он вначале отказался, сославшись на болезнь. В действительности генерал вступил в политическую игру, где время было определяющим фактором. Юань Шикай выжидал, чтобы ситуация обострилась до предела и влияние его достигло своего максимума. События тем временем развивались с невероятной быстротой. Вихрь революции распространялся по стране с помощью телеграфа, а правительственные войска вели ожесточенные бои в Ухане, но были не в состоянии подавить восстание, несмотря на свое явное численное преимущество и превосходство в вооружении. Тридцатого октября Юань Шикай все же выехал в Пекин. Первого ноября он принял должность премьер-министра и возглавил правительство, в котором тут же провел нужные себе перестановки. Однако подавлять восстание в Ухане генерал не стал, ведь тогда бы он оказался никому не нужным и одновременно опасным политиком, очевидно обладавшим большими амбициями и имевшим неограниченное влияние на армию. Вместо того чтобы разбить восставших в Ухане, Юань Шикай вступил с ними в тайные переговоры.
Таким образом, к концу 1911 года в Китае сложилась следующая политическая обстановка. На юге и в центре страны бушевали вооруженные восстания, которые возглавил Тунмэнхой под руководством доктора Сунь Ятсена. В действительности революционных сил было великое множество, и это многообразие создавало немалые дополнительные сложности.
Юань Шикай – командующий Бэйянской армией и президент Республики Китай с 1912 по 1915 год
На севере, в Пекине, у власти пыталось удержаться крайне слабое правительство последнего китайского императора – пятилетнего Пу И. У императора не имелось финансовых средств, а правительство его представляло собой феодальный анахронизм в начале XX века. Императорское правление держалось из последних сил, и эту хрупкую политическую конструкцию могло сокрушить любое, даже самое небольшое, но враждебное событие. Реальной военной силы в сложившихся условиях у Пекина не имелось, потому как подавляющее число солдат и офицеров империи пребывали в сомнениях: воевать за императора никто не хотел, все ждали дальнейшего развития событий в стране. Надо помнить, что Уханьское восстание подняли именно военные, а потому гарантировать верность других гарнизонов не мог никто. Третьей силой, фактически решившей судьбу Китая, стала Бэйянская армия, безраздельный контроль над которой принадлежал генералу Юань Шикаю. Таким образом, бывший чиновник, месяцем ранее живший в отдаленной деревне в изгнании, оказался политической гирей, которой предстояло склонить чашу противостояния между китайскими революционерами и китайскими империалистами в ту или иную сторону.
Силам революции довольно быстро удалось захватить все три города региона Ухань. Учан был взят вечером 10 октября. Расположенные на другом берегу реки Янцзы Ханькоу и Ханьян перешли в руки повстанцев 12 октября. Правительственные войска подошли к Уханю 18 октября. Началось ожесточенное сражение, продолжавшееся 41 день. Первого ноября императорской армии удалось взять Ханькоу, 27 ноября – Ханьян, но силы ее уже были истощены так же, как и боевой дух. Тем временем одна провинция за другой на юге Китая объявляли о своей независимости от династии Цин. К концу ноября таких провинций насчитывалось 18. На помощь восставшим в Ухане стали прибывать революционные отряды из других провинций. Между тем серьезной опасностью для императорской власти оставалась армия, где настроения ухудшались каждый день. Третьего ноября на сторону восставших перешел военно-морской флот империи. К этому моменту победа над повстанцами в Ухане уже не имела значения, потому как затушить многочисленные очаги революции, охватившей весь юг Китая, уже не представлялось возможным. Однако и революции продвинуться на север было непросто. Главной преградой на ее пути стояла Бэйянская армия, беззаветно преданная своему вечному командующему. Политический тупик наступил в конце ноября, когда обеим сторонам – революции и империи – стало ясно, что ни одна не в состоянии одержать победу. В этот момент на политическую арену вышел генерал Юань Шикай. Вечером 1 декабря 1911 года он заключил с восставшими в Ухане трехдневное перемирие и начал с ними официальные переговоры в недавно взятом его войсками Ханькоу. Через 3 дня, когда срок перемирия истек, его продлили еще на 3 дня, затем еще на 15 дней, и в конце концов – до Нового года.
Двадцать первого декабря в Китай прибыл доктор Сунь Ятсен. Еще в начале декабря различные революционные группы со всего юга Китая пытались оформить достигнутые успехи. Сначала собрание революционеров состоялось в Ханькоу, затем в Шанхае, но 2 декабря восставшие освободили город Нанкин, где и было решено создать правительство республики. Двадцать девятого декабря в Нанкине состоялось историческое голосование – выбирали президента Китайской республики. Победителю требовалось набрать две трети голосов представителей 17 провинций, прибывших в Нанкин. Доктор Сунь Ятсен получил голоса 16 провинций из 17 собравшихся, став таким образом первым президентом Китайской республики. Официальные заявления последовали 1 января 1912 года. Именно этот день и вошел в историю. Однако и голосование, и официальное заявление о создании республики были не больше чем пропагандой, за реальную власть революционерам предстояло еще побороться. События в Нанкине все же подтолкнули остальные политические силы в Китае к активным действиям: генерал Юань Шикай требовал себе президентский пост, и это не было его единственным требованием. Он также настаивал на том, чтобы столица Республики находилась в Пекине – на севере, а не в Нанкине – на восставшем юге. Пекин был городом Юань Шикая, здесь проживало меньше революционно настроенных граждан, и, главное, неподалеку дислоцировались основные силы беззаветно верной ему Бэйянской армии. Нанкин же буквально наводнили революционные элементы различного толка, и править республикой генералу пришлось бы под дулом революции, в окружении вчерашних повстанцев, с которыми его солдаты не так давно вели ожесточенные бои. Доктор Сунь Ятсен, дабы избежать затяжной и кровопролитной гражданской войны, пошел на условия Юань Шикая, убедив в правильности такого решения не столь миролюбиво настроенных лидеров революции.
После достижения компромисса между революцией и будущим диктатором дело оставалось за малым – заставить императорский двор смириться и отречься. Эта задача легла на плечи будущего президента республики Юань Шикая, по иронии судьбы все еще занимавшего пост премьер-министра империи, которую он собирался удавить собственными руками. Не усматривайте в его действиях нелогичности. Генерал все заранее продумал и просчитал. Его премьерство в империи Цин просуществовало бы ровно до того момента, когда вверенные ему войска подавили бы восстание на юге. Затем Юань Шикаю грозила бы не только отставка, но и неприятности побольше, потому как никому в слабой империи не требовался сильный генерал с верными только ему войсками. Для Юань Шикая подавление восстания было в буквальном смысле слова смерти подобно, а потому нет ничего удивительного в том, что он решил стать
