Шут? Если шут, то очень опасный… А твой Фамильяр? Его способности кажутся очень многообещающими…»
«А парнишка-то с чувством юмора!» — усмехался Канис, — «Как ловко от клятвы отмазался! И никто в его преданности Советам не сомневается, и все обсуждают совсем иное…»
«А сыскарь — слабак», — думал Себастьян, — «Не суйся в волки, коли хвост тёлкин!»
«Как думаешь, споёмся?» — продолжил Илларий Яковлевич беззвучный диалог со своим питомцем.
«У него был Волк, мы — Волки! А волк волка не съест, — откликнулся тот, — Хотя…»
«Что-то не так?» — встревожился Канис. «Не всё — волк, что на луну завыло», — фыркнул зверь и потёр лапой нос.
«Нужно будет, как тут закончу, отправиться к яйцеголовым. Может быть, они смогут выяснить, что там с парнем? — недобро щурился товарищ Красный, — И если тот жив и вернется, я ему такой допрос с пристрастием устрою!»
'Терос меня раздери! А этот засранец умеет играть словами! — восхищалась Анна. Выслушанная ею сейчас история и то, что Василий рассказывал им вчера вечером… Вроде факты и те же, но вот их подача… Вчера она слушала историю про умного и находчивого парня, а сегодня услышала сказку про лихого и удачливого недотепу, финалом которой был бесстрашный (идиотский) прыжок героя навстречу приключениям.
«Эх, Вика, Вика! Кого ж ты к нам в дом привела? Хотя… Паренёк явно интересный, да и симпатичный в придачу. А эта его магия… Жалко будет, если сгинет в Лакуне».
И словно в ответ на её мысли прозвучал вопрос столичного гостя, заставивший всех остановить поток умствований и затаить дыхание:
— И что, как вы думаете, товарищ Ворон, у Василия Степановича и впрямь есть реальные шансы выжить в Лакуне и присоединиться к нам в случае Прорыва?
— Безусловно! — уверенно отрапортовал окончательно успокоившийся Кирилл Витольдович.
Москвич оглушительно звонко хлопнул в ладоши и радостно потёр руки:
— Так и запишем в отчёте! Так и запишем!
[1] Старад — сокращение от старший адъютант (а дожившие до наших дней старпом и стармех означают «старший помощник» и «старший механик» соответственно).
Глава 1
Сцена, в своём комизме способная соперничать с финалом «Ревизора», была последним, что я увидел в Городе. Рябь между мирами ещё не успела рассеяться, а в лицо мне уже шарахнул странный жаркий ветер, несущий тучи пыли.
В ту же секунду Алукард (дуэтом с моей интуицией) рявкнул диким голосом: «БЕЖИМ!!!» — и мы ломанулись что есть силы.
Дрожь почвы под ногами, что в первые мгновения своего пребывания в Лакуне я принял за остаточные ощущения после перемещения, оказалась вызвана топотом ног, лап и копыт целого стада разнообразных теросов, оказавшихся поблизости и рванувших в мою сторону.
Дружок, грозно оскалив клыки, но при этом прижав уши, ринулся вслед за мной. Я же на ходу перестраивал облик на боевой. Тело покрывалось чешуёй и начинало бугриться мышцами, хвост резво прорезал дырку в штанах. Но самое главное — преобразовались ноги! В следующий миг я лишился ботинок, зато ощутимо прибавил в скорости!
Только толпа монстров не отставала, рыча, завывая и лязгая зубищами. Буквально через минуту мы оказались в самой гуще этой разношерстной своры, которая, впрочем, настигнув меня, не думала останавливаться.
В какой-то момент я даже заподозрил, что бегут они не ЗА мной, а ОТ какого-то неведомого преследователя, способного заглотить эту ораву одним махом, не дожидаясь даже, когда ему пожелают приятного аппетита. Что, впрочем, ни коим образом не могло меня ни успокоить, ни облегчить моего положения.
Бросив мимолетный взгляд за спину, я не увидел никого чрезмерно большого или страшного. Правда, бежали мы по холмам и зарослям кустарника, так что угроза вполне могла скрываться в складках местности.
Покинуть ревущее стадо не представлялось возможным. Ближайшие ко мне монстры нет-нет, да пытались отщипнуть от меня кусочек, насадить на рога или ещё как повредить мою драгоценную тушку.
При этом мне пришлось мчаться в общем потоке, резво перепрыгивая булыжники и полурастоптанные кусты, ощерившиеся сломанными ветками, дико размахивая во все стороны хвостом и изредка отвешивая искрящимся молотом оплеухи самым настырным.
О-хо-хох! «Костюмчику» сейчас придет окончательный и бесповоротный трындец. А магазинов готовой одежды в Лакуне, я думаю, не сыщешь.
Полюбоваться пейзажем в такой обстановке мне, естественно, не удалось, а вот оценить окружение — вполне. Теросы, составлявшие стадо, не принадлежали к одному виду. Тут были существа, напоминавшие страусов с массивными острыми клювами и огромными когтями на ногах, велоцирапторы-переростки с явно бронированными перьями, клыкастые антилопы и очешуевшие волкообразные твари, какие-то скоростные ящеры с гребнями на холке и вдоль спины… Радовало одно: все они были не особо крупными и не слишком сильными — не выше второго-середины третьего ранга. Однако количество их удручало.
«Всё. Больше не могу!» — простонал в моей голове голос Алукарда. И рассеянные до этого момента взгляды окружавших меня представителей местной фауны разом сфокусировались на вашем покорном слуге.
«Теросы со всех ближайших пастбищ сбежались», — пояснил партнер, — «Ты для них светишься, как ясно солнышко! Прямо сейчас, кстати, светишься».
— А почему же они не набросились на меня сразу? — спросил я, полоснув когтями по клюву опасно приблизившегося страуса. Хищный птиц полетел вверх тормашками, сбив с ног пару себе подобных и прихлопнув в падении своей тушкой озверевшую антилопу.
— Потому что я прикрывал твоё ментальное излучение, сделав тебя для них в этом плане почти неинтересным, — ответил Алукард, — То есть, в первые мгновения твоего появления в Лакуне они тебя учуяли, а потом сразу потеряли. Теросы продолжали ощущать твою близость, но не понимали, что ты — это ты. Имей в виду: делать это извне сложновато и долго не получается. Я и так держал, сколько мог,– утер виртуальный пот парящий над плечом пучок щупалец.
— Что ж ты сразу не сказал! — воскликнул я, лавируя меж мчащихся зверюг и раздавая тычки направо и налево. — Я бы замедлился — они бы мимо пробежали. Мы бы выиграли время для манёвра!
— Хм… Не подумал, — одноглазый колобок, зависший над полем брани, почесал свою тыкву одним из щупалец. — Впрочем, в этом не было особого смысла: укрытий поблизости нет, а теросы вернулись бы сразу, как только я снял бы защиту.
— Зато! Я бы! Успел бы! Раздеться! И принять! Более! Боевую! Форму! — прорычал я в ответ, отмечая каждое слово взмахом молота, расшвыривая нападавших аки
