Луи украдкой следил за своим дядей и видел, как меняется лицо герцога.
– Пора, – наконец решил он, – дальше тянуть нельзя.
Молодая изящная дама коснулась веером его руки.
– Негодник, – кокетливо заметила дама, – о том, что собираетесь жениться, вы могли поставить меня в известность. Впрочем, я надеюсь, что между нами всё останется по-прежнему и вы сможете навещать меня изредка. Надеюсь, ваша невеста не станет возражать против этих, в высшей степени безобидных встреч. Возможно, я ошибаюсь. Судя по всему, она весьма ревнивая особа.
– Кто? Ты о ком говоришь Клементина? – Луи удивлённо воззрился на свою собеседницу, а затем проследил за её взглядом и увидел юную особу, стоявшую в окружении дам, и не сводящую с него взгляда.
Луи неприятно поразил этот взгляд. Так смотрят на вещь, которая принадлежит тебе.
Легко коснувшись руки Клементины, Луи извинился.
– Мне необходимо поговорить с дядюшкой!
– Иди, и в следующий раз, граф, – громко добавила она, – постарайтесь не опаздывать на собственную помолвку.
В зале послышалось едва сдерживаемый смех.
Луи остановился и с удивлением посмотрел на Клементину.
– С чего вы взяли, будто сегодня моя помолвка?
– Так сказано в приглашении, которое нам прислали, – послышался насмешливый ответ.
– Нет нужды спрашивать, кто вам прислал их, – с виду спокойный Луи повернулся и направился к своему дяде.
Отвесив лёгкий поклон, он поднял взгляд на герцога.
– Не желаете мне объяснить происходящее? – с едва сдерживаемым гневом спросил Луи.
– Ты женишься! – коротко ответил герцог Бурбонский.
– Вот как? – Луи почему-то развеселил ответ герцога, – и как вы собираетесь принудить меня к браку?
– Я не собираюсь тебя принуждать. Ты по доброй воле поведёшь к алтарю ту, которую я выберу для тебя, – жёстко ответил герцог Бурбонский.
– Нет! – спокойно отчеканил Луи.
– Нет?
– Нет, – твёрдо повторил Луи, – я никогда не женюсь. Это моё решение, и никто не сможет убедить меня в обратном.
– Позволь спросить, – голос герцога Бурбонского сорвался на крик, – до каких пор ты будешь позорить доброе имя твоего отца? До каких пор ты будешь выставлять меня посмешищем перед всем Парижем? Я не говорю о его величестве, у которого я был на аудиенции не далее, как сегодня утром. Его величество указал на недопустимость твоего поведения и пригрозил расправой в случае, если ты не образумишься. Я стоял с красным от стыда лицом, не в силах сказать что-либо в твоё оправдание, ибо говорить было нечего. Ты в полной мере заслужил гнев его величества, равно как и мой. Твоё поведение непростительно. Оно достойно самого серьёзного осуждения.
– Моё поведение? – Луи недоумённо пожал плечами, – я всего лишь сказал, что не желаю жениться…
– Луи, – грозно и резко оборвал его герцог Бурбонский, – его величество едва ли не ежедневно выслушивает на тебя жалобы. Я их выслушиваю вдвое больше. Ты пользуешься всеми возможными способами, чтобы пробраться в спальни добропорядочных женщин, а если обманутый муж посмеет обвинить тебя – ты вызываешь его на дуэль и убиваешь. Поступок ещё более бесчестный. Этому надо положить конец, немедленно. Ты должен жениться.
– Это произошло всего лишь однажды, – попытался оправдаться Луи, – но не мог же я, в конце концов, позволить убить себя?! После того случая я и не думал…
– Вот он! – раздался истошный крик.
Взгляды всех присутствующих устремились на невысокого полного мужчину, который стремительно ворвался в зал.
Только его не хватало, – подумал Луи, узнав в прибывшем мужа Изабель, виконта Ле Гранье.
Достигнув Луи, Ле Гранье возопил, обращаясь к герцогу Бурбонскому.
– Монсеньор! Я требую справедливости! Этот человек, – рука виконта была направлена на Луи, – пробрался в спальню моей супруги и пытался обесчестить её.
– Почему же пытался?
– Замолчи Луи, – с ужасом воскликнул герцог Бурбонский, – твоё поведение не имеет оправданий.
– Моё поведение касается только меня, – Луи, которому начал надоедать весь этот фарс, ответил излишне резко. Следующие слова были предназначены обманутому мужу.
– Сударь! Я действительно переспал с вашей супругой и отнюдь не против её воли. Вы можете принять мои извинения или я приму ваш вызов.
Слова Луи мгновенно утихомирили виконта. Он прекрасно понимал, чем грозит ему поединок.
