самобытную теорию и практику врачевания, поэтому изучение лекарственных средств ее представляет практический интерес.
В связи с этим рассмотрим состояние вопроса об изучении оригинальных тибетских текстов и лекарственных средств тибетской медицины.
Начало изучения тибетской медицинской литературы относят к XIX в., когда венгерский ученый Александр
Чома де Кёрёши [Gsoma de Koros, 1835] опубликовал в журнале Бенгальского азиатского общества краткое содержание всех глав трактата "Чжуд-ши", сделанное на основании конспекта, полученного им у знакомого ламы [Гаммерман, Семичов, 1963; Гаммерман, 1966].
Первый перевод на русский язык двух томов тибетского трактата "Чжуд-ши" выполнен А. М. Позднеевым [1908]. Сложность этой работы была связана с тем, что при переводах "Чжуд-ши" на старомонгольский язык с тибетского сохранена стихотворная форма. Это значительно ограничивало выбор терминов. Кроме того, в трактате имеется много специальных терминов, в толковании которых даже ламы-лекари испытывали затруднения. Поэтому в переводе не дается научной расшифровки, объяснения медицинских терминов и понятий. Практический интерес в этой работе представляют главы второго тома, где перечисляются лекарственные средства, приводятся показания к их применению и основные правила по составлению оригинальных рецептурных прописей.
Наряду с этими переводами известны вольные изложения трактата "Чжуд-ши" Д. Ульянова [1902] и П. А. Бадмаева [1907]. Для понимания сущности болезненных явлений, описанных в "Чжуд-ши", эти работы не дали конкретных материалов, но пробудили интерес к практическому применению тибетских медикаментов, их коллекционированию, определению коллекций [Обермиллер, 1936].
Поскольку в истоках тибетской медицины лежат достижения врачей древней Индии, для познаний ее истории имеет большое значение изучение индийской медицинской литературы. В связи с этим интересна работа профессора Вюрцбургского института Ю. Жолли [Jolly, 1901], где дан полный обзор индийской медицинской литературы с древнейших времен и изложение основ индийской медицины, построенное на изучении главнейших источников [Обермиллер, 1936].
Сравнительным изучением тибетской и индийской медицинской литературы занимался советский востоковед Е. Е. Обермиллер [1936]. Им прослежена связь индийской и тибетской литературы по "Данджуру" — полному собранию буддийской литературы, в которое вошли сочинения философского характера и медицинские трактаты. Так, в сто восемнадцатом томе найдены индийские медицинские сочинения, переведенные с санскрита на тибетский Язык. Автором этих сочинений считают Нагарджуну II в, н. э.).
В "Данджур" включены сочинения одного из преемников Нагарджуны — Вагбаты младшего. Среди них сочинение "Аштанга-хридая-санхита", прокомментированное в сто двадцатом — сто двадцать третьем томах кашмирским врачом Чандранандой [Обермиллер, 1936].
Первые пять глав тибетского текста "Аштапга-хридая-санхита" изучены в сравнении с его санскритским текстом. Это изучение предпринято в связи с тем, что более близкого к "Чжуд-ши" санскритского текста не сохранилось. Поэтому сравнение санскритских текстов "Аштанга-хри-дая-санхиты" с их тибетской версией можно использовать для познания терминологии [VogeJ, 1965].
Изучению текстов третьей главы первого тома "Чжуд-ши" с использованием текстов "Вайдурья-онбо" посвящена работа Дж. Филлиоза [Filliozat, 1954], в которой сделана попытка комментирования специфических медицинских терминов и понятий.
Среди тибетских сочинений, в той или иной мере подвергавшихся изучению европейцами, следует упомянуть санскритское сочинение "Йога-шатака", приписываемое Нагарджуне и вошедшее в "Данджур". Санскритский оригинал этого сочинения не сохранился. В связи с этим предпринята попытка восстановить санскритский текст по тибетскому оригиналу [Schmidt, Michael, 1978]. В общем эта работа носит лингвистический характер.
