он угодил прямо в ловушку.
Она потёрла висок.
— Мы можем поговорить позже? Не уверена, что сейчас в состоянии говорить.
Хорошо. Это даст ему небольшое преимущество.
— Нет, мы поговорим сейчас. Прошлая ночь не ошибка, Райли. Это всё равно бы произошло. Ты это знаешь. И я знаю. — Он провёл большим пальцем по следу от укуса, который оставил на изгибе её плеча, и волк издал мягкое, удовлетворённое рычание, наслаждаясь видом клейма. — Проклятье, ты даже не в моём вкусе.
Рассердившись, Райли выгнула бровь.
— Потому что я не надувная?
— Потому что ты — проблемная. Ты может и выглядишь невинно, но я вижу безумцев, когда на них смотрю. — Он погладил её по носу. — Ты, маленькая ворон, далеко не святая.
Она улыбнулась.
— Похоже, это самое милое, из всего, что ты мне говорил.
Тао заскрежетал зубами. Обидеть её невозможно. Наверное, это и к лучшему, потому что неразумно расстраивать ворона. Они свирепые и мстительные существа с дурным характером, и всегда рвались в бой.
Райли, казалось, трудно разгневать, но Тао знал, что, если она когда-нибудь выйдет из себя это будет ещё то зрелище. Какая-то извращённая часть Тао хотела увидеть это.
— Прошу заметить, — начала она, — ты уже говорил, что я проблемная. И не раз, кстати. Поэтому с самого первого дня ты так плохо ко мне относился.
— Да, я плохо переношу перемены и естественная моя реакция на чужаков — непринятие. Мне сложно доверять одиночкам, что, в общем-то, свойственно всем. — Большинство одиночек альфы изгнали из стай за серьёзные преступления. И одиночки обычно идут в наёмники, чтобы заработать денег и найти защиту, отсюда в частности и идёт дурная слава. — Ты не сказала, почему стала одиночкой, и это тоже не помогает. Поэтому, да, я плохо к тебе относился. Но как только убедился, что ты не причинишь вреда нашей стае, изменил отношение.
— Но так и не доверяешь мне?
— Я не могу сказать, что полностью тебе доверяю, для этого я не достаточно хорошо тебя знаю. — Тао не был уверен, знал ли вообще Райли. Она неуловима, как ртуть, и держала большинство людей на эмоциональной дистанции. — Но скажи честно, детка, кто в этом виноват? Ты неприступнее, чем Форт Нокс. — Его волка раздражало то, как мало он знал об этой женщине, которую так жаждал.
— Не всё так плохо. Я открыла, что солгала, когда сказала, что мне нужно убежище, — заметила она.
— Вообще-то, нет, — возразил он. — Ты просто согласилась, когда я сказал, что ты не из тех, кто станет прятаться. Думаю, ты так сказала только, чтобы иметь возможность поехать с детьми сюда и убедиться, что они в безопасности.
Это очевидно, учитывая, как она защищала Саванну и Декстера, и держалась бы от них подальше, если бы считала, что может подвергнуть их опасности.
— Прекрати сердито смотреть на меня, это грубо. — Она надменно фыркнула. — Похоже, не стоило беспокоиться о подарке на твой день рождения.
— Может, и не стоило. Кстати, что мне теперь делать с набором для домашнего приготовления острого соуса?
— Приготовь острый соус.
Тао успокаивающе вдохнул.
— Слишком рано, Портер. Слишком рано. — Он провёл рукой по лицу. — Клянусь, тебя послали на эту землю, чтобы испытать меня.
— Ах, бедняжка. Может, тебе стоит найти бабулю Гретхен, — сказала она, называя прозвищем стервозную бабушку альфа-самца, Грету. — Уверена, она уже погрела тебе бутылочку.
— Аккуратнее, Райли, — опасно прошептал он. — Не стоит продолжать. И не думай, что я не заметил твою попытку сменить тему. Мы не забудем о том, что случилось прошлой ночью, и это не станет интрижкой-на-одну-ночь. — Чтобы подчеркнуть это, он развернулся и зашагал в спальню.
Райли пошла за ним, схватив халат с крючка на тыльной стороне двери. Надев его, она посмотрела на Тао.
— Я имею право голоса?
— Нет, если опять будешь нести чушь. — Он застегнул пуговицу на джинсах и сел на кровать, где начал натягивать носки и обувь. — Я не позволю тебе лгать мне или себе об этом, и не позволю сказать, что ты об этом сожалеешь. Так лишь оскорбишь нас обоих.
— Я не говорила, что жалею об этом.
— Если не жалеешь, зачем тогда отступаешь?
Рассердившись, она спросила:
— Тебе какая разница? Я тебе даже не нравлюсь.
— Нет, я притворился, что ты мне не нравишься. Когда к тебе кто-то подбирается, ты закрываешься. — А Тао хотел, чтобы она поверила, что он не представляет для неё угрозы. — Я не хотел, чтобы ты отгородилась от меня.
У Райли отвисла челюсть, а ворон оказался слишком очарован.
— Ты меня обманул. Это гениальное коварство. — Райли, на самом деле, восхищалась и уважала хитрость. Её ворон символично склонился.
— Мне бы не пришлось тебя обманывать, впусти ты меня за стену, которой отгородилась от большинства людей. — «С одной стороны, Райли незамысловатая», — подумал он. Она не надевала светской маски, казалось, легко справлялась со своими недостатками и могла быть вполне спокойной… даже перед лицом конфликта. Но ей не нравилось говорить о себе, и она придерживалась поверхностных тем в разговорах. Поначалу, он думал, что она что-то скрывает, возможно, то, что может навлечь опасность на стаю. Но вскоре понял, что всё гораздо проще. — Ты подпускаешь к себе только «избранных» — сейчас это Макенна, Саванна и Декстер.
— Тогда зачем приставать ко мне?
— Потому что мне нравится эта стена, Райли. Она стоит на пути к тому, чего я хочу.
Её сердце заколотилось о рёбра.
— Я не понимаю, зачем тебе это. Как ты настойчиво заметил, я свожу тебя с ума.
— Ты умышленно выводишь меня из себя и держишь на расстоянии, — поправил он. Она бросала ему вызов. Спорила с ним. Фыркала. Высмеивала. И всё же Тао желал её больше, чем сделать следующий вдох. Она заставляла его кровь кипеть в венах. — Но больше нет, Райли.
Тао понимал, что поступает неправильно. Парень должен подходить к Райли так же, как к ворону. Вдумчиво и медленно. Без резких движений. Пытаясь выглядеть безобидно насколько это вообще возможно, как будто не собирался её ловить. В противном случае птица кинется в бой, и парень упустит свой шанс. Но у Тао просто не хватало выдержки или деликатности для такого выверенного приёма. Кроме того, дать Райли время и свободу, чтобы она сама к нему пришла, не вариант. Она потратит это время на выстраивание новой стены между ними, раздражая при любой возможности. Он этого не допустит.
Они оба замерли, когда раздался телефонный звонок. Идя на звук, он присел на корточки и достал её телефон из-под кровати, и увидел имя, которое высветилось
