попытаются снова.
— Теперь уже всё равно. Ты не представляешь, что я только что узнал.
— Я не верю, что голова могла так регенерировать, лекарство так не работает! — продолжал Михаил.
— Поехали отметим мою новую жизнь, за одно решим что с этой ситуацией делать. — решил я вставая.
— Тебе нельзя так резко... — выдал Михаил, видя мою прыть.
— Ты же врач? Ты же видел что я уже умер, так что теперь для меня запретно?
— Ты не мог умереть. Иначе бы лекарская магия тебя бы не вылечила.
— Ну да, ну да! — усмехнулся я, — Поехали в трактир.
***
Называть «Регардо» трактиром было нашим с Мишей небольшим приколом. Вообще-то вполне себе неплохой ресторан. Даже солидный. В трактир же он превращался, когда в него приходило больше трёх магов из разных семей за раз. Просто потому что если маг заходит в хороший ресторан — он выпивает. А выпившие маги, особенно из конкурирующих семей, с большей вероятностью превратят ресторан в трактир, чем нет.
Хозяева, прекрасно понимая популярность места среди молодых дворян, даже не запрещали повторные посещения для дебоширов. Так что атмосфера неизменно была по-хорошему боевая. Каким-то образом, несмотря на обилие внезапных дуэлей, от ресторана всегда исходила аура шика и статусности. А официантками работали исключительно модели.
— Маша, дорогая, нам обед «победный», — едва сдерживая смех, заказал Миша, придуманный нами ещё на первом курсе Академии набор блюд для употребления после успешной дуэли. Для неуспешной вариант тоже имелся, но придуман он был скорее из предусмотрительности, чем необходимости. Я даже не помнил, что в него входило.
— Красное или белое? — спросила официантка, покачивая грудью в такт словам.
— Яблонский же на «Я»? — Задумался Миша, — Не люблю математику.
— На «Я». 33-я буква. Не чётная. Значит красное., — Продолжил я его размышления.
— Принято, ваше высокоблагородие!
Маша кивнула, поправила декольте. Отвернулась, и сверкнув, на мгновение показавшейся из-под юбки попкой, побежала дальше по своим официантским делам. Михаил Анатольевич же наклонился над столом и обратился ко мне.
— Сергей Борисович, ваше благородие. Какого вообще произошло на пустыре?
— Ты про Яблонского? Ну как обычно. Парад-рипост. Никакой магии.
— Ты понимаешь о чём я. Сквозное ранение мозгового отдела черепа с пульсирующей полостью в мозгу залечить невозможно. В смысле возможно, конечно, но пациент к этому моменту из категории «больные» переходит в «мёртвые». А это необратимая штука. Ну так, к слову.
А ведь Миша серьёзен. Моё исцеление ему покоя не даёт. А ведь исцелял он сам. Своими руками.
— Какая полость? Пульсирующая? Не понимаю о чём ты. — усмехнулся я вместо ответа.
— Серёг, я, блин, видел, как пуля раскрошила тебе лоб, а потом из затылка вылетела.
— Ну ты же вылечил? Ну вот и всё!
Миша откинулся на спинку дивана и тяжело вздохнул.
— Вот то-то и оно, Серёг. Что я вылечил., — сказал Миша и помахал руками над головой, — Вот этими руками. Мать её, пулю в лоб!
Миша ударил по столу. В нашу сторону обернулись две официантки, что-то обсуждавшие у бара. Увидев Мишу, одна шевельнула бёдрами, отчего края её юбки разлетелись по сторонам, озарив зал белизной её трусиков. Подмигнув моему друг, она продолжила разговор со своей коллегой. Миша улыбнулся ей в ответ, о потом посмотрел на меня.
— Что-то странное тогда произошло. Знаешь? Как будто кто-то приоткрыл мой череп и вложил туда понимание, что такое исцеление возможно. Да что там понимание! Я узнал, как это делать!
От эмоций Миша снова вскинул руки над головой.
— То есть, звучит как бред, конечно. Но я как будто бога в этот момент увидел. — закончил он свою мысль.
Друг никогда не скупился на эмоции и небылицы. Что факт. Но то, что меня не далее как полчаса назад убили тоже факт. Как и моё чудесное исцеление. Я особо не задумывался над произошедшим, как будто ничего необычного не произошло. Однако…
Когда меня поразила первая пуля, я почувствовал странное ощущение. На миг весь мир, вся реальность стали мне кристально понятны. Будто я «Демиург Хаоса»? Странный титул. Сколько отец мне рассказывал про религии и культы, такой персоналии в этих рассказах не было.
И Миша, да. Я видел, как он безуспешно пытается вылечить уже мёртвое тело. И я вложил в него Знание. Не просто Знание. Доктрину. Сделал его божеством медицины. Боюсь, что теперь для него неизлечимых случаев совсем не будет.
— Миш. Ты не поверишь. — сказал я, покачав головой.
— После того что я сделал? Такие вещи простор для атеизма ох как сужают, я тебе скажу. Так что?
— Когда пуля пролетела. Я как из тела вышел. Не как эфироходцы делают, а вот на самом деле.
— А там?
— Чувство такое было, что мир этот весь мне абсолютно понятен, будто бы уже сто триллионов миллиардов лет проживаю на Земле.
— Мой лучший друг Будда, так и запишем. — Миша ухмыльнулся, но я видел, что он серьёзен, как хирург на многочасовой операции.
— Круче, Миш, круче. Я там себя чуть не богом ощутил. Или типа того. Всю планету увидел, как шарик в паутине из мыслей и планов. Как если б каждое звание было ниточкой над поверхностью земли.
А ведь так, в сущности, и было.
— И тебя видел. Как ты меня вылечить пытался. Ты как в коконе из знаний по медицине был. А к нему паутина с… Ну как сказать. Как будто вообще всё, что связано с исцелением в одном месте, как клубок.
Миша, услышав о себе и своей работе, оживился.
— Увидел, а дальше?
— А дальше, соединил кокон вокруг тебя с тем клубком. Вот так и было. — пожал я плечами и развел руки перед другом.
— Неплохо, брат, тебя накрыло. — округлив глаза и начав чесать затылок, ответил мне друг.
— Как было, так и рассказал. — сказал я и откинулся на диван.
— А ведь я реально как будто лучше разбираться в медицине стал. Типа вот сейчас придумываю себе условного пациента, и одной строкой в голове стандарты, как в Академии учили, а второй, как на самом деле нужно. Странная фигня.
— Вот и я о том же. —
