показалось, что я серьезно влип.
— Так ты разрешаешь?
— Вам — да. Своих друзей тоже приведите.
Прошло несколько недель, и я совсем забыл о Магре, когда она снова объявилась на пороге нашего дома.
— Руари, это к тебе! — крикнул отец.
Я вышел на порог. Магра улыбнулась мне.
— Добрый вечер, Руари.
Я хмуро глядел на нее. Настроение после вчерашнего полнолуния у меня было не очень. Магра посмотрела на меня более пристально.
— Не думала, что ты тоже пьешь, Руари.
— Это не ваше дело, — огрызнулся я.
— Извини. Знаю, что зашла не совсем вовремя. Хотела представить тебе моих коллег и получить для них твое разрешение.
Я смотрел на нее, пытаясь сообразить, какого черта далось ей это разрешение.
— И где ваши друзья?
— Ждут у машины. Остальные члены семейств в доме. Если тебя не затруднит поехать с нами. Это займет немного времени.
— Хорошо.
Около внедорожника стояло двое мужчин. Один был худощавый и довольно высокий. Второй — наоборот, крепкого телосложения, широкоплечий, еще более высокий, похожий на древнего скандинавского воина.
— Джентльмены, позвольте вам представить Руари Конмэла. Руари, это Энгус О’Шэннон и Брессалан О’Келли.
Оба мага посмотрели на меня свысока, на лице худого отразилась некоторая брезгливость, но оба пожали мне руку.
— Я думал, ты приведешь все-таки Мака Конмэла, — заметил Брессалан.
— Мак отошел от дел, — с какими-то особыми интонациями произнесла Магра.
Я уставился на нее. Похоже, я что-то упустил. То, что прекрасно понимали эти трое. О’Шэннон нахмурился и прокашлялся.
— Все будет в порядке, Энгус, — уверила его Магра.
— Я чего-то не знаю? — спросил я, изучая их запахи.
Больше всего в них было сомнения, немного тревоги и нетерпения, словно они ввязывались в какую-то авантюру. Я ничего не понимал.
— Нас немного больше чем трое, — засмеялась Магра. — Все хорошо, Руари, не беспокойся.
Энгус, словно смирившись с неизбежным, кивнул, распахнул переднюю дверь, помогая Магре сесть, сам потом занял место водителя. Мы с громадным Брессаланом поместились на заднем сидении.
— Ехать недалеко, — добродушно заметил он. — Мы решили обосноваться по соседству, купили уже дома.
— Неужели? Быстро вы… По соседству — это где?
— На Редвуд-Гарденс. Могли бы пешком дойти за пять минут, но только Энгус у нас непривычен к пешим прогулкам.
Брессалан рассмеялся. О’Шэннон глянул на него с недовольством. Через минуту машина остановилась у одного из краснокирпичных особняков. Мы зашли внутрь. В гостином зале нас ожидало еще тринадцать магов. Я в изумлении воззрился на Магру.
— Что это такое, мисс Даген?
— Это представители десяти семейств. Одних из самых сильных и известных в Ирландии.
— Понятно, — протянул я.
Но мне ни черта понятно не было.
— Согласно традиции они просят у тебя, как представителя самого древнего здешнего рода, разрешения жить в городе.
Энгус и Брессалан подошли к двум женщинам, видимо, своим супругам.
— Это Руари Конмэл, — вновь представила меня Магра. — Это семьи О’Шэннон, О’Келли, Эфин, Бламак, Мохэммок, Кэрвал, Далах, Фергал, Галван.
Все смотрели на меня и чего-то ждали.
— Я что-то должен делать? — поинтересовался я у Магры.
— Проверить, как это принято у вас, и дать свое согласие.
— Проверить? Думаю, всем это мало понравится.
Она лишь пожала плечами.
— Начни с меня.
Я шагнул к Магре, почти вплотную приблизившись к ней. Прикрыв глаза, я снова изучал ее запах, на этот раз более обстоятельно. Мой нос скользнул вдоль щеки, едва не коснувшись кожи. Я отступил, глянул на лица остальных. В восторге они не были. Но все же позволили мне изучить себя. Я медленно обошел их, выстроившихся в ряд. Ни у кого из них дурных помыслов или чего-то еще, что бы мне не понравилось, я не уловил. Я снова посмотрел на Магру.
— Всё…
— Значит, ты разрешаешь всем семействам жить здесь?
— У многих есть дети. Вы решили их сюда не приводить? — поинтересовался я.
— Для детей разрешения не нужно, не так ли? — заметил Энгус. — Если есть позволение остаться их родителям.
— Не нужно. Но… вы ведь просто не хотите, чтобы они знали об этом.
О’Шэннон смешался, но Магра уже протягивала мне ручку. На стол перед нами она положила какой-то лист.
— Это что?
— Разрешение.
— Не знал, что нужно подписывать какую-то бумажку. Разве моего слова недостаточно?
— Это нужно для Гильдии, — пояснила Магра и снова улыбнулась. — Среди магов тоже хватает бюрократов.
Я фыркнул. Пробежал взглядом по пергаменту, читая, что там написано. Потом поставил свое имя и подпись. Подошел Брессалан, протянул мне черный бархатный мешочек. Я с недоумением посмотрел на него.
— Бери, Руари, так положено. Это небольшой дар от нас всех.
Я взял мешочек, вытряхнул его содержимое на ладонь. На руке у меня лежал крупный изумруд с огранкой под лист шэмрока.
— В нем есть немного магии. Это оберег. Храни его дома. Удача вашей семье лишней не будет.
— Спасибо, — я убрал изумруд в мешочек, спрятал в карман.
— Если тебе что-то будет нужно, обращайся, — Брессалан положил свою ручищу мне на плечо. Любой другой на моем месте, несомненно, бы прогнулся под ее весом. — Я тебя провожу.
О’Келли довел меня до двери.
— Знаете, мне кажется, тут есть какой-то подвох, — заметил я.
— Да нет, что ты, — Брессалан помотал головой в белобрысой гриве волос.
И все же я уловил его смущение.
— Ладно. Что ж, доброй ночи, мистер О’Келли.
— И тебе, Руари! На вот возьми — чуть не забыл — моя визитка. Звони, если что.
За моей спиной закрылась дверь. Чувствуя в кармане тяжесть камня, и задумчиво крутя в руках золотистый с вычурным дизайном бумажный прямоугольник, я потоптался немного на пороге, раздумывая. Потом спустился с холма на набережную и швырнул изумруд в реку.
— Шур! — позвал я.
Речная струя, словно рука подбросила камень вверх. И он остался там, на верхушке фонтанчика, окрашивая брызги в зеленый.
— Кто дал его тебе, братец? — прожурчала Шур.
Я рассказал.
— Тебя не обманули. Это действительно оберег и очень сильный. Можешь спокойно хранить его
