жива же осталась. — И Его Высочество принц Аслахан…
А вот теперь я едва не подпрыгнула на месте. Пришлось отодрать руки от лица и показаться моему новому мужу настоящим чучелом. Первая красавица королевства сейчас была растрёпанная, с опухшим лицом и красными глазами. Я не видела себя, но по ощущениям могла представить, что хуже я выглядела только в темнице, где Маркус запер меня незадолго до смерти.
— Ваше Величество, Ваше Высочество, — как и подобает, поприветствовали брат с отцом. Лишь я оставалась в кровати, придавленная уверенной рукой отца, что крепко сжимала мое плечо.
— Нет нужды в приветствиях, — махнул рукой король, не мешкая ни секунды проходя внутрь комнаты. — Мы здесь, потому что до нас дошли вести — невестка очнулась.
Комната была довольно большой, но по ощущениям он занял собой все пространство. Драконы всегда заставляли людей чувствовать себя ничтожными перед своим величием. Без слов, лишь коротким взглядом они лишали человека воли и сил. Многие дебютантки теряли сознание по несколько раз на королевских балах. Да что там, такое случалось даже с опытными дворянками, прошедшими все тягости светских вечеров.
И было вовсе не важно, что человеком король оставался невысокого роста, утончённым, худощавым, но в то же время не лишенным крепости мышц, одним словом — поджарым. Его движения по обыкновению были нарочито ленивы, что, в общем-то, прослеживалось у многих драконов.
Маркус был очень похож на отца. Такие же тонкие и прямые линии профиля, ровный нос, выраженные надбровные дуги и четкий контур бледных губ. Пшеничные волосы ниспадали ниже плеч, а в холодных глазах читалось откровенное безразличие к большинству, что происходило вокруг. В случае с Маркусом, когда-то мне казалось, что я смогу растопить этот лед своей любовью. Как глупо.
— Вашими молитвами, — ответил королю Шадеусу отец, и повисла неловкая пауза. Случившееся сильно било по королевской семье, и эхо последствий ещё очень долго будет разлетаться по всему королевству.
— Мы приносим вашей семье извинения за своих сыновей, — вымолвил король, и я едва не раскрыла рот от удивления.
Наверняка этому дракону стоило невероятный усилий подавить своё эго и произнести эти слова. Не думала, что в своей жизни когда-либо услышу нечто подобное.
— Спасибо за эту милость, Ваше Величество, — отвечал отец как по учебнику.
А у меня ком встал в горле от этой несправедливости. Извинения – это малая часть того, что заслуживала наша семья, но вместо негодования должны были выражать благодарность.
— Полагаю, обстоятельства были выше возможностей принца Маркуса, Ваше Величество. Не гневайтесь на него слишком сильно. Уверена, он сделал все, чтобы вернуться в назначенный час. — вмешалась я на правах пострадавшей.
Сейчас никто не мог осудить меня за бестактность. Семья Фиенн была важна для королевства, и сейчас она закрывала меня огромным щитом. И слова, что я подбирала с особой тщательностью, должны были оцарапать самолюбие короля ещё сильней. Мне хотелось, чтобы его гнев обрушился на Маркуса со всей своей мощью.
— Что же касается принца Аслахана, — взволнованно сглотнула я, мельком глянув за спину короля. — Его поступок спас мне жизнь, и у вас нет причин за него извиняться. Я благодарна вам, принц Аслахан.
Стоило мне поднять взгляд ещё раз, как я оцепенела под пристальным вниманием желтых глаз с вертикальным зрачком. Принц, что возвышался над отцом в полторы головы, смотрел на меня не отрываясь.
Одним своим видом он ломал перешептывания, что периодически разлетались по королевству, мол, драконы измельчали. О, нет. Дракон, что стал моим мужем, был самой настоящей скалой.
Косая сажень в плечах, ручища, словно медвежьи лапы. Мышцы бугрящиеся под одеждой, толстая шея и волевой подбородок никак не вязались с элегантностью королевской семьи. Мы уже встречались в прошлой жизни, но сейчас я будто бы увидела его впервые и не могла отвести глаз.
Алый цвет волос и юность, проведённая в войнах, породили множество злословий. Но правда в том, что я не могла вспомнить ни одной грубости по отношению ко мне за всю свою прошлую жизнь. Быть может это потому, что наши встречи были мимолётными, а приветствия формальными. Быть может потому, что как хорошая жена я старалась держаться подальше от внебрачного принца, которого так сильно ненавидел Маркус. Мне предстояло это понять, и я не питала иллюзий, как это было в прошлом. Теперь я готова была ко всему. Возможность смотреть на ситуацию трезво стало благословением для меня, но говорить за это «спасибо» Маркусу я отказывалась даже в мыслях.
Что же касается принца Аслахана, и аристократы и простой люд никогда не уставали передавать сплетни, концов которым было невозможно найти. Оставалось понять, что из этого правда, а что нет, и двигаться дальше.
Брачная клятва уже отсекла лживые слухи. Пусть и бастард, но Аслахан был сыном короля, хоть и совершенно отличался внешне. Ни чертами лица, ни комплекцией, ни манерами, ни цветом волос он не походил на отца и его предков.
О, эти алые волосы будоражили сознания многим. Люди обожали рассказывать, что во всем виновата кровь врагов, что он проливал война за войной. Мол, она настолько впиталась в них, что смыть ее уже было невозможно.
Другие с опаской шептали, что все дело в крови красных драконов, что были почти уничтожены как род. В это я готова была поверить, хоть небольшой страх во мне пытался вернуться к первой теории. Ведь красные драконы сплавились своей жестокостью и страстью к сражениям, неутолимой жаждой крови врагов. Звучало не слишком обнадеживающе, но я допускала возможность, что и эти пересуды далеки от правды.
— Ваша доброта была одним из важнейших критериев выбора невесты для принца Маркуса, — нарушил затянувшиеся молчание король, и мне с трудом удалось сохранить спокойное выражение лица. — И мы здесь, чтобы урегулировать вопрос. Леди Фиенн, вы все еще хотите стать женой кронпринца.
Мне невероятных усилий стоило не выкрикнуть «да!». Я отчаянно хотела, чтобы Маркуса низвергли, а Аслахана нарекли кронпринцем королевства. Уж не знаю, как он бы справился с этой обязанностью, но уже успела увидеть, насколько отвратительным был Маркус в этой роли. Но, естественно, мне спрашивали не об этом.
— Ваше Величество, — голос отца был обеспокоенным. — О чем вы говорите? Разве эти клятвы возможно разрушить?
— Разрушить магию подобного уровня нельзя, но можно попытаться перенести печать, — сухо объяснял король. — Это трудновыполнимо и есть определенные риски, но в случае вашего согласия мы
