Мы должны знать о каждом шаге нашего врага и держать руку на его пульсе, чтобы знать, когда следует нанести следующий удар.
Этот вопрос мы заранее с Мэнфи обсудили в нашей спальне, так что она знает текущую ситуацию и легко в ней ориентируется.
Порой это столько времени экономит — совместить приятное с полезным.
А я мысленно обращаюсь к следующему вопросу.
Кочевники…
Новая Надежда была разрушена что союзной армией во время отступления, что северянами, которые уничтожили то немногое, что осталось после наших солдат.
И я не планирую восстанавливать этот торговый форпост.
Он исполнил свою задачу в совершенстве, и более мы в нём не нуждаемся.
Новая Надежда стала вторым сердцем степи после Вавилона. Она перетянула на себя всех торговцев в регионе, лишив столь вкусного ручейка Е-баллов Стервятника и его приверженцев.
Я обрёк «свободный город» на гибель не тогда, когда разбил армию северян у Врат, не тогда, когда Мэнфи сумела стать наследницей Меджнуна, и даже не тогда, когда вырезал Тьму и её гниль из степи.
Вавилон пал ровно в тот момент, когда он перестал быть сердцем региона. Когда торговцы покинули стены города, опасаясь за свою жизнь и не веря фанатикам.
Торговля создала Вавилон и подняла его за несколько месяцев на невиданную даже для Спарты высоту.
И именно прекращение торговли оставило кровоточащую рану на всей фракции Меджнуна, а потом и Стервятника.
Возвращаясь к кочевникам, изначально я думал разместить их в Вавилоне. Ведь степь — это их дом, и именно здесь эти воины показали себя лучше всего.
Но в то же время Вавилон не подходит для Великого Хана и прочих «свободных» людей.
Кем они здесь станут? Стражниками? Будут дорожное движение на улицах регулировать?
Им нужен собственный оплот, собственный дом.
Для этого я и намереваюсь построить крепость на юге Союза, прямо на границе с Техасом.
Третий, Биба и Боба уже подготовили карты разведанной территории нашего враждебного соседа.
Юг — это равнины и небольшие холмы. Здесь пасутся целые табуны лошадей, здесь же выращивается кукуруза, а в небесах медленно плывут огромные воздушные шары.
Не военного назначения, но гражданского. Они перетаскивают сети, в которых складируются различные грузы.
Именно эти равнины станут новым полем боя для кочевников. Но для начала… Новой орде следует прочесать весь Союз на наличие новичков.
Первые партии уже прибывают в наши поселения: в Спарту, во Врата, в Сладкую Жизнь, в Солнечный Берег, в Краснодар.
Авантюристы и разведчики рыщут в лесных чащах и в долинах. Кочевники носятся по степи и по предместьям Рима.
Диверсанты устраивают вылазки к югу от болот, чтобы отобрать часть новичков у Техаса.
А меж тем с неба иногда уже падают первые снежинки.
Непогода становится всё сильнее, промозглые дожди и ветра уже не кажутся особой редкостью.
Всё больше игроков кутаются в шкуры, плащи и кожаные сапоги.
Союз ждёт серьёзное испытание.
Но в то же время… если мы переживём эту напасть, если выстоим перед жестокими морозами на суше, неутихающими штормами на море, то Союз уже будет ничем не сломить.
Спарту уже будет не сломить.
И вот, очередное собрание Совета Союза подходит к концу. Представители спешно покидают богато украшенный зал.
Даже и подумать сложно, что всего несколько недель назад он являлся логовом для гигантских пауков и был покрыт сплошь и рядом паутиной и плотными коконами жертв монстров.
Поднявшись со своего места, я подхожу к Мэнфи и целую её на прощание.
Она прислоняет свою голову к моей груди и тихо бормочет:
— Тебе действительно нужно вот так брать и оставлять меня здесь одну, — возмущается она, но без огонька.
Чисто для проформы. Понимает ведь, что просто не могу оставаться здесь навечно.
Прочие Лорды и Леди уже отправились восвояси, восстанавливать свои города. Пришло время и для меня.
— Увы, это так, — печально вздыхаю я, — Но не волнуйся. Дорога от Врат до Вавилона уже строится. Ещё немного, и вместо недель мы сможем видеться каждый пару дней.
— Скорей бы уже, — фыркает зеленоглазка. — Передавай бестиям привет от меня. И Хрюшу не забудь шлёпнуть по заднице. Ей для проформы полезно.
— Не забуду, — хохочу я. — Тогда до следующего раза.
Я возвращаюсь домой. В Спарту.
Война окончена. Самое время позаботиться о мире.
Глава 2
— Впечатляет, — признаюсь я.
— И только⁈ — недовольно пыхтит Алиса, положив ладошки на бёдра.
Я от души хохочу, глядя на эту пантомиму.
— Ладно-ладно. Не просто впечатляет. Это полный отвал башки, — следует мой ответ.
И он приходится Алисе по душе.
— Вот это уже похоже на правду! — гордо выпячивает грудь это чудо в комбинезоне. — Знаешь ли ты сколько сил и времени у нас на него ушло⁈ Хм!
О чем, собственно, речь?
О чадящем, грохочущем колёсами, изрыгающем пар локомотиве.
Да, Спарта вступает в эпоху пара семимильными шагами. Вопреки Системе и её запретам, которыми она обложила нас со всех сторон, Нора продолжает преподносить один сюрприз за другим, раздвигая рамки возможного, границы допустимого.
Так и сейчас самые настоящий паровоз движется в нашу сторону по железной дороге. Той самой ветке, проложенной ради эксперимента от Врат до Спарты.
Даже после землетрясения, даже после тяжёлой войны ветка практически не пострадала.
Не пострадали и учёные из Норы, которые бились над проектом паровоза уже который месяц.
Паровая машина Герона уже была доступна нам, так что появление подобного механизма было лишь вопросом времени и череды бесчисленных проб и ошибок.
Прорыв в наработках принесли трофейные танки и воздушные шары, работающие на паровом двигателе.
Некоторые наработки из этих творений мои карманные безумцы-таки сумели использовать себе на пользу.
Благодаря чему и родился первым паровоз!
Да, далеко не тот эффектный и величественный состав знакомый многим по историческим фильмам.
Наш аппарат — небольшой механизм на колёсах, трясущийся, точно переживает эпилептический припадок и стонущий от прикладываемых нагрузок.
Но он работает, а это самое главное!
Вслед за собой локомотив тянет три вагона, переделанные из экипажей конки.
О грузовых платформах пока и речи не идёт. Просто мощности не хватит. Перед нами всё ещё находится прототип, и, чтобы довести его до ума, уйдёт немало времени.
Но путь в тысячу ли начинается с первого шага. Так и этот уродливый локомотив станет началом для чего-то большего уже в ближайшие месяцы.
Ну, а пока… прокатимся с ветерком по этой паровой табакерке!
* *
