так, как будто друг, а не сын сидел сейчас с ним рядом.
Когда отец закончил, Гильза заскулила, приподнялась и заелозила на подстилке в углу.
– Да-а. – Отец Пети глянул на собаку. – Хороший у нас с тобой был человек. – Он повернулся к сыну: – Я снова уйду. Побуду в отпуске и – туда. А ты к собаке со всей ответственностью отнесись. Я могу на тебя положиться?
– Конечно, пап, – пообещал будто повзрослевший в один миг Петя.
– Ведь если я не заберу Гильзу, не дам ей дом и заботу… – Отец развёл руки в стороны. – Разве это не будет предательством?
Он внимательно посмотрел на сына.
– Нет, мы не предадим. Ни я, ни мама…
Петя подошёл к Гильзе, обнял её и закрыл глаза. Отец, его сослуживец Андрюха, мама, Гильза – теперь для Пети все они были одной семьёй. Самой надёжной и крепкой.
Петина рубашка промокла от влажной собачьей шерсти. Мальчик улыбнулся и ещё сильнее прижал к себе Гильзу. «Это твой дом. Мы с тобой обязательно дождёмся папу и вместе будем жить под мирным небом без свиста пуль и грома взрывов».
В комнату заглянула мама.
– О, я смотрю, вы уже подружились, – с улыбкой сказала сказала она, глядя на сына и собаку.
– Я пойду в зоомагазин за ошейником и поводком, – встрепенулся Петя. – Миску возьму. И корм. Что она обычно ест?
– Не из капризных будет, – рассмеялся отец. – А пойдёмте все вместе гулять?
– Ура! – обрадовался Петя и, наспех натянув ботинки, шагнул к собаке: – Гильза, дай лапу!
Константин Григорьев
Главная роль
– Ну что, ничья? – спросил у Василия соперник по игре в шахматы, паренёк из шестого класса, на год старше его.
Василий задумался.
Турнирная ситуация в чемпионате школы по шахматам сложилась такая, что ему, чтобы пробиться в финальный этап, необходимо было набирать очки. До конца отборочной стадии оставалось два тура – сегодня и завтра. Причём сегодня он играл белыми, а завтра придётся чёрными. В общем, нужно было выигрывать, но позиции – совершенно равные. Разве что пожертвовать слона на поле h7, вскрыть прикрытие короля и провести матовую атаку: на короля противника набросились бы и ферзь, и конь, и ладья, и пешки… Но если соперник отобьётся, то поражение неизбежно.
«Рискнуть или не рискнуть? – лихорадочно думал Вася. – Если не смогу заматовать короля соперника, то всё – прощай финал, даже победа в последнем туре не спасёт. А если соглашусь на ничью, то тоже плохо: в оставшейся игре необходимо будет побеждать чёрными. Легко сказать – выиграть чёрными по заказу».
Слева от Васи тикали шахматные часы, неумолимо отсчитывая время. Надвигался цейтнот.
В висках стучало. Температура, казалось, подскочила до пятидесяти градусов.
«Рискнуть или не рискнуть? Ведь хорошая атака получается, почти наверняка мат поставлю».
Вася уже протянул было руку, чтобы пожертвовать слона, но тут же отдёрнул её.
«Нет. Если поражение, то всё, прощай финал. Завтра! Завтра точно рискну – чёрными, а сегодня нет». – Ничья, – сказал Вася и остановил часы.
И сразу ему стало тошно.
Соперник ушёл, а Василий остался сидеть за столом. Сейчас, когда партия закончилась, он ясно видел, что, пожертвовав слона, точно бы выиграл.
«Чего испугался? – подумал Вася. – Была же верная победа!»
К столику подошёл физрук – кандидат в мастера спорта по шахматам и организатор общешкольного турнира.
– Василий, а почему ты согласился на ничью? – спросил он. – Это корректная жертва, за слона ты имеешь инициативу и опасную атаку. Сопернику нужно будет сделать несколько очень точных ходов, чтобы не получить мат. Что же ты не решился?
– Ну, не знаю, – пробормотал Василий, – слон всё-таки.
– Слон… Главное инициатива, а не слон, – заметил физрук. – Помнишь, как Стейниц говорил: «Владеющий преимуществом обязан атаковать, иначе он рис кует потерять преимущество». Одним словом, ради инициативы надо идти на жертвы.
Василий промолчал. Он прекрасно знал слова первого официального чемпиона мира по шахматам Вильгельма Стейница и вообще – изучил море специальной литературы. Но одно дело – смотреть чужие партии, другое – играть самому с живым соперником под тиканье часов.
– Ну, смотри, – вздохнул физрук, – дело твоё. Но запомни: в шахматах сталкиваются не только фигуры, но и характеры. Даже очень сильный игрок, но слабый по натуре никогда не победит. Кстати, как там твои дела в турнирной таблице? Ага, брат, дело на тоненького: в последнем туре нужно обязательно выигрывать чёрными, иначе тебя наверняка обойдут, и ты не выйдешь в следующий круг. Смелее играй, смелее!
– Хорошо, – пробормотал Василий и быстро ушёл. Зайдя за угол коридора и убедившись, что его никто не видит, он с досадой хлопнул ладонью по стене, чуть не поранившись. «Балбес! Ну, чего испугался?
Ведь мог же выиграть, если бы рискнул! Ну почему я такой рохля?»
– Вася, ты чего такой мрачный? – к мальчику подбежала его одноклассница и просто хорошая подруга Ирина. – Да на тебе лица нет!
– Вничью сыграл, – нехотя ответил он.
– Ну, не проиграл же, – весело заметила девочка, – ничья тоже хорошо.
– Да лучше бы продул, – с досадой отмахнулся Василий и рассказал, как безвольно согласился на ничью в почти выигранной позиции.
– Да, – философски заметила Ирина, – как говорится, лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть всю жизнь. Проиграл бы – пожалел, что рискнул, но сделал бы выводы. Так было бы интереснее, чем ничья без игры.
На следующее утро, как только Василий вошёл в школу, к нему подлетела радостная Ира.
– Вася! – с ходу закричала она. – Идём кое-что покажу, быстрее!
Василий наспех разделся, и одноклассница за руку подвела его к стенду с объявлениями.
– Вот, смотри. Это именно то, что тебе нужно! – Ирина указала на объявление о наборе в школьную театральную студию.
– В театральную студию?! – попятился от доски Вася. – Ты что, с ума сошла? Это же на сцену выходить надо.
– Правильно! Выходить на сцену, не бояться зала, преодолевать стеснительность, учиться громко и выразительно говорить… Это именно то, чего тебе не хватает, а театр точно поможет. Бесплатно! Тем более ведёт кружок Нина Николаевна, преподаватель литературы. Ты ведь её знаешь.
– Не-е-е… – протянул Василий. – На сцену выходить… все будут смотреть…
– И пусть смотрят. И завидуют! У тебя же отличная память, стихи длиннющие наизусть знаешь. Отличный актёр бы получился! Записывайся! В конце концов, не понравится
