что у меня температура. Всегда так делает! Лишний раз и болеть не хочется.
– У меня командировка на две недели, и как мне тебя одну теперь оставлять в таком состоянии? – спрашивает папа, укрывая меня одеялом посильнее. А я только на секунду задумалась, что перебраться к папе на пару недель было бы очень здорово. И не из-за температуры, конечно. А из-за… Я умом понимаю, что вряд ли это был какой-то серийный убийца, который заприметил меня и теперь, пока я не стану его жертвой, не отстанет. Скорее всего, это какой-то залетный идиот, который хотел добиться своего в моменте. У него не вышло, и преследовать меня он, конечно, не станет…
Умом-то понимаю! Но вот Сашка, подруга моя лучшая, в голове моей сидит и голосом мелодичным на ухо поет, что надо остерегаться теперь, по сторонам смотреть, а еще лучше запереться дома на двенадцать замков, заколотить все окна и нос никуда не высовывать. А если и высовывать, то только с мешком за спиной, где будет нож, перцовка, бита, молоток, шокер и еще куча всего. И обязательно выходить только в кроссовках. Ну, чтобы убегать, если что, удобнее было.
Вспоминаю, как бежала вчера на каблуках под жутко-тусклым светом фонарей, и по спине бегут мурашки. Угораздило же, блин…
И только порываюсь рассказать отцу, что со мной приключилось, как вижу озадаченность на его лице по поводу того, как ему ехать в командировку, если я заболела. Черт… если я расскажу ему, что произошло, он не то что командировку, он вообще работу бросит. И охрану мне наймет. И будет сам со мной везде ходить. А еще обязательно заберет меня к себе и будет эту квартиру кому-нибудь сдавать. А я ее, между прочим, сама выбирала! Не отдам никому.
Решаю молчать, так будет для всех лучше. А я пару дней дома отлежусь, а потом и правда любые маньяки обо мне уже забудут.
– Пап, езжай и не волнуйся, я девочка взрослая, а температура быстро пройдет. Обещаю пить все лекарства и быть умницей.
– И брать трубку, когда я звоню, – ругает папа за инцидент с дверью. Спасибо, не спрашивает, почему я вообще на все замки закрылась.
– Есть, мой генерал! – улыбаюсь я натянуто, прикладывая ладонь к голове, и даже на это движение сил едва хватает. Я просто хочу спать…
Засыпаю мгновенно, только краем сознания слышу еще какие-то слова отца, а через некоторое время – звук закрывающейся двери.
После нервного напряжения мне нужно отоспаться, это поможет лучше любых лекарств. Да и делать сейчас, если честно, не особо что-то хочется. Только спать, спать и спать.
И сплю я практически целые сутки, изредка открывая глаза, чтобы дойти до ванной комнаты, ответить на звонок папы или все-таки выпить чай и таблетку от головной боли.
Я давно не испытывала такого страха, меня это очень сильно вымотало эмоционально, и даже с Сашей я нахожу силы поболтать только через день, за что, конечно, получаю выговор.
Про преследователя молчу, иначе Саша поставит на уши весь город, да еще и сама в ужасе будет ворчать свое фирменное «я же говорила». Что говорила – непонятно, но говорила же!
Именно поэтому я соглашаюсь пойти погулять в парк уже через два дня, когда чувствую себя отлично. А рассказать Сашке про маньяка все еще не могу! Но не сидеть же в заточении всю жизнь теперь, да?
Уверяю себя, что все будет в порядке, и выхожу из квартиры, все-таки оборачиваясь теперь на каждый шорох. Вот тебе и в порядке…
Глава 3
Даша
С ней время летит очень быстро. И страхи все куда-то убегают, оставляя только радость и счастье в душе.
Лучшая подруга – это лучик солнца в моей жизни. Не зря же у нее фамилия Солнцева!
Пока гуляем, я вообще забываю, кто там меня пугал пару дней назад и как я пыталась убежать, надеясь на то, что все закончится хорошо. С Сашей обо всем забываю! Кайфую от этого. Потому что все это время дома я так или иначе думала о произошедшем, хотя по факту ничего не произошло, но с ней… Это потому что я не рассказала ей, конечно, но в любом случае мне замечательно.
– А он мне говорит «ты очень красивая, давно наблюдаю, давай кофе угощу», – рассказывает Сашка про какого-то очередного парня, которого она, конечно же, отшила. Она всех отшивает, а они толпами липнут! У Сани ноги от ушей и глаза самые красивые, что я когда-либо видела, конечно, все мужики на нее внимание обращают. Но с ее паранойей… Повезло только ее бывшему с ней целый год встречаться, удивительным образом. Жаль только, ей с ним не повезло. – Нет, нормально, Даш? Давно наблюдает он. Еще один маньяк. Мне теперь что, ходить и думать, что он где-то там сидит и наблюдает за мной? – продолжает Саша, и у меня на секунду перехватывает дыхание. Потому что действительно кажется, что за нами, в частности за мной, наблюдает кто-то.
Мурашки снова толпами бегут по затылку и позвоночнику, я ежусь и даже перестаю слушать Сашку на какое-то время: верчу головой, чтобы убедиться, что на нас никто не смотрит, и когда понимаю, что действительно никого нет, немного выдыхаю. Ладно. А то у меня уже тоже паранойя, как у Сани, развивается, нужно взять себя в руки.
– Даш, ты тут? – спрашивает Сашка, щелкая пальцами у меня перед лицом. Да не знаю я, Сань, где я… Странное происходит что-то, самой мне не нравится. – Говорю, расходиться пора, у меня собеседование через час.
– Да, прости, задумалась что-то.
– Только не говори, что опять страдаешь по своему Ковалеву, – закатывает она глаза. Ей вообще Антон не нравится. Конечно же, из-за наших прошлых отношений, которые и отношениями назвать нельзя. Ну и естественно, он маньяк, конечно же. Кто еще будет с девушкой заниматься сексом без обязательств? Только маньяк. Спросите у Саши, она вам расскажет. – Вон пойди к нему в команду и возьми любого, раз так сильно хочется, покажи ему, что не страдаешь.
– Так, ну, во-первых, я действительно не страдаю, – хихикаю я, поднимаясь с лавки вслед за подругой, – а во-вторых, в сторону хоккеистов отныне даже не смотрю. Они слишком наглые и самоуверенные, не хочу. Давай лучше тебе подберем!
– Даш, иди ты… – цокает Сашка и целует меня в щеку, – домой иди! Созвонимся!
Смеюсь, провожаю подругу взглядом и разворачиваюсь, решаясь прогуляться пешком. Небо все в тучах, и я очень
