Выкидываю ёршик из рук и сажусь на кровать. Закидываю ногу на ногу. Беру конверт в руки. Разрываю его и достаю маленький листочек.
Разворачиваю и врезаюсь в корявые буквы. Писал явно мужчина.
— Как курица лапой…
«Приходи на ужин через два часа в ресторан «Зефир». Дам подержать в руках настоящий пистолет»
Я сжимаю бумажку в руках. Делаю из неё маленький комочек и выкидываю на пол.
Тот придурошный с детским пистолетом. Позер.
Я бы убила время, но у меня его нет.
Через два часа меня здесь не будет.
Скидываю с себя полотенце, дохожу до шкафа. Достаю оттуда свою сумку и переодеваюсь в то, в чём пришла. Жаль, что куртка тонкая. На улице снег пошёл. Не везёт.
Но валить отсюда надо.
Не нравится мне всё это.
И снова бега…
Как год назад.
Вспоминаю и мурашки по всему телу.
Нет. Хватит. Больше я не попаду к Волкову.
Хватаю сумку и, накинув капюшон на слегка влажные волосы, выбегаю из номера. Опять спускаюсь по лестнице. Отдаю ключи на ресепшене и снова иду в самый низ. Выхожу на улицу и ёжусь от морозного холода.
И куда мне?
Идей ноль.
Пока просто, наверное, поеду в соседний город.
Мы с этим больным на голову второй раз встречаемся. В такое короткое время. Неспроста. Ещё и запугивает.
Но где-то я его видела.
И лицо это мелькает в мыслях.
И сцена.
Точно!
Вот же я дура… Накрутила себя.
Мы же раньше учились в одном университете. Только я была на втором курсе, а он… На пятом? Не помню, я видела его там. У них ещё шайка была. Но я недолго там проучилась. Кажется, раз мы даже пересекались.
Но это было больше полугода назад. И видела его редко — он посещал пары через раз, кажется. А я постоянно на них спала из-за двух работ. Даже не встречались.
Вот поэтому нам обоим кажется, что мы уже видели друг друга! Чёрт, я уже подумала он работает на Славу.
А теперь как камень с души падает.
Но я всё равно параноик.
И Бентли с затонированными окнами пугает.
Нет, нельзя здесь больше задерживаться.
Я поправляю рюкзак на плече и, съёживаясь от холода, иду к остановке. Вбиваю в навигатор, где можно сесть на автобус до соседнего города. Наверное, та точка будет для меня конечной.
Пережду, пока слухи не утихнут, там.
Не знаю, сколько это займёт времени. Потом буду узнавать через Ингу.
Шагаю в одних кроссовках по мокрому снегу, который скоро растает, и чувствую на спине жгучий взгляд. Надеюсь, это не тот на голову больной человек. Поэтому ускоряюсь. Заворачиваю за угол и врезаюсь в мощное и твердое тело.
Не извиняюсь, обхожу его и иду дальше вдоль дороги. Смотрю в навигатор. Останавливаюсь, осматриваюсь и кое-что понимаю.
Сердце моё останавливается.
Бентли, что стоял у входа в здание, двигается за мной.
Сглатываю и иду в обратную сторону, откуда пришла. Мне срочно нужно в людное место.
Спешным шагом направляюсь в сторону машины. Хочу быстро пройти мимо неё, но когда подхожу к ней — двери резко открываются.
Оттуда вылезает грузный мужик. Бритоголовый, в тёмной костюме. На поясе сверкает пряжка ремня, за которой виден пистолет…
Я всматриваюсь в его лицо и…
Едва не кричу.
Оборачиваюсь и стремглав бегу по мокрому снегу.
Нашёл он! Нашёл меня! Мой жених нашёл меня!
Это его люди! Не он! Но этого урода!.. Узнаю!
Паника бьёт в ушах, а знойная тревога отключает мозг. Потому что я бегу не в людное место. Совсем нет. Во дворы, в темноту, где нет ни капли людей.
Чёрт, да лучше бы я пошла на ужин с тем придурком, чем попала в лапы Волкова!
Слава…
Только мысль о том, что он делал со мной подбивает бежать быстрее. И ещё быстрее.
Решаю оббежать дом, чтобы выбежать на людную местность.
И я готова была это сделать. Чисто на адреналине, что бьёт в крови. Я не спортсменка, но борец за свою жизнь. Если я не выживу — Лика больше никогда не увидит меня. И я бегу.
Но нога скользит по мокрому снегу, и я лечу вниз. Время вокруг застывает. Как и моё дыхание.
