в судорожном вдохе, а из горла вырвался хрип.
Все еще находясь в ошеломлении, Бром перевел взгляд с напарника на женщину в испачканном кровью цветастом платье, стоявшую в дверях дома. Она смотрела полными слез глазами на тело мальчика с разорванной в клочья головой, продолжая сжимать в руке пистолет Честера.
* * *
В кафе «Инсомния» было тепло и уютно. Бром расположился за столиком у окна. Арника, хозяйка заведения, сидела напротив него, задумчиво наблюдая за тем, как на город опускается вечер.
Бром отпил кофе и, поставив чашку на стол рядом с пустой тарелкой, где еще недавно дымилось жаркое, заметил, как Арника перевела на него взгляд. Она улыбнулась, и у Брома потеплело на сердце: после всего, что произошло за недавнее время, кафе Арники, несмотря на старомодный интерьер и явный налет захолустности, оставалось единственным местом в Забытом городе, где Бром чувствовал некое подобие нормальности.
— Еда была великолепной. — Он улыбнулся в ответ. — Впрочем, как и кофе.
— Ты рискуешь стать моим постоянным клиентом, — рассмеялась Арника.
— Готовлю я паршиво, так что вовсе не против заглядывать сюда почаще.
Он сложил ладони перед собой, подумав о том, что в Забытом городе у него по-прежнему не было места, которое он мог бы назвать домом. Мысль о том, что ему предстояла еще одна ночь на продавленном диване в книгохранилище старой библиотеки, пробудила ноющую боль в спине, а воспоминания о старом доме на отшибе, где прошло его детство, вызвало дрожь: перед глазами все еще стоял образ женщины, застрелившей ребенка.
Должно быть, эмоции отразились на его лице, потому что Арника тихо спросила:
— Что там сегодня произошло? В доме на окраине города, куда вы поехали с Честером.
Бром поднял на Арнику удивленный взгляд:
— Откуда ты знаешь?
Арника развела руками с невинным видом на лице:
— «Инсомния» — единственное кафе в городе, и ко мне периодически кто-нибудь заглядывает. За час до тебя здесь ужинала Гаррота, она и рассказала о заварушке, которую устроили вы с Честером, но не вдавалась в подробности. Гарроте и Кольту пришлось срочно отправиться к вам на помощь.
— Когда они приехали, все уже закончилось. — Бром перевел взгляд на окно, за которым совсем стемнело: единственный фонарь на улице едва справлялся с тем, чтобы разгонять вечерний мрак. — В доме жила семья. Беженцы.
— За последние месяцы их стало больше. — Арника кивнула, а затем горько усмехнулась: — Похоже, дела во внешнем мире совсем плохи, если люди хотят спрятаться в нашем городе. Они слышат легенды о нем и думают, что Забытый город окажется тем местом, где их никто никогда не найдет, чтобы выдворить из страны.
— Женщина по имени Наида искала здесь укрытие, — подтвердил Бром. — Она рассказала нам, как окольными путями приехала в город неделю назад вместе с мужем, старшей дочерью и семилетним сыном. Семейство в полном составе поселилось в заброшенном доме на окраине.
Он на мгновение запнулся, подумав о том, стоит ли сообщить Арнике о своем детстве, проведенном в старом доме, но решил этого не делать. Покрутив в руках кружку с остывшим кофе, Бром продолжил:
— После всего, что пришлось пережить этой семье у себя на родине, тишина и спокойствие Забытого города показались им подарком небес. До тех пор, пока Наида не стала замечать странности в поведении сына. Иногда он словно впадал в оцепенение, смотрел в одну точку, но затем вел себя, как ни в чем не бывало.
Арника закусила губу и, прикрыв глаза, тихо сказала:
— Он постепенно превращался в «перевертыша». Так действует туман на некоторых людей, и мы до сих пор не понимаем, почему это происходит.
— То же самое объяснил мне Честер, — кивнул Бром. — К сожалению, Наида и ее семья об этом не знали. Сегодня утром она отправилась в город, чтобы купить еды, а когда вернулась, то увидела, как щупальце из головы ее сына высасывает кровь из тела старшей дочери. Муж к тому моменту был уже мертв: его труп лежал рядом.
Арника спрятала лицо в ладонях, слушая Брома. Он сглотнул вязкий ком в горле, продолжая рассказывать:
— Наида попыталась помешать сыну, но он напал на нее.
Арника резко покачала головой и, убрав ладони от лица, перебила Брома:
— На нее напал не мальчик, а монстр, родившийся внутри его тела под воздействием тумана.
Бром выдержал прищуренный взгляд Арники, ставший вдруг неожиданно холодным. Он задумался: что же пришлось пережить очаровательной хозяйке кафе, если неосторожные слова о ребенке, убившем своих родственников, вызвали у нее такую резкую реакцию?
Прочистив горло, он продолжил:
— Щупальце, торчавшее из головы мальчика, набросилось на женщину и принялось ее душить, но не успело завершить начатое, потому что в этот момент мы с Честером зашли в квартиру. Монстр втянул обратно щупальце и, оставив Наиду при смерти, предстал перед нами в образе испуганного мальчишки.
Бром ощутил, как похолодели его ладони, сжимавшие чашку кофе, когда он приступил к рассказу о том, как мальчик напал сначала на него, а затем на Честера.
— Наида застрелила собственного сына, — тихим, едва слышным голосом закончил Бром.
Арника закрыла глаза. В тусклом свете единственной лампы, горевшей на потолке, ее красивое лицо казалось теперь преисполненным печалью и горем: не было сомнений, что так подействовала на нее история, рассказанная Бромом.
— Что стало с Наидой? — спросила Арника.
— Пока не знаю. Честер с Кольтом повезли ее в больницу. Думаю, там ей помогут.
— Тебе тоже не помешала бы помощь. — Арника многозначительно посмотрела на Брома.
Он дотронулся до следов на шее: кожа еще немного горела в местах соприкосновения с присосками щупальца.
— Ерунда, — отмахнулся Бром. — У Честера раны похуже, но раз он не жалуется, то и мне не стоит.
— Я имела в виду не это. — Арника мягко улыбнулась. — Я слышала, что тебе негде жить. Прошлую ночь ты провел в библиотеке, но я более чем уверена, что это не самое лучшее место для постоянного проживания.
Бром криво усмехнулся:
— Как вспомню, что мне снова придется ночевать на том жутком диване, так сразу спина начинает болеть.
Арника поднялась с места, разгладив фартук.
— Ты можешь пожить в квартире моего брата, — сказала хозяйка кафе, а затем, отметив удивленный взгляд Брома, пояснила: — Она пустует после того, как брат…
Арника запнулась. Ее лицо вдруг дернулось, а между бровей пролегла морщинка. Бром терпеливо ждал, когда девушка продолжит.
— Мой брат превратился в монстра, — наконец, призналась Арника, так и не осмелившись посмотреть на Брома. — Стал «перевертышем».
— Мне очень жаль, — тихо сказал он, наблюдая за тем, как Арника собирает
