– Мам, вы почти на крайнем севере и у вас холод собачий, – я поморщился. Не люблю холод.
– Это не холод, а чушь собачья, что ты говоришь! – возмутилась мама, – В Норвегии очень мягкий климат! А какие тут озера, ты даже не представляешь.
– Я постараюсь приехать. Может быть, летом возьму отпуск. Но не могу обещать, ты же знаешь.
– Знаю, сынок. Но мы тебе всегда рады и ждем. Помни об этом.
– Помню. Ладно, мам, мне пора ехать на работу. Передавай привет отцу!
– Эрик?
– Да?
– Береги себя. Мы тебя очень любим.
– Я знаю мам. Я вас тоже. Пока.
– Пока…
Я повесил трубку и вздохнул.
– Береги себя на дороге – произносит голос Даны в моей голове, и я снова усиленно ей трясу.
Хватит, хватит, хватит! Ты ее больше никогда не увидишь, успокойся! Сегодня ты придешь на работу, сделаешь еще пару десятков тысяч, потом пойдешь с другом в клуб, подцепишь какую–нибудь адекватную бабу, трахнешь ее и забудешь о вчерашнем недоразумении.
Да, именно так.
С этими мыслями, я позавтракал, допил свой кофе и стал собираться на работу.
ГЛАВА 2
Через двенадцать часов, я стоял на пороге клуба и до конца так и не понял, что я тут делаю. Вечер выдался холодным, несмотря на то, что утро было солнечное, и на носу был конец мая. Но для Эстонии такие перемены в погоде – норма. В прошлом году в середине апреля вообще снег лежал.
Обычный пятничный день, обычный день в офисе: переговоры, совещание, подписанный контракт. Нет смысла описывать мою работу, она скучна и неинтересна – это факт. Я бизнесмен, причем успешный. Я зарабатываю много денег. Я так же много их трачу. Могу себе позволить.
Игорь тащил меня в «Феникс» каждый раз, когда его жена укатывала с детьми к родителям. Происходило это обычно раз или два в месяц. Не то, что бы он ее не любил, напротив. Он ее обожал так же, как и в первый день знакомства в институте. Просто ему «нужно разнообразие в сексуальной жизни», так он выражался. А подцепить такое разнообразие проще всего было именно в «Фениксе». Во–первых, шлюхи тут элитарные: дорого одеты, качественно накрашены и сильно насиликонены. Приятным бонусом они не разговорчивы и хорошо знают свое дело. Во–вторых, с нашим статусом ошиваться в других местах было просто неприлично. Это не мои слова, это слова Игоря.
В общем, я стоял на пороге клуба и сделал шаг внутрь, качая головой. Что я тут делаю?
Я и сам не знаю.
Администратор Павел проводил нас к нашему столику в ВИП–зоне, мы заказали бутылку Martell и сразу приступили к делу.
– Эрик, братишка, как ты это делаешь? – восторженно говорил Игорь, оглядывая зал в поиске жертвы, – Ты подписал контракт на полмиллиона в год! Уму непостижимо.
– Видимо, я умею убеждать, – улыбаюсь я, – За полмиллиона!
– За полмиллиона! – отзывается эхом он.
Мы по традиции выпиваем первый залпом и стучим барабанную дробь по столу. Потом заводимся хохотом и расслабляемся под действием крепкого алкоголя.
Мы обсуждаем рабочие детали, смеемся и пьем, пьем, пьем.
Я уже не пьянею. Давно перестал. Я бы вообще с удовольствием не пил, но в «высшем» эстонском обществе не поймут такой эксцентричности.
– Опаньки, смотри, – Игорь сверкает глазами и кивает в сторону бара.
Там стоит компания девушек из четырех человек. Они разодеты, как и подобает в этом месте, только одна из них выбивается из общего интерьера заведения. Простые джинсы и черная рубашка, правда, туфли на ней за тысячу евро (я знаю, потому что купил такие же своей экс–пассии), волосы собраны в пучок.
Потом я приглядываюсь внимательнее… И узнаю Дану.
Она со скучающим видом стоит у бара. Ее подруги (если это подруги, а я надеюсь, что это не так) что–то живо обсуждают и оглядывают заведение короткими взглядами. Наверное, ищут, где сесть. Одна из них смотрит в нашу сторону и Игорь, конечно же, машет рукой, широко улыбаясь. Девушки переглядываются, и идут к нашему столику, предварительно дернув Дану за руку. Она, не поднимая головы, идет за ними.
Заметив тонкий провод, ведущий к ее ушам, я невольно улыбаюсь. Она в наушниках!
– Привет! К вам можно подсесть? – спрашивает миниатюрная блондинка двадцати пяти лет на вид.
Она одета в вызывающее серебристое платье, украшенное пайетками. В нем она похожа на рыбку, только не золотую. Ее надутые губы так и кричат о том, что она готова исполнить заветные три желания. Глаза так густо накрашены, что цвет не разобрать. Видимо, она – главарь этой банды шлюх. Снова надеюсь, Дана к ним не относится.
– Конечно! – радостно мяукает Игорь своим мачо–голосом (не знаю, как у него получается таким его делать) – Сегодня многолюдно, свободных столов нет.
– Пятница, – протягивает рыжая повыше и улыбается, плюхаясь на сиденье рядом с Игорем.
Третья, тоже блондинка устраивается возле нее. Я окидываю их ленивым взглядом. Обычные девочки на одну ночь, нацепившие свои лучшие платья. В поисках приключений и богатых папиков, такие забывают о том, кто они на самом деле. Они притворяются, юлят и врут, пытаясь показать себя лучше. Но опытный взгляд не обманешь: средний класс, съемная квартира на двоих или родительский дом, подработка на кассе в сети магазинов, слабые успехи на учебе и огромные амбиции. Просто заоблачные. Каждая из них искренне верит, что сможет встретить принца. Жаль, ведь к тридцати годам они будут настолько потасканы, что посмотрит на них только пятидесятилетний работник среднего звена в кампании, типа моей. К тридцати пяти блеск в их глазах окончательно погаснет, и они выскочат замуж за первого встречного и родят ребенка, лишь бы не упустить шанс стать матерью. Долго и счастливо не будет, вы выбрали неверный путь.
Я отворачиваюсь и смотрю на нее. Дана поднимает глаза, и мы встречаемся взглядом. Она улыбается и вытаскивает наушники.
– Эрик?
– Дана? – отвечаю я с улыбкой.
– Не ожидала увидеть тебя снова, – произносит она, садясь рядом.
Моя рука лежит на спинке диванчика, и я могу сделать одно движение, чтобы дотронуться до нее. Я хочу это сделать, но что–то в ее глазах, быстро метнувшихся к моей руке и потом обратно к лицу, меня останавливает. Пальцы невольно сжимаются в кулак, и я убираю руку.
– Если честно, я тоже. И уж точно не здесь.
– Это была не моя идея, – рассмеялась она, показывая взглядом на девушек, – Будь моя воля, я бы была где–нибудь в другом месте.
– Слушала бы музыку под дождем?
– Сегодня нет дождя, – улыбается она, – Дана.
Она протягивает руку Игорю, и он тоже представляется.
– Вы знакомы? – спрашивает он с удивлением, и легкой досадой.
Ага, значит, он тоже обратил на нее внимание.
Хотя, не обратить внимания невозможно. Весь ее вид кричит о том, что она не принадлежит этому месту, и вообще никому. Она не накрашена, прическа настолько простая, что кажется изысканной на фоне завитых и вытянутых локонов. Ворот рубашки немного приоткрыт, и я замечаю кусочек чернил на шее. Едва заметный, видимый только мне.
