он и выглядел всегда этаким милым простачком и весельчаком.
Офисное здание, около которого Лёня припарковал машину, было серым и невыразительным, и находилось в центре, рядом с такими же серыми зданиями.
Лёня и Алла поднялись в лифте на пятый этаж, прошли по коридору, несколько раз повернув то влево, то вправо, и остановились у типовой белой двери, на которой не было таблички.
Огонёк сигнализации не светился, однако дверь оказалась заперта. Лёня открыл её своим ключом, но, когда они вошли внутрь и миновали нечто вроде крошечной приёмной, Алла увидела незнакомца, сидящего за компьютером у одного из столов.
Он поднялся навстречу вошедшим, оказавшись выше среднего роста, пожал руку Лёне, а потом окинул Аллу каким-то цепким, недовольным взглядом.
Мужчине было около тридцати. Одет в джинсы и серый свитшот, на ногах кроссовки. Вещи все достаточно дорогие, брендовые. Алла в этом разбиралась. Тёмные волосы в некотором беспорядке, выглядят так, словно человек взлохматил их, находясь в задумчивости. Черты лица твёрдые и довольно правильные, щёки чуть впалые.
Алла бы сочла незнакомца за программиста, если бы его чуть-чуть раскосые серые глаза не смотрели на неё слишком уж цепко и настороженно.
- Знакомьтесь, - бодро заговорил Лёня. - Это Алла, моя сестра по отцу. А это Глеб, мой двоюродный брат по материнской линии. Вы, конечно, не родственники, но я являюсь связующим звеном.
- Очень приятно познакомиться, - холодно улыбнулся Глеб и пожал руку, протянутую Аллой. - Рад, что ты решил заглянуть в гости, Лёня. Город поехали смотреть?
- Да, вроде того, - кивнул Леонид. - А ты нас чаем не угостишь, Глеб?
- Отчего же, угощу.
Во время светской беседы за чаем, Лёня как бы невзначай расспрашивал Аллу о работе журналиста, интересовался названиями изданий, с которыми сотрудничала Алла.
Алла, которую очень сложно было обмануть, особенно, если она уже что-то заподозрила, нарочно отлучилась в туалет, но вернулась слишком быстро, и ей удалось услышать микроскопический клочок беседы Лёни и Глеба. Лёня уверял своего кузена в том, что некто она абсолютно не в курсе чего-то.
Примерно через полчаса после приезда, Лёня и Алла покинули невыразительное офисное здание.
Они уже были на пути к городскому парку, когда Алла невозмутимо спросила:
- Лёня, мы что, ездили в детективное агентство?
Лёня, который едва не выпустил руль, довольно резко свернул на обочину и остановил машину.
Глава вторая
- Знаешь, Алла, я начинаю тебя бояться, - сказал Лёня, глядя на сестру со смесью восторга и ужаса, и не зная, смеяться ему или горевать. - Мне кажется, у тебя вместо глаз - сканеры, а вместо мозга - один из мощнейших компьютеров.
- Да ладно, что уж там, - скромно потупилась Алла. - Ничего сложного не было.
- А можно подробнее?
- Можно. Но только в парке. Поехали.
Леонид усмехнулся, завёл мотор и осторожно выехал на дорогу. Вот это дал Бог сестрицу! Мало ему было Глебки, которого никогда вокруг пальца не обведёшь, а тут всё ещё круче обстоит, похоже.
Конечно, он и не планировал лгать брату или сестре, однако не очень-то комфортно постоянно находиться рядом с двумя гениями дедуктивного метода.
А в том, что Глебу понравилась Алла, и он будет пытаться её заполучить на работу, Лёня не сомневался. Вот только он не мог понять, был ли интерес Глеба лишь профессиональным? Уж очень пристально братан смотрел на Аллу.
В любом случае всё выяснится, пусть не сразу. Но это при условии, что Алла согласится сотрудничать. Сестра - крепкий орешек, как и Глеб, потому очень интересно будет понаблюдать за тем, как эти двое сработаются. Хоть бы Алла согласилась!
- Как ты догадалась? - спросил Лёня, когда они с Аллой сели на одну из скамеек, держа в руках сразу по два эскимо.
Они оба всегда обожали мороженое, и их отец тоже, потому на троих они неизменно покупали шесть порций. Теперь, на двоих, - четыре. Причём, успевали расправиться с эскимо до того момента, когда оно начнёт таять, и при этом разговаривали.
- Во-первых, ты сам вчера постоянно намекал на какие-то журналистские расследования и сенсации, и спрашивал, интересуюсь ли я детективами.
- Так, моё упущение, - кивнул Лёня. - А ведь выглядела ты так, будто наполовину спишь. Опасная ты женщина. Дальше?
- Во-вторых, расположение вашего офиса и антураж. Понимаешь, слишком незаметно и обыденно. Серое типовое здание, рядом несколько таких же знаний. Пятый этаж из семи. Офис, затерянный где-то в коридорах. Двери без опознавательных знаков. С виду - служебное помещение.
- Хочешь сказать, мы переусердствовали с конспирацией?
- Нет, нормально. Но именно эта конспирация навела меня на мысли. В-третьих, двери в офис закрыты при том, что внутри находится сотрудник. Ну и в-четвёртых, Глеб.
- Что Глеб?
- Не Жеглов, конечно, но тоже очень загадочный. Смотрит пронзительно, молчалив, мыслей в голове полно, сразу чувствуется. И осторожничает. Ну а ваша актёрская игра по поводу того, что ты, якобы, просто заехал в гости к брату, типа, познакомить с сестрой, не выдерживает никакой критики. Даже если закрыть глаза на тот вопиющий факт, что ты открыл двери офиса собственным ключом. Это вообще уржаться. Прости, Лёнька!
- Мда, - вздохнул Лёня. - Но мы, если честно, не слишком и маскировались.
- Значит, ты возил меня на смотрины? То есть, на собеседование?
- Да, конечно. Теперь совсем глупо пытаться это скрыть.
- А результаты?
- Вечером Глеб мне позвонит.
- По прямому номеру?
- Естессно.
- А мне кто будет делать предложение, от которого невозможно отказаться?
- Главный, конечно. То есть, Глеб. Он и расскажет о специфике работы. Я не буду, даже не проси.
- Значит, это Глеб тебя сманил из службы безопасности?
- Да. У него клиентура стала расти, появилась необходимость в надёжном напарнике.
- А как растёт клиентура, если вы нигде не афишируете себя?
- Слухами земля полнится, - уклончиво ответил Лёня. - Можно назвать это устными рекомендациями.
- Да и в полиции, похоже, есть свои люди.
Лёня с укоризной посмотрел на Аллу и молча махнул рукой, признавая своё поражение.
- А лицензия у вас есть?
- У нас всё законно, да. Честь по чести.
- И как, если не секрет, Глебу в голову пришла идея об организации подобного дела?
- А вот это тоже пусть он сам рассказывает, если будет на то его воля.
- Понятно,