Из краткого обзора работ, посвященных исследованию тибетской медицинской литературы, следует, что предпринимались попытки филологического перевода тибетских текстов, интерпретации некоторых медицинских терминов. При этом систематического изучепия оригинальных медицинских сочинений, основанного на комплексном подходе, предусматривающем перевод тибетского текста на европейские языки и научную интерпретацию переводов, не было. Не делались попытки получения информации из тибетских трактатов о лечебных свойствах растений для составления обоснованных рекомендаций на экспериментальную проверку.
Первым опытом комплексного изучения тибетских медицинских трактатов является публикация перевода на русский язык тридцать шестой главы из "Вайдурья-ман-наг-чжуда", посвященной описанию острых заболеваний брюшной полости, их классификации, методам и средствам лечения.
Авторы публикации [Бадараев и др., 1976] дают перевод тибетского текста, медицинский комментарий и тибетско-русский индекс медицинских терминов и словосочетаний. Для наглядности тибетский текст с русским и монгольским переводами сведен в таблицы, поясняющие структуру текстов по этиологии и классификации болезней, диагностике, средствам и методам лечения. В этой работе сделана попытка расшифровать и прокомментировать специфические термины и понятия, а также найти рациональный вариант публикации.
Такая форма изложения материала, па наш взгляд, выгодно отличает эту публикацию от всех ранее упомянутых работ, дает возможность проследить ход мысли исследователей при научной интерпретации буквальных переводов тибетских текстов, расшифровке специальных медицинских терминов. Представляется, что такое комплексное изучение тибетских оригинальных сочинений медицинского характера может обеспечить их правильную расшифровку и дает возможность критически оценить их с позиций современных знаний.
Изучение лекарственных средств тибетской медицины
Лекарственные средства тибетской медицины в основном изучали русские, советские ученые, поскольку они имели возможность получить богатый опросный материал у лам-лекарей Забайкалья, где в дореволюционное время тибетская медицина была широко распространена среди бурятского населения.
Медикаменты из тибетской аптечки впервые описаны русским врачом И. Реманном [Rehmaim, 1811], который был участником экспедиции графа Головкина в Китай [Гаммерман, 1966; Гаммерман, Семичов, 1963].
Сведения о тибетской медицине, список тибетского лекарственного сырья и болезней имеются в работе В. Пти-цыпа [1890]. Она носит этнографический характер и основана на материалах, полученных у лам-лекарей. Объекты в собранной В. Птицыным коллекции в основном остались не расшифрованными, а привезенная в Санкт-Петербург коллекция — утеряна [Гаммерман, 1966].
В 1892 г. врач Н. В. Кирилов, находясь по долгу службы среди бурятского и монгольского населения, заинтересовался практикой лам-лекарей, сам изучал тибетскую медицинскую литературу, проверяя достоверность переводов трактатов, сделанных разными ламами путем перекрестного опроса знатоков, наблюдал сбор сырья и коллекционировал собираемые ими растения.
Он заметил, что ламы нередко используют сырье не будучи уверенными в его подлинности. Поскольку удаляться за пределы прихода для сбора сырья ламам запрещалось, они нередко не знали, где растет то или другое растение, и были вынуждены покупать большую часть сырья в китайских аптеках, где им, не стесняясь, выдавали подделку [Кирилов, 1892].
Собранная Н. В. Кириловым коллекция — семьдесят образцов лекарственного сырья — хранится в Музее Антропологии и Этнографии (г. Ленинград) и в свое время была определена А. Ф. Гаммерман [1966].
Оценивая значение тибетской медицины, Н. В. Кирилов [1892] пришел к выводу, что, хотя теоретические познания бурятских лам зачастую и ограничены, их практический опыт нуждается в экспериментальной проверке.
Обзор имеющихся к тому времени европейских работ по тибетской медицине дан Г. Лауфером [Laufer, 1900]. Во второй части работы приведены некоторые сведения по фармакологии и список средств животного, минерального и растительного происхождения, составленный на основе определений, опубликованных И. Реманном [Reh-mann, 1811] и
