уже немолоды, а значит — двигаются куда неуклюжее. Одним словом, хороших бойцов среди них может быть двое или трое, все остальные — просто пушечное мясо.
Два коротких вскрика — два из трёх кинжалов попали в цель. Убить может и не убили, но по крайней мере, вывели бойцов из строя. А значит, остаётся только восемь человек. Когда Жакан влетел в туман, в одной его руке уже был крепко сжат меч, а в другой кинжал, который он выдернул из-за пояса. Не успели его глаза привыкнуть к обстановке, как на него случайно вылетел один из бандитов, который выставил руку вперёд, пытаясь, видимо, нащупать себе путь. Смерть настигла его мгновенно: удар по вытянутой руке, которая почти достала до куртки наёмника, затем — по горлу, и вот уже нападавших лишь семеро.
Когда Жакан заметил какое-то движение слева от себя, он моментально среагировал, и как раз вовремя. Один из тех, кто был вооружен мечом, заметил его раньше и попытался напасть первым, но наёмник умело блокировал удар, а после коротким взмахом вспорол недоумку живот кинжалом. Тот рухнул на землю, пытаясь удержать свои кишки внутри себя. Дым, которого должно было хватить на пять минут, уже начал рассеиваться, и это не очень нравилось Жакану, который отдал алхимику за каждую бомбу по золотому. А это по меркам такого некачественного товара баснословно дорого.
Когда дымовая завеса поредела настолько, что все силуэты сделались прекрасно видны, Пентр насчитал только троих, что стояли в пяти шагах от него и которые, к его счастью, пока его не заметили. Где ещё трое головорезов, Жакан не знал и выяснять не было времени, действовать приходилось быстро. Слегка присев, наёмник, словно кошка, спружинил вперёд и в считанные секунды оказался возле первого бандита, которому точным ударом меча пробил грудь со спины. А после добрался и до второго, которого столь же молниеносным ударом кинжала по шее отправил прямо в ад. Третий, который стоял дальше всех, успел отреагировать на атаку Жакана и даже замахнулся по широкой дуге своим топором, но Пентр среагировал быстрее. Отпрыгнув чуть в сторону и дождавшись, когда от неуклюжего удара нападающий завалится вбок, метнул свой кинжал в открывшуюся грудь. Бросок попал точно в сердце неумелому воину. Тот сделал два неуверенных шага навстречу своему убийце и с выпученными от недоумения глазами повалился вперёд, словно подрубленное дерево.
Когда Жакан убедился, что среди его жертв больше никто не встанет, он начал крутить головой в поисках последних трёх оставшихся из передового отряда. Когда наёмник поворачивал голову в сторону леса, откуда летели стрелы, и откуда прибежала вся эта ватага, он заметил человека — не больше, чем в двадцати шагах от себя. Лучник поспешно натягивал тетиву и готов был уже выстрелить, но внезапно за его спиной появился Вару и пронзил бедолагу мечом прямо в живот. Лучник вытаращил глаза, выронил лук и захрипел от боли. Но единственное, что он смог сделать перед смертью, это выплюнуть кровь, после чего обмяк, словно тряпичная кукла.
— Все? — спросил Жакан.
— Теперь да, — вытащив меч и оттолкнув горе-лучника, кивнул охранник. — У тебя как?
— Трёх не хватает, — ответил наёмник, оглядываясь по сторонам. — Судя по всему, сбежали.
— Трусы, — пожал плечами Вару. — Чего ещё ждать от бандитов.
Пока Пентр вытаскивал свой кинжал и собирал ножи, которые хорошо послужили ему в этом бою, охранник отправился к телегам, где укрывались его раненые товарищи и их хозяин. Когда Жакан уже направился в ту же сторону, он увидел, что Вару замер между телегами и не двигается. По спине наёмника лизнуло холодом. Бегом добравшись до оцепеневшего охранника и обойдя его, Пентр оглядел картину, которую увидел телохранитель и стиснул зубы.
Под Конроем натекла лужа крови, и сейчас уже было непонятно, была ли это кровь из его раны, или кровь из груди бандита, что лежал на нём и не двигался, как и его убийца. Господин Юнко так и остался сидеть возле одного из своих охранников. Только когда Жакан видел его в последний раз, из головы торговца пряностями точно не торчал топор. Когда наёмник повернул голову чуть правее мёртвого Гани, он увидел Кумуша. Седобородый здоровяк ещё был жив, но к повреждённой ноге добавилась скверная рана на плече и ещё более мерзкая рана на щеке, открывавшая двум наблюдателям поломанные зубы и окровавленные дёсны. Кумуш, несмотря на своё состояние, успел отправить на тот свет двоих головорезов, которые, как считал Жакан, убежали, поджав хвосты. Одному здоровяк умудрился снести голову, а второму крайне скверно рассечь грудь, чем заставил его помучиться перед смертью.
— Как ты их пропустил!? — сквозь зубы процедил Вару. — Ты должен был остановить их!
— Один десятерых? — Жакан глянул на неудавшегося телохранителя исподлобья. — Ты переоцениваешь мои силы и возможности. Я, к великой удаче, справился с семерыми.
— Чёрт! — прорычал Вару и ударил по ближайшей телеге так, что треснула пара досок. — Твою мать. Мрази дикие. На кой хер им понадобилось грабить повозки с пряностями?!
— Вот бы они ещё разбирались, кого грабили, — отмахнулся Пентр.
Подойдя к Кумушу, который с трудом поднял глаза на наёмника, Жакан опустился рядом с ним на колено и положил руку на здоровое плечо.
— Ты хорошо сражался, — только и сказал Пентр.
— Отватитель, — с трудом и не очень внятно проговорил охранник. — Ховяин… мёртв… Я умиваю…
С этим Жакан спорить не стал. Старая карга с косой не насытилась жизнями разбойников и решила на десерт взять обычных мужчин, которые выполняли свою работу, а вместе с ними и их господина. Через минуту после своих последних слов Кумуш закрыл глаза, последний раз судорожно вздохнул и уронил голову на грудь.
— Покойся с миром.
Поднявшись на ноги, Жакан подошёл к Вару, который, откинув тело безымянного разбойника, стоял над телом своего товарища.
— Кумуш умер, — только и сказал наёмник.
— И вот я один, — серым голосом проговорил бывший охранник торговца пряностями. — Без друзей и работы.
— Зато живой, — спокойно ответил Жакан и поймал на себе презрительный взгляд собеседника. — Будь эти уроды в шкурах чуть поопытнее, а лучники поточнее, мы бы сейчас все уже были на том свете.
— Как бы за твою толстокожесть мне ни хотелось дать тебе по морде, — Вару тяжело вздохнул, — но ты прав, — уронив голову на грудь, бывший телохранитель покачал головой, а после шумно вдохнул через нос. — Поможешь их похоронить?
— Если отдашь мне хоть часть оставшихся денег, которую обещал господин Юнко, — бесстрастно ответил Жакан.
— Ты вообще нормально по ночам спишь? — приподняв брови, спросил бывший охранник и
