неожиданно.
Даже на расстоянии Пламя уловило плохо скрытый сарказм и моментально представило, как губы Николе растянулись до ушей.
Пламя:
Так заметно?
Уткнувшись в экран, оно чуть не вписалось в ближайший столб, невозмутимо выросший прямо перед носом.
Николе:
Нееее
Абсолютно незаметно.
Уже пару месяцев, как я не замечаю и не ожидаю
Пламя:
Подробности при встрече.
Николе:
Сгораю от нетерпения
Пламя:
Когда заедешь?
Хорошо, что дома порядок и в холодильнике имеется запас еды.
Николе:
Готовься к исповеди, дитя моё
Через пару часов буду
Пламя:
Не хватает сил поставить точку в конце предложения?
Николе:
Это от голода
Ты же кормить меня будешь?
Пламя:
Не хлебом единым…
Николе:
Надеюсь
Хлеб я и дома поем
Дома Пламя поджидал сюрприз, потому что игривое кошачье создание, находящееся в одиночестве в течение нескольких тоскливых часов, и порядок в доме – понятия слабо совместимые. Опрометчиво оставленные на столе распечатки были старательно растерзаны и живописно распространены по всем горизонтальным поверхностям комнаты. Гриз с невинным видом, свидетельствующим о полной непричастности к бумажному хаосу, встретило его радостным мурчанием.
– Гриз! – взвыло Пламя, но портативный тигр уже задрал хвост и, одним прыжком переместившись на безопасное расстояние, заметался по квартире. Сердиться на Гриз было так же бесполезно, как и невозможно, поэтому, безуспешно погонявшись за любимицей, Пламя ограничилось словесным внушением и обещанием «сегодня не кормить», а затем принялось за уборку. К приходу Николе мир уже воцарился, Пламя ругало себя за оставленные в утренней спешке документы, а Гриз с аппетитом поглощала ужин.
– Здравствуй! – Николе заключило его в крепкие объятия и попыталось оторвать от пола.
– Наконец-то! – обрадованное Пламя похлопало его по спине и потащило на кухню.
Гриз, в полной уверенности, что пришли к ней, внимательно обнюхала ноги Николе и возмущённо мяукнула, оказавшись у него на руках.
– Да оставь ты эту хулиганку, лучше налей чай, – Пламя разложило по тарелкам рыбу и достало багет.
– Ммм, какой запах! Это кенийский? Твои вкусы неизменны, – Николе достало симпатичные фарфоровые пиалы и обдало кипятком.
– Как ты? Рассказывай, – садясь, потребовало Пламя. Гриз удобно расположилась на подоконнике с таким видом, как будто она лежала там уже часа три, и с любопытством наблюдала за едой.
– Ну уж нет, рассказывай ты, мой рот будет занят другим, – с вожделением изучая содержимое тарелки, ответило Николе.
– Пока рассказывать нечего. Просто общаюсь с красивым и умным человеком, это приятно, но я рассчитываю на большее. Возможно, на выходных у парантов… оно едет со мной к ним.
– Ого! Уже знакомство с парантами, как много я пропустило!
Пламя вытерло губы и небрежно бросило скомканную салфетку на стол:
– Звучит, конечно, забавно, но я абсолютно не знаю, что будет дальше.
– Тебе рассказать? Просто я знаю… – начало Николе, но Пламя перебило его:
– Я не знаю даже, кто оно.
– Ааа, то есть главный вопрос пока не прояснился. Спросить не пробовало?
– А нужно? – всерьёз задумалось Пламя.
– Ну для интеллектуальных бесед несущественно, а там само увидишь, если всё будет развиваться. А оно не интересовалось?
– Нет. Может, догадалось?
– С чего бы? – Николе приподнялось и окинуло Пламя подчёркнуто оценивающим взглядом, затем сделало вид, что пришло в замешательство.
– Хватит уже издеваться!
– А ты не создавай проблему на ровном месте. Там, у парантов, всё и выяснишь, что ж ты маленькое?
Пламя восхищённо хмыкнуло:
– У парантов? Ты за кого меня держишь?
– За будущего специалиста по гендерной психологии, – уточнило Николе.
– Ааа…
– И за человека, который хочет… который хочет, – добавило оно.
