она его успокоит… Скажет, что ни в чем я не виновата. Честно говоря, разве виноваты были и мои родители, что защищались от пришедшего за ними палача? Что не хотели умирать без вины?
-Больше, - прошелестел над водой голос нашей старшей наставницы.
Я тут же вскочила, а за мной поспешно поднялся Мар.
-А сколько? – наивно поинтересовался парень, но увидев мой взгляд, потупился.
-Почти четыре сотни лет, мальчик, - не стала игнорировать его вопрос Теа. Свет! Сколько же тогда должно быть этому человеку!.. – Но ты прав. Я на многое готова, чтобы не дать ему навредить никому из наших. Не думаю, что тебе нужно бояться, Лариана, - обратилась она уже ко мне. – Келлфер вряд ли причинит тебе вред.
-Это был Келлфер?! – охнул Маррал. – Тот самый? Который сейчас рулит Приютом? Которого все герцоги слушаются? Ого! Теперь есть что рассказать нашим. Он же живая легенда.
-Поумерь свой пыл и не думай к нему лезть, - предупредила Теа, по-свойски присаживаясь на ступеньку. В Красных степях, откуда она была родом, сидели так: скрестив перед собой ноги. Мы-то знали, что никакая она не пожилая, но для окружающих ее гибкость должна была выглядеть забавной. – Он здесь по делам. Завтра будет в Обители. Так вот тебе, Маррал, нужно прикусить язык и не пытаться выведать у него что-то про Приют, ясно? Тебе нужно помнить: тебя не взяли. На этом разговор окончен.
-Ясно, - скис Мар.
Внутри зашевелилось плохое предчувствие.
-Я думала, вы не в ладах с Приютом, - тихо сказала я.
Вышло нагло, но наставница не обиделась:
-Келлфер хочет посмотреть на тех, кто учится у нас, и забрать лучших в Приют Тайного знания.
-И мы отдадим? – ужаснулась я. – Это ведь неправильно! Мы все приходили под двери Приюта, и нас погнали оттуда, как собак! А уже после, когда мы начали сходить с ума от нерастраченной силы, вы помогли нам, это вы не дали нам поубиваться! Мы им ничего не должны!
-Девочка, твой пыл понятен, но судишь поспешно, - осадила меня целительница. – При всем моем несогласии с политикой ордена, попасть на обучение туда – мечта каждого здравомыслящего шепчущего. Келлфер – наш почетный гость, относиться к нему следует соответственно. Он старше и сильнее каждого, кого ты знаешь и видела за всю свою жизнь. Даже не думай бросать ему в лицо смехотворные обвинения. Наша задача – не мешать ему и спровадить его как можно скорее, поняла?
2. Встреча в Обители
В день смены лет мне казалось, что все будет хорошо – а вышло совсем иначе. А вот на следующий день меня с самого утра не оставляло ощущение западни.
Хотя я вернулась под самое утро, как и те трое новичков, за которыми следила, заснуть мне так и не удалось. Лишь на часик провалилась в поверхностную дрему, окрашенную страхом, и даже в эти краткие мгновения все видела зеленые глаза с расширенными, почти заполнившими радужку зрачками.
Келлфер.
Я никак не могла отделаться от ощущения его присутствия, словно он следил за мной. И когда умывалась, почти готова была увидеть его лицо в зеркале, и когда отдернула шторы, чтобы пустить в комнату солнечного света, на секунду вдруг представила, что он стоит за окном. Это было как наваждение, от которого все внутри сводило страхом и странным предвкушением.
Может, стоило просто поговорить с ним напрямую. Объяснить все про родителей, про ложное обвинение герцога Верониона, про шепчущего-палача и про то, что у родителей не было выхода. И что никто не был виноват, и меня карать не за что.
Вот только я рискнула бы вести такие разговоры только с Теа за спиной. А то Келлфер вполне мог просто посмотреть на меня как на ничтожество – и прихлопнуть, как муху, не слушая жужжания. Наверно, мы все были жалкими отщепенцами в его глазах – недостойными обучения в Приюте, мусором, в котором он приехал копаться из какой-то неизвестной мне необходимости.
Мне всегда так говорили. Приютские смотрят на остальных свысока. Насколько же свысока должен смотреть директор – пусть и один из трех?
Так что мне стоило направиться прямо в главный дом Обители, надеясь успеть поговорить с наставницей с глазу на глаз и попросить ее поддержки. Если еще вчера казалось, что я смогу как-то провести таинственного мага, но после того, как Теа озвучила его имя, подобных иллюзий я лишилась. Слишком много всякого говорили о Келлфере, и даже если правдой считать десятую часть, бежать было бы глупо.
.
Когда я спустилась к завтраку, неплохо повеселившиеся вчера ученики еще спали. Я заглянула в доверенную мне малую сферу восстановления – пространство, созданное по просьбе Теа одним из лучших артефактологов мира и служащее для поддержания разума и безопасного выброса силы, - там тоже все было тихо. Мерное жужжание исписанных рунами стен и тихое сопение восстанавливающихся первой ступени – ничего необычного.
Я быстро шла по широкой песчаной тропинке. Здесь, в Зеленом Доле, не любили холода камня, так что дома строили из дерева, и дорожки тоже не мостили, оставляя под ногами теплую землю или чуть подкрашенный охрой песок. Стояла самая середина лета, так что было жарко и влажно, и все вокруг зеленело, источало дурманящий аромат еще мокрой от утренней росы травы, цвело, нежилось в лучах встающего солнца.
Легкое платье приятно продувалось ветром, но волосы мне все же пришлось собрать в косу, иначе стало бы совсем жарко. У каждого из нас есть любимые моменты, ценности которых не понимает никто больше, маленькие, незаметные ритуалы, дающие нам силу. Для меня таким ритуалом было срезать путь через высокое разнотравье и ощутить, как мальва щекочет лодыжки, идти и вести кончиками пальцев по наливающимся цветкам черной горчицы.
Я слышала сок трав, и он словно мешался с моей кровью, давая мне бодрость. Теа говорила, что у меня дар настоящего лекаря, и что я смогу со временем создавать эликсиры, но пока я прикасалась к этой части себя, лишь когда погружалась в такую дрему наяву, и никак не могла впасть в нужное состояние по указанию.
Но сейчас мне нужна была сила и хоть какая-то уверенность в себе. Так что я скинула туфли и, подхватив их за задники, побежала вперед босиком, скользя на крупных и еще влажных листьях мальвы. Когда же увидела то, что во времена правящих здесь сорок лет
