и, выдержав паузу, уточнило:
– Речь не обо мне. Это вполне тянет на тему для дипломной.
– То есть и на основную тему наших разговоров, соответственно, – рассмеялось Пламя. – Так что ты там про осложнения? По-моему, агендерность – это комфорт, стабильность и независимость.
– Дело в том, что природа изначально предназначала мужчине и женщине разные роли, так было задумано. Они могут быть равны, но никогда не будут одинаковыми. Это касается не только внешности, хотя больше всего, пожалуй, именно внешности…
– Ты ещё скажи об умственном превосходстве женщины и физическом превосходстве мужчины, – иронично заметило Пламя. – Внешность корректируется, как и физические данные, а личностные качества потому и называются личностными, что они принадлежат личности, а не полу. Давай ещё вспомним, что женщина рожает, а мужчина идёт на охоту или войну. Мы же не в Каменном веке живём и даже не в Новейшее время. Человек может спокойно не знать пол своей кошки или кота, и ни одно, ни другое от этого ничуть не страдает.
– Ты не знаешь, но кот или кошка знает. И другой кот или кошка безошибочно определят, кто перед ними. А у людей, чем более развито общество, тем сложнее отношения полов. Мы сами лишаем себя маркеров. С одной стороны, это удобно и очень цивилизованно. Но если человек хочет создать семью, если у него есть какие-то гендерные предпочтения, то представь, как ему сложно. Раньше были определённые ритуальные действия, специальные знаки. Женщины умели соблазнять. Речь не только о туфлях на высоком каблуке, чулках, корсетах и изящных платьях. Женщина знала язык тела, она могла завоевать движением губ или руки. Но первый шаг делал мужчина. И он точно знал, как и когда. Сила покоряла слабость. А что делать сейчас? Нужна была простота и естественность? Лёгкость? Чушь собачья. Мы разные: кому-то хочется свободы, а кому-то нужны эти самые ритуалы; кто-то борется со стереотипами, а для кого-то они как путеводная нить или как рельсы для трамвая, – спокойный голос Чуда контрастировал со страстностью его слов, и это выглядело настолько убедительно, что всё больше интриговало Пламя.
– То есть ты хочешь, чтобы и здесь был выбор? Кто-то носит женское платье, кто-то мужские усы, а кто-то остаётся верным агендерности? Это же как миксер в глаза старшему поколению!
– Я за свободу личности во всех её проявлениях, – уверенностью Чуда можно было протаранить бетонную стену.
– Кажется, кто-то только сейчас говорил, что некоторым людям нужны правила и что свобода не упрощает жизнь, а усложняет, – подытожило Пламя.
– Чёрт возьми, это так логично, что я сдаюсь, – Чудо легло на спину, положив руки за голову и продолжая жевать травинку, его взгляд оставался спокойным и чуть насмешливым.
– А какую роль выбрало бы ты, если бы была возможность?
– Я считаю, что у меня такая возможность есть и что агендерность – мой осознанный выбор.
– То есть ты могло бы отрастить усы или надеть платье? Серьёзно? – Пламя попыталось представить себе эти картинки по очереди, но они сливались в одну, весьма забавную, и, словно прочитав эту мысль, Чудо спросило:
– Почему сразу или? – и оба расхохотались.
Пламя рывком поднялось с земли и протянуло руку Чуду:
– Пойдём по домам.
– Да, пора уже, – ладонь Чуда была жёсткой и прохладной, Пламя с силой сжало пальцы и ощутило ответное пожатие.
Инстинкт подсказывает необходимость касаться. Изучение – это не только слова, это постоянный тактильный голод. Когда кожа гладкая, дотрагиваться намного приятнее, но дело не только в этом: лишённая волосяного покрова, кожа становится более чувствительной и восприимчивой к воздействию любого рода.
Для жителей Государства Агендеров, независимо от пола и возраста, эпиляция – дело привычное и естественное. Тела гладкие, как у античных статуй, но эти тела не принимаются как данное от рождения. В современном мире операция на голосовые связки, удаление кадыка или груди, наращивание мышц – разумные и необходимые вещи. Это так же нормально, как использование косметики. Забота о красоте и молодости кожи, нейтральный классический или вечерний макияж необходимы как мужчине, так и женщине. Тем, кто нуждается в гендерном маркере, в таких условиях приходится нелегко. Хотя если человек любит создавать самому себе сложности, то его и маркеры не спасут. Существуют любители головоломок, стратегий, всевозможных виртуальных игр, а есть те, кто переносит всё это в реальную жизнь. Непонятно зачем. Это энергозатратные и выматывающие люди, впрочем, у каждого есть право оставаться собой – кому что нравится. Но Пламя определённо не из их числа, хотя бы потому что у него перед глазами есть прекрасный образец достойной, полноценной семьи.
Паранты Пламени – Вверх и Серебро – познакомились в университете. Их сблизил общий интерес к генной инженерии, комиксам и дикому сочетанию бекона и креветок. Они обожали вместе смотреть старые фильмы, вместе ходили в спортзал, а, вступив в брак, обзавелись толстым рыжим котярой по кличке Лавкрафт и были самой гармоничной парой, какую только можно себе представить. Пламя – типичный ребёнок из пробирки – до сих пор понятия не имеет, кто из них какого пола. Все вопросы они решают вместе, одинаково участвуют в воспитании ребёнка и держатся на равных. Возможно, это свидетельство гомосексуальных отношений, но, скорее всего, просто отношений двух взрослых цивилизованных людей. В конце концов, залог счастливой семейной жизни – одинаковое представление об отдыхе и вкусной еде. Остальное приложится.
Одно из самых счастливых воспоминаний детства – солнечное летнее утро, соблазнительный запах мясной запеканки из кухни и требовательное мурчание Лавкрафта над ухом. Или прогулка по парку, когда Вверх и Серебро соревновались, кто дальше забросит в пруд хлебный шарик для уток.
Когда Пламя закончило гимназию, паранты предложили ему выбрать университет, одобрили выбор и отпустили учиться в другой город.
– Так ты скорее станешь самостоятельным, а мы избавимся от соблазна контролировать тебя, – улыбнулось Серебро, обнимая на прощание.
Семья Чуда принадлежит к аристократии. Оно не стремится это подчеркнуть, но небрежно-элегантная манера держаться, спокойная уверенность в себе и речь говорят сами за себя. И это кажется Пламени необычным и весьма любопытным.
– Доверительные отношения с парантами? Никогда не слышало, – иронично констатировало Чудо. – Меня всегда приучали к сдержанности. Зато и к моему личному пространству относятся с уважением, так у нас принято.
А однажды оно отказалось прогуляться после занятий:
– Семейный обед.
– Звучит торжественно, – хмыкнуло Пламя. – С фамильным серебром и накрахмаленными салфетками?
– Не вижу в этом ничего забавного, – серьёзно ответило Чудо. Они задержались в опустевшей аудитории, дожидаясь, пока схлынет поток студентов, чтобы не толкаться на лестнице.
– То есть ты не шутишь?
– К сожалению, нет.
– Слово «к сожалению» внушает надежду, что ты не законченный сноб, – уточнило Пламя.
Чудо положило руки ему на плечи и развернуло к себе:
– Я бы предпочло провести время с тобой, но не могу
