курчавых волос. Бром аккуратно убрал их со лба, и рану стало лучше видно: она была покрыта свежей корочкой, хотя по краям еще сочилась кровью.
— Как тебя зовут? — спросил Бром, и Честер удивился, как неожиданно мягко прозвучал голос напарника.
Мальчик помотал головой, перекинув испуганный взгляд с Брома на Честера.
— Нельзя имя говорить, — пропищал он тонким голосом со странным акцентом.
Честер сразу понял, что мальчишка был пришлым, а вот Брому, судя по удивленному взгляду, который он бросил на Честера, потребовалось несколько секунд, чтобы догадаться об этом.
— Хорошо, можешь не называть свое имя, — улыбнулся Бром. — Но тогда расскажи, что с тобой случилось? Кто тебя обидел?
Он кивнул на рану на лбу мальчишки, и тот, немного помедлив, тихо произнес:
— Оно выскочить и хотеть убить.
Бром снова переглянулся с Честером, а затем, наклонившись к мальчику, мягко спросил:
— Где твои родители?
Подбородок пацана задрожал, и по щекам покатились слезы.
— Только мама, — выдавил он, сдерживая рвущийся изнутри плач. — Оно выскочить и напасть.
Горе, охватившее ребенка, было настолько сильным, что Честер не выдержал и опустил пистолет: он, конечно, та еще скотина, но не до такой же степени, чтобы держать на мушке испуганного мальчишку, потерявшего мать. И не трудно было догадаться, что женщину убил монстр.
Вот только где он теперь скрывался?
Мальчишка совсем разревелся, и Брому не оставалось ничего другого, как притянуть его к себе. Пацан спрятал зареванное лицо на плече напарника, продолжая плакать. Сердце Честера — давно окаменевшее и не знавшее иных чувств, кроме ненависти к монстрам — предательски сжалось, когда он увидел, как сотрясается от плача худенькое тельце ребенка.
— Кто он такой? — тихо спросил Бром, осторожно погладив мальчика по спине, чтобы тот успокоился. — И что здесь делает?
— Черт его знает. — Честер пожал плечами. — К нам кто только не попадает из внешнего мира: преступники, сбрендившие искатели приключений, скрывающиеся от закона мигранты. — Кивнув на обноски, в которые был одет пацан, Честер добавил: — Судя по его шмоткам, он похож на беженца. Да и язык знает плохо, говорит с акцентом.
Мальчишка убрал лицо от плеча Брома. Он немного успокоился: из красных, опухших от плача глаз уже не текли слезы, а подбородок перестал дрожать.
— Где твоя мама? — мягко спросил Бром. — Можешь нам показать?
Мальчик кивнул головой на дверь, которая вела в соседнюю комнату.
— Там, — едва слышно выдохнул он: судя по тому, как исказилось его лицо, мальчишка снова готов был расплакаться. — Она там.
— Вот, держи.
Бром протянул пацану замызганного плюшевого медведя, которого вытащил из-за спины. Честер удивился тому, как ловко и незаметно напарник умудрился засунуть за пояс игрушку, обнаруженную в детской кроватке в квартире, которая когда-то давно принадлежала матери Брома.
Взяв медведя в чумазые ладони, мальчик принялся его рассматривать. Похоже, в ближайшее несколько минут он не собирался реветь, а это означало, что у напарников наконец-то появилось время спокойно осмотреть жилище.
Выставив пистолеты, они осторожно прошли в соседнюю комнату, на которую указал мальчик. Плотные шторы на окне блокировали дневной свет, поэтому Честеру пришлось включать фонарик.
Когда яркий луч скользнул вначале по стенам, а затем опустился на пол, Честер услышал, как Бром выругался сквозь зубы: посреди комнаты, на старом затертом ковре, лежали два трупа. Подойдя ближе, Честер рассмотрел, что один из них принадлежал крупному мужчине в старых штанах и куртке, а второй — женщине, одетой в цветастое этническое платье. Точный возраст мертвецов с трудом поддавался определению, поскольку их лица были обезображены чудовищной маской смерти: распахнутые в безмолвном крике рты и выпученные от страха остекленевшие глаза не оставляли сомнений, что последние минуты жизни этих несчастных были наполнены нестерпимой болью и ужасом.
Бром тем временем опустился возле тел и, быстро их осмотрев, сообщил:
— Я, конечно, не судмедэксперт, но судя по тому, что трупному окоченению подверглись только мышцы головы и шеи, смерть наступила около двух или трех часов назад.
— Наверное, это родители мальчишки, — сказал Честер. — Такие же беженцы, как и он.
— Посвети поближе на их шеи, — попросил Бром, а затем, когда Честер выполнил его просьбу, произнес в замешательстве: — Видишь странные отметины?
— Похоже на следы… от присосок, — предположил Честер, разглядывая округлые синюшные пятна на бледных шеях мертвецов.
Он хотел добавить, что такие отметины наверняка оставил монстр, напавший на этих бедолаг, но его прервал протяжный громкий хрип, который донесся из соседней комнаты.
Когда Честер и Бром с пистолетами наизготове выглянули в коридор, они увидели там мальчонку. Вытаращив испуганные глаза, он показывал дрожащей рукой на приоткрытую дверь в противоположном конце коридора.
— Там! Там! — ошалело повторял пацан.
Из дальней комнаты вновь раздался хрип. Нацелив пистолет на дверь, Честер приказал Брому:
— Уведи мальца в безопасное место.
Во взгляде Брома читалось сомнение: он явно не хотел оставлять напарника одного, и Честера это позабавило.
— Пацан напуган до смерти и сам отсюда не выберется, — теряя терпение, процедил Честер. — Я не хочу, чтобы он путался у нас под ногами, пока за дверью сидит какая-то тварь.
— Только не иди в комнату один, — сказал Бром, и Честер заметил в полумраке, как напряглись желваки на лице напарника. — Я оставлю мальчика в машине и вернусь к тебе.
— Давай, вали. — Честер усмехнулся, наблюдая, как Бром торопливо уводит пацана к выходу из квартиры.
Дождавшись, когда они уйдут, Честер направился к двери в дальнем конце коридора: изнутри вновь донеслись сдавленные хрипы.
Твою мать, что за тварь там прячется?!
Приставив фонарик к пистолету, Честер на мгновение остановился у двери, принимая окончательное решение. Он не собирался ждать возвращения Брома, но все же тревога во взгляде напарника заставила его засомневаться: может, действительно хватит уже геройствовать?
Усмехнувшись собственным мыслям, Честер вышиб ногой дверь и, проскочив внутрь, обвел лучом фонарика помещение, объятое мраком.
В углу, сгорбившись, сидело нечто — по-другому Честер назвать увиденное не мог — в испачканном платье: пятна крови, словно ржавчина, покрывали светлую ткань с витиеватыми узорами. Лицо существа пряталось за длинными засаленными волосами, черной смолой ниспадавшими с головы. Сотрясаясь всем телом, будто под ударами тока, тварь в углу держалась ладонями за горло, издавая сдавленные жуткие хрипы — те самые звуки, которые Честер и Бром услышали в другой комнате.
За годы жизни в Забытом городе Честер повидал множество «перевертышей» — монстров, скрывавшихся под человеческим обликом, поэтому почти не сомневался, что именно такое существо притаилось сейчас в углу комнаты, выжидая момента, чтобы напасть на него.
— Подними голову, — приказал Честер, нацелив на тварь пистолет. Он по-прежнему стоял на пороге
