надеюсь дойти до дома быстрее, чем начнется ливень, но не успеваю пройти и несколько минут, как гремит так сильно, что я от неожиданности подпрыгиваю на месте и прикладываю руку к колотящемуся сердцу. Да что за издевательство над бедным органом уже который раз!
Наклоняюсь, чтобы поправить съехавшую от резкого прыжка босоножку, и замираю: кто-то снова за мной идет.
Тот или другой – понятия не имею. Но человек в черной кофте с капюшоном абсолютно точно идет в мою сторону, и нас разделяет ничтожно маленькое расстояние.
Это какая-то шутка? Я не понимаю. Он пересмотрел сериалов про серийных убийц вместе с Сашей?
Сейчас мне еще страшнее. Потому что на идиотское совпадение это уже не похоже. Какого черта вообще?!
Меня немного успокаивает тот факт, что мы в парке, еще светло и вокруг люди. Но вот то, что меня, кажется, реально преследуют, заставляет очень сильно нервничать.
Я иду. Куда – не знаю, просто иду. Стараюсь не оборачиваться, чтобы он не понял, что я засекла его, и топаю так быстро, как только могу.
Мне страшно до тошноты. Снова бешено колотится сердце. Дрожат руки.
Сбиваюсь с шага, но не торможу, достаю телефон и снова набираю Антона. А кого еще? Папа уехал, Саша мне не поможет. А больше и некому…
Но трубку Ковалев не берет, ни второй, ни третий раз, и меня бросает в сильную дрожь. Нужно что-то делать… Но что?!
Перехожу дорогу. Проверить, вдруг я ошибаюсь? Перейду, а он себе дальше пойдет.
Но он переходит за мной. И метров через тридцать я перебегаю дорогу обратно, чуть не угодив под машину. Господи…
Первые капли падают на лоб и руки; если сейчас начнется ливень, я точно умру от страха. Оборачиваюсь: он идет параллельно, через дорогу; может, я все-таки придумала себе все? Идет себе по тротуару человек…
Его лица не видно, но мне кажется, что это тот же самый человек, хотя и в прошлый раз я толком ничего не успела запомнить. Чувствую.
Краем глаза замечаю, что он снова переходит дорогу на светофоре, и… боже. Он как-то так ускорился, что оказался впереди и идет прямо на меня, и я прямо сейчас иду ему в лапы.
Разворачиваюсь. Куда бежать? Не дышу, не живу, думать не получается!
Начинается дождь. Гроза уже практически не пугает по сравнению с этим.
Срываюсь и просто бегу, замечаю спорткомплекс и ускоряюсь, надеясь не угодить в грязь лицом и не дать тем самым ему меня догнать. Господи… хоть бы хоккеисты были там! Хоть бы у Антона была сейчас тренировка! Я не знаю, к кому еще могу обратиться за помощью, мне больше не к кому…
Волосы противно липнут к лицу, дороги почти не видно, но чем ближе я к нужному зданию, тем спокойнее становится.
Залетаю внутрь, поскользнувшись на плитке мокрой подошвой, но чудом остаюсь на ногах и тут же оборачиваюсь, разглядывая улицу через большие окна, очень боясь увидеть его.
Но его нет. И от этого то ли легче, то ли еще страшнее. Я не знаю, что мне думать и какого черта это все происходит, голова раскалывается на мелкие кусочки.
Дышу, пытаюсь успокоиться и медленно бреду к стенду с расписанием всех тренировок, и когда вижу, что это время занято старшими хоккеистами, – выдыхаю. Вряд ли маньяк сунется в спорткомплекс, потому что тут постоянно поток людей, да и камеры наверняка. А до дома меня теперь точно довезут в целости и сохранности.
И кажется, снова хочется жить. Хоть и страшно до сих пор так, что колени дрожат.
Антон появляется в поле зрения самый первый и буквально через пятнадцать минут. Я не контролирую себя практически, просто как обезумевшая бегу и обнимаю его, пытаясь спрятаться. Мне все еще страшно. А с ним хоть немного спокойнее.
Антон спрашивает, что случилось, злится и удивляется, когда рассказываю, что снова чуть не угодила в лапы маньяка, а сам постоянно в сторону смотрит, хотя и слушает меня. Вот она, кажется, та, ради кого сам Ковалев остепениться решил. Красивая…
– Я боюсь, Антош… – Паника подкатывает к горлу, когда понимаю, что ему нужно уйти к другой. И я не ревную, давно отпустила уже. И не пытаюсь сорвать им свидание. Мне просто действительно очень страшно…
– Слушай, так, сейчас все решим! – Он по сторонам смотрит, думает что-то, а мне все равно уже что, главное, домой. – Леха, – цепляет он одного из проходящих мимо хоккеистов, – Леха, выручай. Надо девушку домой в целости и сохранности доставить, там маньяк какой-то нарисовался, надо проводить. Будь другом, помоги, а? Проставлюсь.
– Да ладно, – внезапно грубым и чуть хриплым голосом говорит этот Леха, – на безвозмездной основе помогу, что я, не человек, что ли?
Уходить с незнакомым мужчиной после того, что было полчаса назад на улице, – идея не из лучших, но, если ему доверяет Антон, у меня нет смысла бояться и паниковать.
Ковалев довольный убегает к своей девчонке, и я почти завидую, по-доброму… Не той я была, кого ему хотелось бы добиваться. А тут видно, что бегает вокруг нее, пытается, а она как камень холодная. Оттаивай, дурочка, хороший мужик же…
– Зовут-то тебя как, рыжая? – спрашивает все тот же Леха, глядя на меня со странной ухмылкой.
– Даша, – шепчу я. Голоса почти нет – так тяжело дышала от страха, нервов и бега, что завтра буду горло лечить, видимо.
– Ну, поехали домой, Даша? – Он улыбается по-доброму, крутанув в руке ключи от машины. Машина – это хорошо… Так еще меньше страшно.
Глава 4
Леша
Тренировки в последнее время какие-то адовые. Сил после земли и льда остается разве что на душ и сон, даже на поесть – и то не всегда. Оля гоняет, как школьников провинившихся, Палыч еще сильнее, готовит нас к сезону, и реально временами сдохнуть хочется. Подзарядку-то где брать? Особенно холостым мужикам. Мне вот чтобы пожрать и энергии набраться, надо это «пожрать» приготовить сначала. А это еще растрата лишней энергии. Нерационально. Мне уже десять лет как не восемнадцать для таких нагрузок, хоть к маме обратно переезжай, чтобы кормила вкусно, а то сдуваюсь я, джинсы слетают, это уже ни в какие ворота.
Мама говорит «жениться тебе пора», а я думаю, что надо просто заказать себе доставку сегодня и не париться. Женился я уже один раз, спасибо, хватило, не хочу больше. Потому что женщины – меркантильные создания. Красивые, сука, сексуальные, привлекательные, но меркантильные. Юлька,
