недобро сморщил лоб. — Совесть не мучает?
— Спать хорошо можно на кровати, которую бесплатно никто не даст, — спокойно ответил наёмник. — А совесть — удел священников и их прихожан.
Вару ничего не стал говорить, но по его взгляду и сжавшимся кулакам было ясно, что ответом бывший телохранитель остался не очень доволен. На то, чтобы похоронить трёх человек, ушло больше двух часов. Жакан хотел уложить три тела в одну могилу — ему это показалось символичным. Но бывший слуга и друг настоял на отдельных, из-за чего похороны затянулись.
— Вот твои деньги, — вложив в руку наёмника кошель, серо сказал Вару. — Не могу сказать, что было приятно иметь с тобой дело, как и не могу сказать, что буду рад нашей новой встрече.
— Главное, чтобы следующая встреча не прошла по разные стороны баррикад, — пожав плечами, ответил Жакан и перед тем как уйти, добавил. — Я бы на твоём месте самостоятельно отвёз товар в деревню и продал его. Хоть какие-то деньги на первое время будут.
Пентр не стал оборачиваться, но спиной прекрасно ощутил, как бывший телохранитель пытается прожечь в его затылке дырку. А может, даже подумывает о том, чтобы этот затылок рассечь, но Жакана сейчас это не волновало. Задание по сопровождению он провалил, пусть и не по своей вине. Но когда об этом узнают, на его репутации это отразиться, пусть и не слишком. Сейчас наёмника больше всего волновала не его репутация, а два вопроса: куда убежал его конь, и сможет ли он снять хорошую комнату в трактире.
ГЛАВА 2. СТРАННАЯ ПЛАТА
Жакан добрался до деревни уже в сумерках. Он потратил уйму времени, чтобы найти свою лошадь, которая убежала намного дальше, чем он мог себе представить. После этого ему понадобилось какое-то время, чтобы сориентироваться и наконец найти нужное направление. Когда Пентр въезжал в деревню, улицы уже были пусты. Лишь изредка можно было встретить кого-то из местных, которые спешили либо к себе домой, либо же в трактир, который был здесь единственным местом развлечений. “Притон” — честное и простое название для места, куда съезжались люди разных сословий и профессий, начиная от обычных торговцев, таких как покойный Гани Юнко, заканчивая беглыми преступниками и наёмниками. Квери можно было назвать нейтральным местом. Несмотря на то, что деревушка стояла на землях графства Мандекор, она соседствовала с землями других правителей и частенько бывала разменной монетой в войнах за территорию, именно поэтому полновластной стражи здесь никогда не было. Только местное ополчение.
Подъехав к “Притону”, Жакан соскочил с коня. Привязав его к коновязи, снял все свои вещи и отправился внутрь. Название этого трактира полностью соответствовало обстановке, что царила внутри. Полутёмное помещение, смрадный запах, в котором было всё, начиная от подгоревшего мяса и заканчивая блевотиной перепивших гостей. Народу здесь было предостаточно и, судя по жёстким лицам и холодным глазам, которыми встретили вошедшего, люди здесь собрались явно не самые святые. У дверей сидело двое крепких мужчин, в ногах которых стояли увесистые дубины. Вышибалы, а никем другим эти мордовороты быть не могли, хмуро глянули на Жакана, который без тени смущения сразу направился к стойке, и вновь со скучающим видом обратили свои налитые кровью глаза на людей за столами.
За стойкой стоял немолодой мужчина с седыми волосами. Жилистое телосложение, жёсткий взгляд, множество шрамов на руках — скорее всего, бывший солдат, ну или, по крайней мере, человек, которому часто приходилось держать в руках оружие. Когда Пентр подошёл к стойке, мужчина быстро оглядел его с ног до головы и как-то странно цыкнул.
— Наёмник? — спросил он прямо.
— Так заметно? — ухмыльнулся Жакан.
— Вашего брата за версту видно, — фыркнул мужчина. — Но, собственно, сейчас не об этом. Моё имя Фарис, и я хозяин этого заведения. Чем-то могу помочь?
— А где Панрит?
— Убит, — спокойно ответил новый владелец, — около года назад. Сцепился с гостями и получил рану в живот, которая его и доконала.
— Ясно, — сухо ответил наёмник.
— Так чем могу помочь? — вновь спросил Фарис.
— Комнатой и едой. Всё, чем вы можете помочь уставшему путнику сейчас.
— Оно и видно, — хмыкнул хозяин. — Сколько планируешь оставаться?
— Пару дней, — задумавшись, протянул Пентр. — На больший отдых у меня времени нет.
— Конечно, когда вам, убийцам, отдыхать, — пробурчал Фарис, делая записи в книжке, которую достал из-под стойки.
— А откуда вы знаете, что я специализируюсь именно на убийствах? — приподняв бровь, с усмешкой спросил наёмник. — Может быть, я охранник или сопровождающий, или даже охотник-одиночка.
— А что, охотник или охранник не убивают? — посмотрев, как на полного дурачка, спросил хозяин. — Что убийцы, что охотники — всё едино. Одни убивают мирных людей, другие охотятся на головорезов и убийц, или на своих коллег по ремеслу. — Фарис тяжело вздохнул и протянул книгу постояльцу. — Впиши своё имя, а после распишись вот здесь. За два дня шесть серебряных. Еду, как устроишься, закажешь отдельно.
— Шесть? — в наигранном изумлении протянул наёмник, ставя подпись. — А не многовато ли?
— Не нравится, иди ищи другой трактир, — с усмешкой ответил хозяин.
На такое резкое заявление Жакан лишь усмехнулся и выложил деньги на стол. Когда монеты были подсчитаны, а книжка с записями убрана обратно под стойку, Фарис выложил на стол маленький ключ, а после поставил маленькую масляную лампу, которую зажёг в два ловких движения.
— Второй этаж, комната шесть, — сказал хозяин и с хитрой улыбкой добавил. — Хорошего отдыха.
Взяв ключ с лампой и поудобнее перехватив вещи, Пентр направился к лестнице. Добравшись до порядком поизносившейся двери, на которой нетвёрдой рукой была нарисована цифра шесть, наёмник вставил ключ, и лишь приложив усилие, смог наконец заставить проржавевший замок открыться. Комната трактира, в которой Жакану предстояло жить пару дней, больше всего напоминала келью какого-нибудь монаха. Стол, стул, узкая кровать, тумбочка и пара свечей. Шкафов, сундуков или другой мебели, куда можно было бы спрятать вещи, не было. Даже окна отсутствовали: скорее всего, чтобы не заплативший за жильё постоялец не смог так легко сбежать. Пентр снимал множество комнат — как в трактирах, так и у частных лиц. И даже несмотря на скудность этого жилища, оно было не самым плохим из тех, в которых ему доводилось отдыхать.
Бросив свои немногочисленные вещи на стол, Жакан дошёл до тумбочки, поставил на неё лампу и наконец уселся на кровать. Слишком продавленная и узкая для рослого наёмника, но выбирать не приходится. Изначальный план Пентра предполагал сон без задних ног, а утром завтрак. Но, судя по ощущениям в желудке, который уже