Приняв оскорблённый вид, виконт ответил:
– Я приму ваши извинения вместе с обещанием никогда впредь не приближаться к моей супруге.
– Оно у вас есть! – Луи поклонился виконту и в это мгновение раздался голос пьяного барона дю Рено.
– Мою супругу ему не удалось прибрать к рукам.
Оставив виконта, Луи направился к барону. Прежде он никогда не видел его, ровно как и его супругу. Прозвучавшие слова вызвали у него лёгкое удивление.
– Поверьте, сударь, я никоим образом не пытался совершить то, в чём вы меня обвиняете, я незнаком с вашей супругой.
– Ложь! – закричал в ответ барон дю Рено, – супруга не раз рассказывала мне о ваших домогательствах. Вашему поведению нет прощения. Мы просто обязаны избавить общество от подобной гнусности.
– Вы дважды оскорбили меня, – с виду спокойно произнёс Луи, хотя в душе его клокотала ярость, – поэтому, либо вы немедленно попросите прощения, либо я убью вас.
– Ни первое, ни второе. У вас ничего не выйдет. Я не попрошу прощения и не буду с вами драться. Можете меня убить прямо здесь, если хотите, – пьяный барон расхохотался прямо в лицо Луи.
Все присутствующие прекрасно понимали, что обнажать оружие против безоружного Луи не станет. Барон поставил его в дурацкое положение.
– Хорошо, – после недолгого раздумья сказал Луи, – я найду третий способ наказать вас.
– И какой же? – насмешливо поинтересовался дю Рено.
– Пересплю с вашей женой!
– Вам не разозлить меня граф!
– В вашем же доме, слово чести!
– Луи, – герцог Бурбонский схватился двумя руками за голову, – немедленно прекрати. Немедленно.
– На этот раз наши желания совпадают, монсеньор! – Луи отвесил ему поклон, затем один общий и быстро зашагал к выходу.
– Ты будешь наказан! – вслед ему закричал герцог Бурбонский.
– Извольте, буду с нетерпением ждать, – не оборачиваясь, бросил Луи и вышел из зала.
Де Валиньи догнал его, когда Луи уже вскочил на коня.
– Ты что, совсем обезумел? – закричал на друга де Валиньи, – в присутствии стольких людей высказал полное неуважение к гер…
– Где обитает барон дю Рено? – перебил его Луи.
– У него замок в тридцати лье от Парижа, – де Валиньи осёкся, почти с испугом глядя на Луи. – Надеюсь, ты не собираешься сделать того, о чём говорил?
– Виконт! – выразительно ответил Луи, – я никогда не даю обещаний, но если даю – обязательно выполняю их.
Оставив друга, Луи пришпорил коня.
Глава 3
Десятью днями позже после описанных выше событий, в небольшой живописной деревушке, что находилась вблизи замка дю Рено, появился одинокий всадник. Это был ни кто иной, как Луи – собственной персоной. Миновав окраину, он спешился возле маленькой, на вид убогой церкви. Осенив себя, Луи без промедления вошёл внутрь.
Убранство церкви было под стать её внешнему виду. Несколько рядов грубо сколоченных деревянных скамеек и несколько десятков изображений с ликами святых. И лишь впереди, у самой стены, висело большое изображение распятого Христа.
Луи подошёл к распятию и преломил колени. В тишине церкви зазвучали слова молитвы. Сплетя пальцы и опустив голову, Луи с пылом и страстностью произносил слова молитвы. Закончив молится, он перекрестился и встал с колен.
– Сын мой, ты прибыл издалека? Прежде я тебя здесь не видел!
Отец Бенедикт, местный священник подошёл к Луи.
– Вы правы святой отец, – придав голосу нотку грусти, отвечал Луи, – я прибыл издалека.
– И что привело тебя, сын мой, в наши края?
– Я грешен, святой отец, – сокрушённо ответил Луи, – моя душа нуждается в исповеди.
Священник сочувственно покачал головой в знак того, что прекрасно понимает его состояние. К нему приходило много людей, и все они начинали приблизительно с этих слов.
– Приходи завтра, сын мой, – посоветовал отец Бенедикт, – сегодня я не могу помочь тебе, ибо получил послание от барона с просьбой прибыть в замок. Баронесса занемогла. Она нуждается в утешении.
Лучше и быть не может, – подумал Луи, – баронесса действительно нуждается в утешении, но вам, святой отец, это сделать не под силу.
Изобразив на лице глубокую печаль, Луи схватил священника за руку.
– Вы не можете оставить меня с таким горем, – горестно воскликнул он, – возможно, я не доживу до утра. Помогите святой отец, клятва, данная мной, тяжким бременем лежит на моей душе.
– Хорошо, сын мой, – поколебавшись, согласился священник, – я выслушаю тебя, только будь краток.
– Благодарю от души, святой отец, благодарю вас!
