Рената вспомнила, что у портнихи были жилые комнаты над магазином. Конюшни располагались в дальнем конце улицы, а когда Рената обернулась, она увидела в восточной стороне древнюю белую церковь. Это здание стояло в стороне от города и в то же время являлось его неотъемлемой частью. Церковь окружали высокие деревья, возвышавшиеся даже над шпилем, уходящим в небо.
Рената наблюдала, как выгружают ее дорожный сундук и два больших саквояжа. В этих сундуках было почти все ее имущество. Она не собиралась больше возвращаться в Филадельфию, кроме как со своим будущим мужем и их детьми, так же, как прошлым летом приезжали Мелани с Габриэлем.
Она была единственным пассажиром, выходившим в Серебряной Долине, и заинтересованные взгляды ковбоев и стариков, сидевших перед главным магазином, были в полной мере адресованы ей.
– Добрый день, – весело сказала Рената, входя в главный магазин и приближаясь к мрачного вида женщине, сидевшей за прилавком. – Вы, должно быть, миссис Бойль. Мелани так любезно отзывалась о вас, что, думаю, я где угодно узнала бы вас. У вас чудесный магазин. – Рената одобрительно огляделась вокруг. – Я уверена, что смогу заняться здесь делом.
Миссис Бойль откровенно, с ног до головы оглядела Ренату.
– Вы планируете остаться в Серебряной Долине, мисс?
– Конечно, некоторое время. Но сначала мне надо нанять повозку, которая отвезла бы меня в дом Мелани Максвелл. Кого бы я могла попросить об этом?
Миссис Бойль улыбнулась:
– Значит, вы подруга Мел, ага?
Рената поджала губы. Она никогда не задумывалась о прозвище Мелани. В самом деле, Мел.
– Она – моя кузина. Я приехала к ней в гости. Миссис Бойль сдвинула густые брови, а губы ее при этом сделались тонкими, как полоска.
– Она знала, что вы собираетесь приехать?
– Нет. Это немного неожиданно. Я обещала вскоре к ней приехать, но не…
– Ее здесь нет, – перебила миссис Бойль. – Они с Гейбом и близняшками на прошлой неделе уехали в Техас. И не сказали, когда вернутся.
Рената нахмурилась. Если бы она знала, что они будут у дяди Ричарда, то поехала бы прямо к нему. В конце концов, в Техасе тоже полно фермеров.
– Что ж, я думаю, мне не остается ничего другого, как ждать, – сказал она, подавляя разочарование. – Я уверена, что они уехали ненадолго. Им надо следить за ранчо.
– Гейб позволяет следить за фермой Лестеру Паттону и этому Джейку Вулфу. – Она так произнесла последнее имя, словно во рту у нее стало вдруг кисло, при этом сжала губы и на ее без того суровом лице появилась гримаса явного отвращения.
– Не могу дождаться встречи с ними, – Рената расправила складки на юбке и пригладила непокорную прядь волос. – И со всеми остальными, о которых мне так много рассказывала Мелани. Первым делом надо добраться до ранчо и привести себя немного в порядок. Боюсь, что я никудышная путешественница.
Миссис Бойль изучающим взглядом ответила на дружелюбную улыбку Ренаты, и выражение ее лица немного смягчилось.
– Вы выглядите немного лучше, чем большинство из тех, кто выходит из дилижанса. Эта пыльная ухабистая дорога изматывает даже самых крепких мужчин. Мой муж Донни будет счастлив отвезли вас на ранчо Максвеллов. Вы предпочтете поехать в новый дом или в старую хижину?
– Новый дом?
– Ага. Он еще не совсем закончен. Лестер нанял нескольких парней, так что он будет достроен, когда Мел и Гейб вернутся. Для вас вообще-то тише в хижине.
Рената улыбнулась. Мелани рассказывала ей о жизни в хижине, и она поняла, что это – как раз то место, куда бы она хотела отправиться.
Донни Бойль погрузил сундуки Ренаты на свою повозку. Этот небольшой коренастый мужчина поднял тяжелые сундуки так, словно они вообще ничего не весили. Рената решила, что Дженни и Донни Бойль были так похожи друг на друга, что их можно было принять за брата и сестру, а не за мужа и жену.
Он помог ей взобраться в повозку, предложив Ренате свою широкую ладонь. Некоторое время они молча устраивались на широких необитых сиденьях.
– Надеюсь, вам не слишком неудобно, – сказал Донни, когда они тронулись вдоль пыльной улицы.
Рената поглядела на него и улыбнулась.
– Мистер Бойль, после того, как я провела целое утро в душном дилижансе, я, конечно же, наслаждаюсь свежим воздухом. И кроме того, так я все вижу. Деревня такая милая, не правда ли? Такая зеленая.
Она посмотрела ему прямо в глаза и снова широко улыбнулась. Неудобства и трудности, которые она испытывала, чтобы добраться до Серебряной Долины, были ничтожно малы по сравнению с возбуждением, которое теперь охватило ее.
Донни Бойль, видимо, расслабился и улыбнулся ей в ответ.
– Послушайте, это ведь самая прелестная улыбка, которую я когда-либо видел. Из-за нее я чувствую себя снова молодым. Если бы я не был женат, я тут же сделал бы вам предложение.
Рената засмеялась его шутке. Она уже выслушала целую дюжину предложений, но ни одного такого фамильярного. Она считала, что многие делали ей предложение потому, что Амалия была уже замужем, а Рената благодаря приятному личику смогла бы быть хорошей женой любому. К тому же, ее трудно было разозлить, она, как и ее мать, умела хорошо занимать гостей. И все же Рената всерьез принимала эти предложения, так же, как и шутливые заигрывания Донни Бойля.
Она втянула Донни в беседу о Серебряной Долине, и он подтвердил многое из того, что Рената уже знала. Мелани рассказала ей о всех жителях городка и близлежащих областей. Но прошел уже год с тех пор, как Мелани и Габриэль приезжали в Филадельфию, и Ренате хотелось узнать свежие новости: кто сочетался браком, у кого родились дети, у кого удачно или неудачно сложилась судьба.
– А что насчет Джейка Вулфа? – невинно спросила Рената после того, как у Донни истощился запас информации.
– Гм-м, – нахмурился Донни. – Лучше бы вам надеяться, что он где-нибудь на большой дороге, один Бог знает, на какой.
– Почему? – озадаченно спросила Рената, поворачиваясь к нему. Мелани и Габриэль с такой симпатией говорили о Джейке, и даже, девочки все время спрашивали о «дяденьке Джейке», когда Рената крепко прижимала их к себе и рассказывала увлекательные сказки.
Донни потемнел лицом, посерьезнел, взглянув на нее. А потом еще больше нахмурился. Рената выжидающе смотрела на него. Какие неприятности могли быть сопряжены с человеком, о котором Мелани и Габриэль отзывались, как о члене семьи?
– Джейк Вулф – подлый опасный метис, сукин сын, простите меня за выражение. Если бы он не был другом Гейба, мы вышвырнули бы его еще много лет назад, – сердито ответил Донни.
– За что?
– Я же сказал, что он подлый… опасный… проклятый метис.
