с улыбкой спросила я, всё больше убеждаясь в том, что всё происходящее сейчас просто сон. Не могу сказать, что была знатоком географии, но подобного названия никогда не слышала.
– Это не странна, а мир. О нём вы узнаете больше, когда решите принять наследство и переселиться в свои владения, – спокойно отозвался Лонберт.
– А я могу отказаться? – полюбопытствовала я.
– К сожалению, нет. Как у последней кровной представительницы клана Рауф, у вас имеются обязательства перед предками, – нёс какую-то чушь этот якобы поверенный.
– Ладно. И что будем делать дальше? – спросила я, но узнать ответ не успела.
Дверь в кухню распахнулась и на пороге тесной комнатушки появился качающийся дядя Вася. Просто идеально! Ну, какой же бредовый кошмар может обойтись без его вечно немытой и пьяной персоны?
– Милка, ты чего? Ты это – притащила сюда хахаля, что ли? Откуда он весь такой важный? Имей в виду, что эта квартира моя. Если хочешь тут жить, то гони сто тыщ. Нет, двести, – алчно заблестел мутными заплывшими глазками отчим, обращаясь уже к странному визитёру.
– Замри, – приказал Лонберт, и дядя Вася послушно застыл. Даже качаться из стороны в сторону перестал. – Кто этот неприятный человек? – спросил у меня поверенный.
Не знаю, было ли виной тому внушение, либо вера в то, что всё происходящее – это сон, а может, мне просто хотелось выговориться, но я охотно вывалила на незнакомца всю неприглядную правду о человеке, отравлявшем мне жизнь уже два года, не считая тех лет, когда была жива мама.
– Ты сейчас же пойдёшь помоешься, приведёшь себя в человеческий вид, а потом устроишься на работу. Ты больше никогда не сможешь сделать ни глотка спиртных напитков. И ещё, забудешь про то, что когда-либо видел меня или госпожу Милену, тебе всё ясно? – полыхая чернотой странных магических глаз, приказал Дяде Васе Лонберт.
– Да… слушаюсь, – бестолково закивал отчим, а потом спотыкаясь ушёл, громко хлопнув дверью в ванной комнате.
– Леди Рауф, боюсь, что время для бесед истекло. Вы можете взять с собой дорогие и памятные вам вещи, а потом я открою переход. Только не берите одежду и деньги. Они вам там не понадобятся, – сказал человек в чёрном костюме, и я послушно отправилась в спальню.
Потёртый фотоальбом, нотные станы любимых мелодий, тонкая золотая цепочка с любимым кулончиком мамы, которые я умудрилась спасти от загребущих рук отчима, – вот и всё моё богатство. Запихнув вещи с потёртый рюкзак, я вышла в коридор, где меня уже ждал Лонберт.
Странный человек-ворон кинул на пол какой-то сверкающий медальон, а уже через секунду весь коридор затянуло плотным туманом, лишая меня ориентации в пространстве.
Глава 3. Не сон
Милена Руаф
«Приснится же такое!» – лениво потягиваясь в постели, подумала я.
Открывать глаза я не спешила. Сегодня был выходной, торопиться некуда. Реалии моей жизни вообще не слишком-то располагали к тому, чтобы раньше времени вылазить из-под одеяла.
С улыбкой вспомнила свой недавний сон. Таких ярких и детализованных кошмаров у меня ещё не было. Впрочем, его и кошмаром сложно назвать – так, странный бред с элементами фантастики. Наверное, права была Ленка – напарница-официанта из кафешки, в которой я работаю, когда говорила, что мне нужно хоть как-то отвлечься. В последние два года я так сосредоточилась на преодолении трудностей, что совсем забыла, как радоваться жизни. Конечно, денег до получки у меня оставалось немного, но на поход в кино должно хватить. В крайнем случае, попрошу у начальника небольшой аванс. Они со своей доброй супругой Ириной Петровной уже не раз меня выручали.
– Почему она не встаёт? Долго мне ещё ждать её пробуждения? Скучно тут торчать. На кухне, наверное, всё давно остыло, пока она тут вылёживается, – ворчливо произнёс кто-то совсем рядом, заставляя меня замереть и испуганно открыть глаза.
– А-а-а! – истошно закричала я, с неверием разглядывая парящего надо мной призрака мужчины, одетого в старомодный костюм и белую рубашку с пышным жабо. Сквозь его голову просвечивала латунная многорожковая люстра и сводчатый высокий потолок.
– А-а-а! – также громко орал этот… это… эта сущность.
– Тихо! – рявкнул кто-то сбоку, обрывая наши с призраком вопли. Пару секунд я оглядывалась по сторонам, пытаясь принять тот факт, что я проснулась не в своей комнате, а неизвестно где. А ещё то, что недавний кошмар сном не был, ведь на меня строго и немного насмешливо взирал тот самый красавчик с фотографий поверенного. – Доброе утро, леди Рауф. Рады приветствовать новую хозяйку Рауфхолла, – уже совсем другим тоном произнёс дворецкий.
– А где… Лонберт? – наверное, из-за растерянности спросила я.
Видимо, моему измученному потрясениями последних часов мозгу требовался хоть какой-то якорь в новой действительности. Ну, или подтверждение того, что происходящее – это просто сон.
– Господин поверенный заедет завтра вечером. Он выразил свою надежду на то, что к тому моменту вы примете новую реальность и успокоитесь. Мистер Лонберт предупредил, что вы всю жизнь прожили в одном из техногенных миров и абсолютно не подготовлены к правде о своём происхождении, – чопорно произнёс красавчик-дворецкий.
Этот его тон странным образом задевал меня: вроде бы мужчина говорил вежливо и по делу, но в манере его речи как будто сквозили раздражающие превосходство и насмешка. Неприятно. Однако, сейчас рядом с нами находился некто, кто у меня вызывал гораздо больше эмоций, чем высокомерный дворецкий.
– Оборотни-вороны терпеть не могут истеричек. Не удивительно, что этот птиц не торопится к нам в гости, – заявил прозрачный хмырь в нелепом наряде с бантиками и жабо.
– Я не истеричка! – огрызнулась я.
– Правда? А чего тогда так орала? Чуть не оглушила меня своими воплями, – возразил наглый дух.
– Я бы на вас посмотрела, если бы вы спросонья увидели такое… такого… – рукой обрисовала я призрачный силуэт, не находя подходящего сравнения.
– Какого это «такого»?! Я идеален и прекрасен во всём! Между прочим, меня считали одним из самых блестящих и галантных льеров при дворе его величества короля Дуэйна Третьего, – оскорбился полупрозрачный чудак и демонстративно сложил руки на груди.
Ну, прекрасным, а тем более идеальным я бы этого типа точно не назвала, даже если бы он был более материальным, и соответственно – менее пугающим. Кроме нелепого наряда, состоявшего из белых плотных