– Ты у меня ночевать остаёшься? Или тебя сразу убить? – саркастически осведомилось Пламя.
– А завтрак будет? – оживилось Николе.
– Ты ещё до него доживи. С такими шуточками…
Затем Николе упоённо рассказывало о тонкостях изучения чешского языка и о своих планах на румынский. Пламя слушало, восхищаясь энтузиазмом друга и любовно лохматя его отросшие светлые волосы.
– Опять ты лохматое… Не стыдно?
– Не до этого, – озорно блеснуло голубыми глазами Николе. – Есть вещи поинтереснее моей отросшей шевелюры. Я тут начало читать на польском, и знаешь, что?..
– Что же ты читаешь на польском?
– «Гамлета».
Пламя хохотнуло, а Николе торжественно продекламировало:
– Być czy nie być?..
Гриз снисходительно смотрела на двух веселящихся людей, всем своим видом намекая, что неплохо бы вздремнуть, но друзья, как обычно, засиделись до глубокой ночи.
– Ты держи меня в курсе, пиши, если что, а то я беспокоюсь, – сказало Николе утром на прощание.
– О чём? От любви не умирают, если верить Шварцу.
– Да, как там у него было? От любви случаются забавные болезни, но при чём здесь смерть? – подмигнуло Николе. – Я беспокоюсь, что пропущу что-нибудь интересное. До встречи.
– Угу, жди новостей, Ватсон, я включаю дедукцию, интуицию и… опаздываю!
Закрыв дверь, Пламя заторопилось, натянуло одежду, собрало рюкзак и несколько раз споткнулось о подвернувшуюся под ноги Гриз.
Человек находится в постоянном поиске. Это нормально. Искать себя, искать смысл жизни, искать выход из безвыходной ситуации, искать расчёску, потому что, как бы не шагнули вперёд новые технологии, на неё по-прежнему нельзя позвонить, но, когда он ищет ключи от квартиры, которые вот точно оставил в специально предназначенном для них месте… Ключи оказались в ботинке. Каким образом? «Это не я, я не одна в доме живу», – всем своим видом заявляла Гриз. Пламя подхватило рюкзак и выскочило в радостно распахнувший утренние объятия город.
Солнце щедро заливало влажный асфальт, дробилось в окнах, стремясь отразиться от любой гладкой поверхности. Пахло бодрящим осенним холодом, который подгонял людей быстрее оказаться в тёплых офисах и выпить неизменную чашечку кофе. Пламя на ходу прихлёбывало крепчайший чай из термоса и слушало музыку, как обычно вытащив один наушник, чтобы держать руку на пульсе города, не терять его ритм. Оно обожало ходить пешком, выбирая разные маршруты, чтобы узнать новые места, и с недоумением смотрело на сонные, унылые, какие-то вчерашние лица одногруппников перед первым занятием.
В аудитории было относительно спокойно. Даже для дебатов нужно проснуться. Неплохо бодрит приход преподавателя, готового задать парочку каверзных вопросов, но далеко не на всех студентов это действует отрезвляюще, многие так и будут дремать всю лекцию, это закон природы. Дайчай, всклокоченное и настроенное не столь воинственно, как обычно, гоняло во рту кофейный леденец и предлагало каждому входящему угоститься из открытой упаковки. Пламя дружелюбно отсалютовало ему термосом и нашло глазами Чудо. Как всегда, Чудо выглядело подтянутым и элегантным, его манжеты, на несколько миллиметров выступающие из-под рукавов пиджака, сияли белизной первого снега, а стрелки на брюках казались жёсткими, как лоб непроходимого тупицы. Воплощение безукоризненности и стабильности.
– Ты чуть не опоздало. Весёлая ночь выдалась? – оно улыбнулось уголками красиво очерченных губ. – Выглядишь прекрасно.
– Спасибо, я знаю. Вчера засиделись допоздна с Николе. А ты чем занималось?
– Готовилось к семинару, должен же кто-то учиться, не всем забавляться с иностранными языками.
Пламя хлопнуло себя по лбу:
– Ах да, учёба! Вчера мы были выше этого…
– Воображаю. Но, полагаю, твоих базовых знаний достаточно, на худой конец сошлись на лень, – заговорщицки предложило Чудо.
– Я думаю, у меня найдётся сообщник… – протянуло Пламя.
– Ты хотело
