперед и увидела кипу толстых тетрадей.
— «Заклинания», «Чары», «Магические формулы», — прочла она надписи на них.
— Не думаю, что кто-нибудь из вас знает, чем отличаются заклинания от чар, — весело сказала мисс Прайс.
— Мне всегда казалось, что это одно и то же, — пожал плечами Чарльз.
— Гм! Хотелось бы мне, чтобы заклинания были такими же легкими, как чары! — недовольно хмыкнула мисс Прайс, однако глаза ее при этом светились гордостью. Пройдя вдоль полок, она подняла какой-то белый лоскут, и дети с содроганием увидели, что под ним лежал зеленоватый кусок мяса. Он покоился на блестящей фарфоровой тарелке и слабо пах химикатами.
— Что это? — нерешительно спросила Кери.
Мисс Прайс покосилась на тарелку.
— Это отравленная печень дракона, — сказала она неуверенно.
— Ой! — вежливо восхитилась Кери.
Поль протолкнулся поближе.
— Вы отравили дракона, мисс Прайс? Или только печенку? — поинтересовался он.
— Вообще-то, — призналась мисс Прайс, — когда ее привезли, она уже была приготовленной. Это… гм… один из компонентов…
— Как это все интересно! — осмелилась заметить Кери.
— Моя дорогая Кери, — назидательно сказала мисс Прайс, — начиная со Средних веков колдовство почти совсем не развивалось. Но зато современные методы и, самое главное, техника произвели в нем революцию!
Кери поняла, что мисс Прайс цитирует одну из своих книг, и ей очень захотелось узнать обо всем побольше.
— А можно мне полистать книжечку? Я взгляну только на самый первый урок…
Мисс Прайс бросила взгляд на стопку брошюр, лежащую на верхней полке, и покачала головой.
— Мне очень жаль, Кери. Но этот курс абсолютно конфиденциальный. «Любое нарушение этого правила, — процитировала она, — влечет за собой штраф не менее двухсот фунтов. Кроме того, у нарушителя сразу же начнется так называемая космическая чесотка…»
Поль задумался.
— Да, дешевле плюнуть в автобусе, — объявил он наконец.
Между тем дети обнаруживали в комнате все новые и новые удивительные вещи: большой лист бумаги со знаками зодиака, красиво нарисованными на нем акварелью; овечий череп; наполненную сушеными мышами коробку из-под шоколадных конфет; пучки лекарственных трав; горшок с растущим в нем болиголовом; маленького засушенного крокодила, болтающегося под потолком на двух тоненьких проволочках.
— А для чего вам крокодил, мисс Прайс? — спросил Поль.
Мисс Прайс с трудом подавила в себе желание соврать что-нибудь поэффектнее (мисс Прайс вообще была очень правдивой).
— Да так, ни для чего, — ответила она. — Мне нравится, как он выглядит, хотя теперь они уже и вышли из моды.
— Он действительно здорово выглядит, — согласился Поль с завистью и, засунув руки в карманы, прибавил: — У меня тоже один раз была дохлая мышь.
Но Мисс Прайс не слышала. Она разложила на полке три прутика орешника в форме треугольника, а в середину поместила шишечку от кровати.
— Так. Теперь, Кери, передай мне вон ту красную тетрадь.
— На которой написано «Простейшие заклинания»?
— Нет, дорогая. Ту, на которой написано «Заклинания повышенной сложности». Кери, ты что, не умеешь читать? Это «Шесть элементарных проклятий для начинающих».
— Ой, извините! — воскликнула Кери и поспешно поменяла тетрадку. — Кажется, эта…
Мисс Прайс взяла тетрадь, надела очки и уставилась на одну из покрытых письменами страниц. Затем нацарапала что-то карандашом на бумаге, покрывающей полку, подумала и стерла написанное другим концом карандаша.
