не до наших частных разговоров. Похоже, всех, кого хотели собрать перед стадионом, уже собрали, и все пришло в движение. Делегации стали заводить на стадион. Первой пошла наша, советская делегация. Множество групп из СССР объединили в одну огромную колонну, во главе которой, видимо, пошли те самые наши заслуженные люди, которых перечисляла мне в аэропорту Эмма Эдуардовна. Далеко до них было, чтобы лица разглядеть. Увидел пожилых мужчин в военной форме, солнце у которых сияло на множестве орденов и медалей на груди — ну, это точно Герои Советского Союза. А впереди всех шел мужчина, державший огромное знамя СССР в вытянутой руке. Вот его я узнал, видел уже эту сцену на открытии Олимпиады в Мюнхене в прошлом году. Это, без вариантов, один из самых известных спортсменов СССР в мире, Александр Медведь, трехкратный олимпийский чемпион по вольной борьбе. Видимо, тогда всем так понравилось, как он красиво пронес в одной руке это огромное знамя, что его попросили и здесь это снова повторить… После распада СССР его будут делить, все захотят как-то привязать его к своей территории. Украинцы будут вспоминать, что он родился на территории Украины, в России указывать на то, что его дед с бабкой приехали туда из России, а сам он долгое время будет самым известным спортсменом в Беларуси… Но сейчас хорошо, сейчас никакой нужды его растаскивать по национальным делянкам нет, здесь он представляет огромную ядерную сверхдержаву — СССР.
Советская делегация была такой огромной, что наша часть колонны еще несколько минут двигалась неспешным шагом до стадиона, прежде чем войти на него. А на стадионе — заполненные доверху трибуны, тысячи людей, размахивающих флагами ГДР и СССР. И президиум, на котором стоят какие-то люди в штатском и улыбаются. Видимо, партийное руководство ГДР приветствует участников фестиваля…
Играет советский гимн, мы идем, размахивая флагами, вдоль трибун. Нам машут восторженно с них, словно мы звезды мирового спорта. Ощущения интересные. Да, я старый циник, много чего повидавший в жизни, но и меня пробрало до глубины души. Все же, когда много людей собирается вместе, и все находятся на одной волне, это заряжает энергией и вводит в какую-то эйфорию…
Сколько нас собрали в делегацию — похоже, что пару тысяч человек. А вслед за нами уже двинулась следующая делегация. Те самые азиатки в одинаковых платьях с цветами. Они шли, размахивали цветками и пританцовывали. А за ними следующая делегация…
В самом конце стадиона все же обнаружились пустые трибуны, на них нас начали и размещать. Все явно отрепетировано много раз, и количество мест подсчитано. Едва очередная делегация подходила, как ее тут же размещали на выделенное для нее место на трибунах.
Да, зрелище было яркое и впечатляющее!!! А самое главное, нашей группе повезло с трибунами. Всех советских звезд, включая Героев Советского Союза, разместили на соседней трибуне с нами. Мы, притихнув, смотрели на этих людей. Знаменитые летчики, литераторы, спортсмены, артисты, писатели… Даже Эмма Эдуардовна, и та оробела, как девчонка.
А затем, когда все делегации прошли к своим трибунам, и устроились на них, начались выступления политиков с трибуны. Местных политиков, наших политиков, политиков из других стран… Вот это уже серьезно понизило прежний градус, заданный началом мероприятия.
Глава 2
* * *
Святославль, дом Либкиндов
Слава, зайдя в дом, поздоровался с Кларой Васильевной и обнял радостно бросившуюся ему на шею Эмму.
— Ты надолго? Голодный? — тут же захлопотала она.
— На пару часов зашел, — ответил Славка. — Начальника завез, немного времени есть, пока снова не понадоблюсь. Есть не хочу, обедал, — добавил он, — чаю бы, пить хочется.
— Конечно. Сейчас, — кивнула Эмма и побежала ставить чайник, а Клара Васильевна начала выставлять на стол варенье и сушки.
— Как вы тут справляетесь? — поинтересовался Славка.
— Да все хорошо, Славочка, — улыбнулась Клара Васильевна. — Что нам сделается? Все как обычно, потихоньку. Сейчас же лето, дети на улице целыми днями. Домой только есть прибегают, когда вспомнят. Школы и садика нет, им раздолье…
— Ну да, — кивнул с улыбкой Славка. — Летом хорошо было…
— Почувствовал взрослую жизнь, — рассмеялась на его слова Клара Васильевна, — так вздохнул тяжело.
— Да нет, все хорошо, — покачал головой тот, — просто школу вспомнил, совсем недавно, казалось, на речку летом гоняли, столько свободы было… А теперь все разъехались кто куда, поменялось многое…
— Это нормально, — кивнула в ответ Клара Васильевна. — У каждого своя дорога. И свои возможности. У взрослых свободы тоже хватает, просто, в отличие от детей, у них еще и ответственности прибавляется, за себя, за близких. Когда делаешь что-то и понимаешь, для кого это делаешь, смысл появляется в жизни и радость от результата тоже.
Славка согласно кивнул, задумавшись над услышанным. Бабушка Эммы всегда удивляла его своей жизненной стойкостью, мудростью и умением расставлять все по своим местам. Не раз уже было, когда он сомневался в чем-то или просто не мог мысли в порядок привести, она буквально парой фраз все объясняла, и он даже поражался иногда, что сам этого не понимал, до чего все очевидно становилось.
За чаем и разговорами Слава заметил, что Эмма какая-то напряженная. Вроде общается как обычно, но чувствуется скованность едва уловимая. Поймав его вопросительный взгляд, Эмма немного смутилась и отвела взгляд.
Ну точно. Снова что-то случилось, — подумал Славка. — И ведь молчит, клещами выпытывать надо вечно…
Допив чай, он предложил Эмме немного прогуляться вместе.
— Конечно идите, дети, — одобрила его предложение Клара Васильевна. — Погода чудесная, чего в четырех стенах сидеть?
— Хорошо. Только переоденусь, ладно? — подскочила Эмма и побежала в комнату. — Я быстро, — донеслось из-за двери.
Выйдя на улицу, они, взявшись за руки, пошли в сторону реки. Минут пять шли, почти не разговаривая и просто наслаждаясь теплой погодой и компанией друг друга.
— Тебя что-то беспокоит? — начал разговор Славка.
— Шанцев к нам приезжал недавно, — неохотно начала говорить Эмма. — Все расспрашивал про этот переезд в Москву. Спрашивал, когда туда собираюсь и чем помочь.
— Ого, — удивился Славка. — Прямо сам приехал? Ничего себе! Наверное, Пашка интересовался у него… А ты что ответила? Рассказала про наши планы?
— Я уже опять не уверена,