Я ударяюсь лицом о мокрый асфальт. Сдираю кожу на ладонях, но встаю. И опять ничего не успеваю. Сильная хватка на волосах поднимает меня сама.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я морщусь, хватаюсь за свою руку. Кажется, я её вывернула, когда приземлялась. И нога болит… Только не говорите, что и она?
— Ну что, добегалась?
Я всхлипываю от досады и смотрю на Вову. А это именно он. Тот, кто также держал меня два года назад, когда мы встретились со Славой.
— Ты смотри какая. Её бедная жизнь не испортила, только краше сделала! Во шеф обрадуется!
— Не-не-не, Вов, давай я заплачу? — плачу в отчаянии. Да не может быть, чтобы моя относительно спокойная жизнь кончилась так просто…
— Ты? Мне? — гогочет в голос. — Знаешь, Диан, ты как была тупой курицей, такой и осталось. Волков ждёт. Знаешь, сколько он мне пообещал за твою поимку? Да я уйду от него. Детей своих обеспечу.
— Которых нет, ахаха, — раздаётся за его спиной. Он подхватывает его смех и глумится надо мной.
— Ну, пожалуйста… — я понимаю, что мои мольбы пустой звук.
Он мотает головой.
— Ты всё же…
Внезапно Вова замолкает. А меня оглушает громкий звук. Похожий на выстрел.
Хватка на волосах ослабевает с каждой секундой.
А его лицо… Меняется. Расслабляется. Глаза становятся стеклянными.
Я приземляюсь на колени и взвизгиваю от сильной боли в ноге. Стоять не могу. Всё же, вывернула. И убежать теперь не в силах.
Поднимаю голову вверх, а передо мной плюхается тело Вовы.
Ещё один выстрел и бритоголовый бугай падает на мокрый асфальт.
И там, за его спиной я вижу дуло пистолета, направленное в мою сторону.
Но оно тут же опускается.
Я смотрю на мужчину, изо рта которого идёт дым. Он прищуривается, прожигает своими голубыми глазами. И шепчет тонкими губами следующие слова так, что я до сих пор не могу пошевелиться.
— У нас ужин, — говорит тихо. — И ты должна быть там, а не здесь.
Он запросто убил двоих. Один. Стоит уверенно в одной рубашке, брюках и ботинках на холоде. Убирает оружие за пазуху и подходит ко мне.
— Он… — шевелю онемевшими губами. — Настоящий.
— Чё? — хватает меня за вывихнутое плечо. Я кричу, но всё же встаю на ногу. Опираюсь на его плечо. От стресса, наверное.
И когда понимаю, чью помощь принимаю — отпрыгиваю от него на одной ноге.
— Пушка… — шепчу. — Она настоящая.
Я помню те мыльные пузыри, что вылетали из дула пистолета.
А сейчас… Судя по тому, что около моих ног лежат два тела… Он убил их. Вот так просто.
Он снова достаёт её, крутит в руках.
— Ах, ты про неё, — улыбается. Снова засовывает её в штаны. Но в этот раз вперёд, а не назад. — Тебе повезло, что мои люди тупоголовые идиоты, любящие играть в игрушки.
Он резко присаживается, хватает меня за бёдра и закидывает к себе на плечо.
— Стой, погоди, — в панике прошу его. У него же оружие.
Вот сейчас мне становится не до смеха. Не до дерзости. Он же меня размазать по стене одним махом может.
Я лягаюсь ногами, но получаю больнючий удар по ягодице.
— Давай я сразу установлю границы дозволенного, — проговаривает таким тоном, от которого я обмякаю у него на плече и как безвольная кукла слушаю каждое его слово. — Для тебя, Диана.
Я сглатываю вновь.
Он слышал, как меня зовут.
— Начнём с того, что у меня есть пушка. И я только что убил двоих. До тебя доходит?
Я киваю. Но понимаю, что он этого не видит и проговариваю:
— Более чем..
— В любой момент я смогу сделать с тобой тоже самое, что и с ними.
Понимаю. Очень сильно понимаю. И даже представляю.
— А сейчас… — хватаюсь за соломинку надежды.
— Я оставлю тебя в живых.
— Ненадолго. Пока ты не станешь для меня бесполезной.
Ком в горле застревает.
— Ты убьёшь меня? — во рту пересыхает.
— Убью… — я не вижу, но слышу, как по его лицу расплывается улыбка. — С огромным удовольствием. И особыми методами. Но об этом мы поговорим за ужином. Который ты чуть не пропустила.
