наверное.
Или недосып.
А может, инстинкт самосохранения, когда вокруг потенциальные оборотни. Мир этого никогда не узнает.
Ну и ладно.
— Как, блядь, он всё ещё держится в человеческой форме? — спросил новый.
— Это же Нико, — отозвался первый.
Новый только хмыкнул, будто это всё объясняло, а потом спросил:
— И как мы его до грузовика дотащим?
— Мы и не дотащим. не будем. Она поможет, — сказал кто-то.
Я хотела обернуться через плечо, посмотреть, не найдётся ли тут какая-нибудь другая женщина, про которую они могли говорить. Я не хотела тащить до грузовика оборотня с красными глазами. А что если он попытается затащить меня за собой? Я люблю книги про горячих волков, но это не значит, что мне хочется реально оказаться в лапах оборотня.
— Как тебя зовут? — спросил его друг.
Когда никто не ответил, я поняла — вопрос был адресован все же мне.
— Эбигейл, — ответила я, глядя на Нико.
Красный в его глазах явно становился ярче. Стоит ли из-за этого паниковать? Наверное, да.
— Эбигейл, нам нужно, чтобы ты вывела Нико из магазина. Скоро он потеряет контроль и обернётся. Он тебя не ударит, но лучше, чтобы это случилось на улице, а не здесь, — сказал друг Нико.
У меня в груди что-то сжалось.
— Я, эм, не очень-то готова к этому.
— Альтернатива — смотреть, как он превращается посреди тонны макарон, — холодно заметил незнакомец.
— Он превратится в настоящего монстра или просто в волка? — уточнила я. Сердце уже колотилось быстрее.
— Просто в большого волка.
Ну ладно, это лучше, чем какой-то монстр.
— А какова вероятность, что я окажусь побитой или окровавленной в этой ситуации? — спросила я.
Нико низко зарычал, у него вновь закрылись глаза, по телу прошла дрожь. Я попыталась отступить, но его хватка на моей талии только усилилась.
— Он тебя не тронет, — быстро сказал друг. Слишком быстро. — Нико и его волк всегда действуют в унисон. Возможно, он ещё не обернулся, потому что считает, что здесь тебе небезопасно. Чем скорее вы окажетесь на улице, тем лучше.
— Теоретически, если я сейчас рвану к машине, что случится? — я попыталась прозвучать бодро и так, будто не собиралась этого делать.
— Он догонит тебя, — ответил тот самый незнакомец прямо и без обиняков. — И, вероятно, укусит.
Он начинал мне нравиться за свою прямоту.
— Вот и все слова о том, что он меня не тронет, — пробурчала я.
— Не тот укус, Кексик, — протянул незнакомец, растягивая слово.
— А о каком ты тогда укусе? — переспросила я.
— О том, которым помечают как пару на всю жизнь. Это сделает его твоим мужем, хочешь ты того или нет.
Глаза вылетели из орбит.
У оборотней брак заключается одним укусом?
Ну ёб твою мать.
Надо было валить отсюда. Горячий секс с волком — одно, а пожизненный брак — совсем другое.
Его друг откашлялся.
— Не хочу раздражать, но нам действительно лучше уже двигаться.
Верно.
Мне предстояло вывести Нико к их грузовику, чтобы он мог обернуться. Надеюсь, когда он станет волком, у меня будет шанс свалить прочь или уехать подальше от Мун-Риджа, что в данном случае одно и то же.
До того, как недосып спонсирует мне брак.
Не то чтобы я против брака в принципе. Нет, не совсем. Но мне не хотелось выходить замуж за человека, о котором я знаю только то, что он любит брать огурцы.
…в сугубо не-сексуальном смысле, разумеется.
Я сжала зубы, глубоко вздохнула и преувеличенно улыбнулась, снова встретившись глазами с Нико.
— Пойдём к твоему грузовику, хорошо?
Он не проронил ни звука.
— Просто начинай идти, — подсказал его друг.
Он держал меня за талию и не отпускал, поэтому я просто неловко повернулась в его объятиях и начала семенить по проходу.
Проходу супермаркета.
Не свадебному проходу.
Потому что я не собиралась выходить замуж за этого секси-волка, который ещё и огурцы любит.
Глава вторая
ЭББИ
На то, чтобы добраться из магазина до грузовика, который, по идее, принадлежал Нико, ушла целая вечность. Тёмно-серая краска на нём всё ещё блестела, но сам он новым не выглядел. Внизу виднелись вмятины, по кузову тянулись следы грязи.
— Отличная работа, — сказал друг Нико. — Теперь можешь отойти.
Вот он, мой шанс.
Я осторожно сняла с себя его огромные, тёплые руки и шагнула назад. Повернув голову, я увидела, как дрожь пробежала по его спине. Шерсть встала дыбом на его руках. И на лице тоже. Его позвоночник выгнулся…
И я повернулась и побежала.
Слава богу, я не заперла машину. Я рывком распахнула дверцу и быстро бросилась на водительское сиденье, запирая за собой дверь так быстро, как только могла.
Грудь вздымалась от быстрого дыхания. Я повернула голову к окну и заорала.
За дверью сидел гигантский серый волк.
Он выглядел спокойным.
Слишком спокойным.
Крик постепенно сошёл на нет.
Он не пытался выбить дверь, не ломился внутрь.
Позади к нему подбегали его дружки. Нико исчез, так что логично было предположить, что он и есть волк.
Темноволосый парень шёл рядом с другим — огромным, с золотисто-смуглой кожей и волнистыми светлыми волосами до плеч. Второй явно был тем самым прямолинейным типом, что нравился мне больше.
Темноволосый сказал что-то, что я не расслышала. Блондин закатил глаза и энергично показал на асфальт, будто приказывая.
Он явно хотел, чтобы я опустила окно. Не то чтобы мне хотелось это делать, но ещё меньше мне хотелось уезжать, если волк Нико кинется на машину и оставит вмятину.
Я на всякий случай нажала на кнопку блокировки ещё раз, убедившись, что всё заперто, и опустила стекло буквально на сантиметр.
Они подошли ближе, пока волк не зарычал. После этого оба остановились позади него.
— Послушай, Эбигейл, — сказал темноволосый, поднимая руки. — Я Грэм, а это Итан. Мы лучшие друзья Нико. Я понимаю, ты хочешь бежать, мы все хотели бы, но от волка, который держит след, не убежишь. Тебе нужно поехать к Нико домой.
— Вы ебанутые, — крикнула я в ответ. — Я не поеду домой ни с кем из вас, — сделала паузу. — И что значит «держит след»?
Такого в книгах про оборотней не было. В этом нет ни хрена романтичного.
— То, что Грэм Крекер забыл упомянуть, — вмешался Итан, — это то, что ты случайно запустила у Нико то, что мы, оборотни, называем охотой на пару. Он теперь застрянет в волчьей форме, пока зверь не решит, что ты его не отвергнешь. Потом он тебя укусит, и ты сама станешь волком. Когда твоя волчица решит, что
